"Фантастика 2025-135". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Звездная

общем-то, не противился. Просто окутал себя телекинетическими жгутами, оказавшись как бы в очень плотной одежде на манер, не знаю, скафандра. Так и одежда почти не мялась, и я не испытывал дискомфорта от весьма плотного заполнения площадки перед сценой. Сюда пыталась добраться значительная часть прибывших на концерт студентов, и многие из них из штанов выпрыгнуть были готовы, лишь бы оказаться поближе к этой певице-танцовщице-специалисту по световым шоу.

Нет, всё здесь происходящее явно не самодеятельность: слишком уж высокое возбуждение испытывает толпа. Да и организация вполне себе на уровне. Тут и оборудование, и какая-никакая охрана, — замеченная мною не сразу, с позволения сказать, — и вспомогательный персонал, и мощнейшие эмоции, которые можно было буквально вдыхать, как какой-нибудь пар, но в эмпатическом смысле. Афиши, опять же. Определённо, эта Мия Небесная, как подписано везде и всюду, личность относительно популярная, и это только я о ней ничего не слышал. Но песни неплохие, особенно если со скидкой на современное, популярное среди молодёжи творчество. Оно ведь как иногда: кровь из ушей не идёт — и на том спасибо.

Брюзжу как старый дед, честное слово…

А на сцене тем временем взвились ввысь особенно приметные ленты из синего света, сформировавшие причудливый, движущийся природный узор, иллюстрирующий слова песни, сюжет которой перешёл от сожалений по прошедшей в некоем вымышленном мире войне к новому рассвету. И всё бы ничего, да только само светопредставление на фоне того, что уже было не особо-то и впечатляло… но лишь до того момента, пока хаотичная на первый взгляд конструкция чуть-чуть не сместилась. Пара сантиметров тут, пара там — и вот уже весь узор, всё это переплетение лоз, цветков и ветвей, сформировало детализированный донельзя силуэт дерева. При ближайшем рассмотрении детали превращались в растительные узоры, но целостности картина от этого не теряла. Тут-то я и впечатлился, моментально избавившись ото всех своих предыдущих суждений касательно крови из ушей и всего подобного. Девушка обладала высочайшими навыками в фотокинезе, даже если предположить, что всё это многократно и долго отрабатывалось. Наверняка отрабатывалось, ведь подобный уровень пространственного воображения — это что-то сверх человеческих возможностей. Телепатка? Если только очень слабая, так как я на поверхности её разума не могу разглядеть никаких признаков, могущих подтвердить это предположение.

Дерево обрастало новыми листьями в реальном времени, и максимально пышной густая крона стала на последних строчках песни. Тогда же синий свет вспыхнул, точно пламя, и разлетелся вокруг неконтролируемыми рваными росчерками, на мгновение превратившими вечер в день на поверхности какой-то далёкой планеты, нежащейся под лучами голубой звезды. Такие, вроде, бывают, но… чёртов недостаток образования. Благо, теперь это очень легко решаемый вопрос: неделя-другая реального времени в окружении учебных материалов и статей позволят мне узнать всё и обо всём. А если сфокусироваться только на этом, то хватит и нескольких дней. Было бы время этим заняться…

Дождавшись, пока сияние погаснет, я начал пробираться прочь из толпы. Концерт и не думал заканчиваться, но и дальше находиться здесь мне не хотелось. Слишком много эмоционирующих людей, а наглухо закрываться или фильтровать всё постороннее я не хотел. А вдруг убийца? Паранойя? Нет! Постоянная бдительность! Я уже набил парочку шишек потому, что начал считать себя самым большим вепрем в стае, и повторяться не хотел. Ворошилов прямым текстом сказал, что от меня попытаются, — и уже пытаются, — избавиться, а охрану я заметил собственными глазами. И сомневаться в способностях профессионалов не стоит. Даже в прямом противостоянии с теми же ассистентами наставника я, теоретически, мог и оступиться, бей они всерьёз и не натаскивай меня на защиту. Да и молодыми они мне показались, так что считать их достаточно сильными оснований не было в принципе…

Я избавился от «телекинетического скафандра» сразу же, стоило только вырваться из цепких объятий толпы и какой-то девицы, попытавшейся удержать меня путём хватания за запястье. Студенты, — да и кое-кто из сотрудников мне встречался, — бесновались и отрывались, наслаждаясь праздником так, словно он был последним в их жизнях. Пахло алкоголем, табаком и веществами, которые я опознал сугубо по отвращению, возникшему откуда-то из подсознания при малейших втянутых носом нотках этой дряни. Дурманить разум — табу для каждого разумного человека, а уж для псиона, который в сотни раз опаснее для окружающих и даже самого себя, это должно быть непреложным законом.

И тем не менее, правила академии алкоголь не запрещали, а за остальным, вероятно, не особо-то и следили, спуская отпрыскам аристократии с рук некоторые вольности. Зато на службе, гражданской или нет, ограничения были весьма строгими. Обычному псиону дозволялось прикасаться к алкоголю только по праздникам и выходным дням, плюс частота регламентировалась особым сводом правил. Телепатам употреблять алкоголь в принципе запрещалось, так как они не только себя могли угробить, — что периодически делали и безо всякой выпивки, — но и окружающих, да ещё так, что и не разберёшься сразу в происходящем. Ну и за вещества у служивых был только один путь: лечебница или казнь, в зависимости от того, какой пост занимал нерадивый псион. И второго шанса там уже не давали даже в самом лучшем случае.

Только удалившись на полторы сотни метров от места проведения концерта я таки сообразил, какое испытание устроил своей тайной охране. Небось, высматривали меня в толпе, не зная, чего именно ожидать. Но я мысленно перед ними извинился, пообещав себе сделать то же самое при личной встрече, если таковая состоится.

А пока дорога моя лежала в место, которое я уверенно называл домом. И фанбаза из троицы студентов, севших мне на хвост, этого не изменит. Я иду отдыхать, и горе им, если они не решатся подойти до того, как я подойду к стенам своего нынешнего жилища. Ведь оставлять за спиной непонятно кого с неясными намерениями будет только наивный дурак, коим я отчаянно стараюсь перестать быть.

Пять, десять, пятнадцать минут — я уже прошёл полтора километра, а воз стоял и ныне там. Троица держалась чуть поодаль, то ли не решаясь подойти, то ли намереваясь конвоировать меня до самого конца. И я честно дал им время. Почти сорок минут, на протяжении которых шёл домой и попутно развлекался с устройством собственного разума. Ну а когда на горизонте замаячил приданный мне особняк, я сделал, что должно. Остановился, подхватил себя телекинезом и на внушительной, — но не такой, что б повредить окружающий ландшафт, — скорости сблизился со своими фанатами, обдав тех слабенькой волной воздуха. Все три лица ожидаемо