Сущность - Лейла Тан

Чем ближе к выходу, тем страшнее становился доносящийся из-за стены гул. Очень низко над домом, задевая верхушки деревьев, летали флаеры, с неба сыпались мусор и угрозы. К дверям он подошел, утратив большую часть своей решительности, поэтому не стал открывать замки, а только заглянул в глазок внешнего обзора.

За стенами кипела жизнь, шли неторопливые и поэтому еще более пугающие приготовления, устанавливались лозунги, подвозились динамики, какое-то оборудование непонятного назначения, со стороны Столицы подтягивались все новые и новые группы людей в куртках с символикой Лиги, с портретами доктора Аум в руках, в черных одеждах с желтыми крестами. Уже стояли лагерями «зеленые» и «синие». Сейчас они были вместе, заодно против общего врага. Салам видел семьи, пришедшие в полном составе – с детьми и домашними животными. Неподалеку подъезжающими грузовиками сваливались в кучу камни, арматура, полицейские электрические дубинки и щиты. Люди не проявляли активной агрессии, они разговаривали, смеялись, жевали, пританцовывали под несущуюся из динамиков музыку. Они ждали команды, и это было очевидно.

Что же это делается?.. Салам оторвался от глазка и сел на землю. В колени вступила такая слабость, что он не сумел удержаться на ногах. Сверху летели комья грязи, гнилые овощи, какие-то щепки и тряпье. В нескольких местах в сад упали клочья жидкого огня, но после вчерашнего мокрого снега земля и деревья были сырыми, и пламя с шипением тухло.

Подошел доктор, поглядел наружу. Он очень нервничал.

– Туда нельзя, – предупредил Салам. – Если вы выйдете, они вас убьют.

Доктор странно посмотрел на него, будто неожиданно что-то вспомнил.

– Кажется, я тебя знаю, – сказал он. Салам пожал плечами. – Помнишь, в аэропорту? Я интересовался здоровьем твоей сестры и ты еще назвал меня шарлатаном. Это был ты.

Салам вспомнил и застеснялся. Он был так груб тогда. Он был озлоблен и ненавидел весь мир и всех людей без разбора.

– Простите, – проговорил он.

Доктор слегка приподнял уголки губ, но глаза его были печальны. Он потрепал юношу по волосам и стал молча отпирать замки, один за другим. Кажется, он и вправду собирался выйти наружу. Салам следил за его руками, отчаянно соображая, как можно помешать этому. Там – враги, их много, они набросятся на него и разорвут на куски, как убили Шейха, как хотели растоптать его самого. Салам подумал, что, если такое произойдет в его жизни еще раз, он просто сойдет с ума, поэтому теперь он должен что-то сделать. Должен! Он вскочил на ноги и навалился на доктора, схватил его сзади за шею и стал оттаскивать от ворот. В это время из громкоговорителей донеслось: "Язычники, сдавайтесь! Вам конец! Мы уже идем!" Голос был почти детский, и в этом было что-то зловещее. Сейчас начнется! У Салама сердце ушло в пятки, он выпустил доктора и попятился. Оказалось, что это просто баловалась молодежь. Вырывая друг у друга микрофон, дети смеялись и кривлялись. Наконец их отогнали.

– Что вам от нас надо?! – закричал Салам и забарабанил по воротам кулаками. Его била дрожь.

– Они и сами не знают, – сказал доктор Лин, обнял его за плечи. – Только спокойно. Я быстро сбегаю туда и обратно, надеюсь, без меня не начнут. Пока меня не будет, ты должен присматривать за Анандом и Басанти. Их я поручаю лично тебе. Ты понял меня?

Салам с готовностью закивал.

– А пока сохраняй спокойствие, – продолжал доктор, – и помни: они сами боятся нас как огня.

Он выскользнул наружу, и Салам трясущимися руками вновь запер кодовые замки, все до единого. Убедившись, что дверь забронирована, он со страхом заглянул в прибор внешнего обзора, опасаясь увидеть растерзанное тело доктора.

В лагере противника был переполох. Люди почему-то бегали взад-вперед, плакали дети, на земле лежали человек десять, они держались за головы и кричали, но доктора среди них не было. Откуда-то с воем приближалась машина "скорой помощи". Салам повертел прибор до упора вправо и влево. Лин исчез.

Он вернулся в дом потерянный и напуганный. Происходящее перестало казаться ему интересным. Не заходя в гостиную, где господин Ананд беседовал с тем человеком, он направился на кухню.

На кухне было тепло и уютно. Он сел на стул, Айша сразу взгромоздилась ему на колени, от нее вкусно пахло горячими булочками. Басанти колдовала над программой печи, выдумывая какой-то рецепт.

– Что с нами будет? – произнес он глухо.

– Все будет хорошо, сынок, – сказала женщина так, что у него действительно потеплело на душе.

– Тетушка, скажите, почему они все против нас?

– Потому что они выбрали не того Учителя, сынок. Это большое несчастье, поверь мне… Все! – возвестила Басанти и скомандовала девочке: – А, ну-ка, доченька, подставляй тарелку.

Эпизод 34

Купер смотрел глазами побитой собаки. Ананду было не по себе от этого взгляда.

– Вы обманывали меня, – проговорил шеф разведки в который раз, – я чувствую себя полным дураком. Я так верил вам… Все, что вы делали, что говорили… Значит, все было игрой?

– Почему же игрой? Вы не допускаете, что Язычник может думать о благе человечества? И, кроме того, простите, но разве я говорил вам, что я не главарь Язычников? Если бы вы спросили, я бы честно ответил «да». Но вы не спрашивали.

Купер усмехнулся:

– Конечно, вы опять правы. Я сам должен был догадаться… И давно вы… ну, это…

– Всегда.

– Какой ужас… Зачем?

– Затем, чтобы объяснить людям, что они братья.

– И все? Как глупо! – шеф разведки рассмеялся. – Весь риск ради того, что сотни раз сказано до вас! Не ожидал от вас такого. Вы не оригинальны. Братья… ну, просто детский сад, вы меня развеселили. Я-то думал…

– Рад, что доставил вам удовольствие. – Ананд холодно смотрел на гостя. – Конечно, идея братства стара, как мир, но я не вижу, чтобы она была усвоена кем-то. Мало ли чего полезного записано в священных посланиях, разве кто-нибудь следует этим указам? Вы смеетесь над моими детскими идеями, но сами не выполняете даже этих простых вещей.

– Вы меня не убедили, – с преувеличенной злостью заявил Купер.

– А я и не думал ни в чем вас убеждать или разубеждать. Мы с вами просто сидим и беседуем. Я понимаю, что для вас мои слова ничто по сравнению с чудесами доктора Аум. Кстати, вы, не признающий божественности фантастических способностей Язычников, почему-то признаете божественное происхождение чудес так называемого Спасителя. Это двойные стандарты, вам так не кажется?

Глаза Купера сверкнули. Несмотря ни на