Концессия: Здесь обитают драконы. Туда, но не обратно. Пришел, увидел, поселился - Александр Павлович Быченин

валяется. В траве, конечно, хрен чего найдешь, но только если искать по старинке, органолептическим методом, то есть положившись на остроту собственного зрения. Но я же всё-таки кризис-инженер, а не просто рядовой ИТР, так что к решению проблемы подошёл творчески. А именно, ещё с утра соорудил примитивный металлодетектор на основе полуиздохшего геологического сканера. Ну, как соорудил? Нашёл списанный приборчик в соответствующей кладовке, батарейку поменял да присобачил корпус к одному концу пластиковой трубы, а сканирующую головку к другому. Обмотал где нужно синей изолентой, вывел сигнал на дисплей смарта, и готово. Радиус действия минимальный – метра три всего (потому, собственно, девайс и полуиздохший), но мне и этого за глаза. С настройками, конечно, сейчас придётся поиграться – металлов вокруг до одного места! – но инженеры для того и предназначены, чтобы мужественно преодолевать трудности, а не ныть по пустякам. Стрёмно, конечно, но куда деваться? Так что унаследованный дробовик на правое плечо, сбрую на шею, штангу металлодетектора в правую руку, смарт в левую. И пошёл, страус, пошёл, пошёл, пошёл!..

– Ну что, Проф? – окликнул меня Вова минут через пять.

– Норм! Сигнал отмодулировал, вроде что-то есть!

– Долго ещё?

– А что? Кошаки?! – всполошился я.

– Нет, скучно просто!

– А-а-а!.. Ну тогда минут десять… или двадцать.

– Ты, главное, не отвлекайся.

А куда ж я денусь-то? Самое интересное, что я Вове не соврал – сигнал действительно отмодулировал, то есть отсёк метки рудных жил и мелких самородков. Труднее оказалось настроиться на поиск смарта, в нём куда больше пластика и прочей органики, чем металлов. Пришлось ориентироваться на батарею, а конкретнее на литий, традиционно, всё с того же двадцать первого века, служивший основным компонентом начинки аккумуляторов. Не в такой, конечно, концентрации, как в старину, но мне и этого хватило. А уж переключиться потом на сталь вообще не проблема… даже параллельно можно запустить сигнал, его настолько тонко калибровать не нужно. Так, вроде готово… теперь можно и круги нарезать, ориентируясь на трак.

…сигнал появился на исходе четырнадцатой минуты поисков. Я сначала даже не понял, что это он, но потом довернул штангу, и еле различимая точка с края экрана переместилась почти в центр. Мне оставалось лишь окончательно локализовать отметку и чуть пошарить взглядом по земле…

– Есть!

– Что там, Проф?!

– Смарт нашёл! – крикнул я, поскольку уже порядочно удалился от трака по расширяющейся спирали. – Ты это, Вов, не отвлекайся!

– Будь спок, Проф, всё на мази!

– Хорошо! Оп-па!.. А вот и ствол!

– Отлично! Проф, ты это, давай-ка закругляйся! Во-о-он там суета какая-то подозрительная!

– Блин! – В отличие от более-менее чистого смарта, длинноствольный револьвер с деревянной рукояткой – всё, как дядя Олег предсказывал! – был загажен куда сильней. Такое ощущение, что на него кто-то навалил кучу. Ага, этого самого. – Ладно, постараюсь…

Поскольку металлодетектор свою миссию выполнил, я без сожаления убрал собственный смарт в карман, сунул найденный в другой, и принялся натягивать резиновые перчатки, комплект которых в рабочем комбезе не забывал обновлять.

– Проф, резче давай!

– Окей!!!

Хрен с ней, с гигиеной, и одной перчатки хватит… не кровища, и ладно. Хотя чистить охренею, этого не отнять.

– Давай-давай-давай! – подбадривал меня Вова, приплясывая на крыше с винтовкой на изготовку. – Не тормози, Профессор!

И я не тормозил – по саванне, с полной инженерной выкладкой, металлодетектором, дробовиком и находками, что само по себе непростая задача. Наверняка никаких рекордов не побил, но до трака добежал довольно шустро. А добежав, скинул излишки сбруи на сиденье в пассажирском салоне и с максимально возможной скоростью забрался на водительское место, от души хлопнув дверцей. Что удивительно, справа хлопнуло практически одновременно со мной – Вова тоже подсуетился.

– Ну и что там? – на секунду отвлёкся я от возни с кнопками, рулём и педалями.

– Да фиг знает, Проф, если честно, не разглядел.

– А чего тогда панику развёл?! – возмутился я.

– А вот того и развёл, что не разглядел! Слишком ловкая скотина. А от таких надо держаться как можно дальше, уж поверь моему печальному опыту, Олежек!

– Ладно, верю, – буркнул я. И выжал «газ», благополучно стронув трак с места. – Погнали дальше?

– Погнали, – и не подумал возражать Вова. – Смарт сейчас курочить будем или потом?

– Потом. Он, скорее всего, разрядился. И не удивлюсь, если запаролен, так что без домашнего компа никак.

– Вот и ладушки…

– Можешь пока подремать, Вов.

– А ты не заблудишься?

Ага, это он мне за подколку со вторым пистолетом мстит. Типа, такой весь из себя опытный «конвойщик», а я в этих делах салага. В принципе, он прав, но не признавать же это?! Загордится ещё. Так что пришлось самоуверенно ухмыльнуться:

– Базаришь!..

На остаток пути ушло в общей сложности чуть больше часа, и то по той лишь причине, что приходилось осторожничать – саванна есть саванна, далеко не всегда в траве можно различить корягу или камень. Так что я по возможности выбирал так называемые проплешины, они же «слизнячьи тропы», своеобразной крупноячеистой сеткой покрывавшие землю. Не просвети меня на этот счёт бригадир Хесус в одном из полевых выездов, я бы так и думал, что это заброшенные грунтовки. Очень уж они не похожи на те канавы, что я видел ранее. Но нет, это реально следы каменных слизней. Никто не знал, почему, но они очень неохотно зарастали травой. Скорее всего, виной тому какой-то токсин или гербицид, выделяемый слизняками. И да, получается, что твари умели перемещаться в пространстве в разных «режимах», то перепахивая почву на десятки сантиметров в глубь, то едва касаясь её поверхности. Траве же доставалось в любом случае, что сегодня нам сыграло на руку. Впрочем, кое-где всё же приходилось пробираться по травостою, и в таких местах я удваивал осторожность. Твилам, по большому счёту, на острые сучья и обломки камней пофиг, если только сбоку в промежуток между спицами угодят, но ведь есть вероятность элементарно на них застрять, сев пузом. И что потом делать? Связь пропала уже через полчаса после точки привязки, так что надеяться можно только на самих себя. Пусть меня обзовут перестраховщиком, но лучше быть живым перестраховщиком, чем мёртвым самоуверенным придурком.

Вова, кстати, и впрямь задремал, но ненадолго – встрепенулся, как только мы выехали из зоны покрытия сети. Прямо мистика какая-то! Задницей почуял, что ли? Хотя, скорее всего, чувство опасности сработало. Уж оно-то у моего многоопытного напарника, прошедшего горнило боевых действий, а потом ещё и тянувшего «конвойную» лямку, развито не в пример моему. Плюс, надо отдать Вове должное, перестал нудеть под руку и рот открывал исключительно