Звездный Патруль-2 - Артем Лукьянов

Это подействовало.

– Сестра она мне что ли или мамка, чтобы дружить! – чуть громче, но все так же мысленно, через нейро-линк, ответила Дэмия.

– Это да… Просто когда с напарником ладишь и дружишь – легче служить.

– С Андрой никогда не легче… Сука мне должна, а долг отдавать не хочет – Дэмия легко перешла на грубость, совершенно не стесняясь.

Антон этого не ожидал, а потому немного растерялся. Он отвлекся на экран, где на мгновение мелькнула темная фигура изолированной собеседницы Андромеды.

– Это Бьон – пояснила Дэмия, хотя Антон не спрашивал. – Я ее вытащила там на Стелла-Нера из пасти этих тварей… Теперь мы с ней квиты.

И тут Антон напрягся. Он хорошо помнил, что эту Бьондэ они точно вытаскивали из Парпланда и буквально собирали по частям. Что привезли ее сюда на крейсере «Наумо», и что никакого отношения к научной экспедиции на Стелла-Нера она не имеет. Пришли ему на память и слова самой Андромеды, которая поясняла ему в свое время, что официальная версия Звездного Патруля о Бьон именно «озвученная» Дэмией. Однако, тогда Антон не понимал, зачем все эти сложности. Сейчас же, видя, что Дэмия, одна из выживших во время экспедиции прямо таки безапелляционно верит в свои слова, он снова задумался.

– Андра обещала мне командную должность. Что сама свалит, а меня порекомендует – вывела Антона Дэмия из задумчивости. – Обманула сука. Теперь, небось, радуется назначению… Только я больше в отряд не вернусь.

На память Антону пришел собственный пример. Его переиграла зам. Заняла командную должность, вынудив его перевестись. Тогда это оставило у него осадок. Ребята из отряда не поддержали Антона, но легко поддались обещаниям «матерой блондинки». Он вздохнул. Кое-что в голове после слов Дэмии начало вырисовываться.

«Значит Андра метит обратно на должность командира спец-отряда, который снова легализуется, но уже под крышей новоиспеченного ОВР… Хм… Теперь ясно, зачем ей вся эта игра против Кирилла. Если ОВР достанется Розалинде, то и она вернет себе свое. А если – нет? … А если про Кирилла все правда?».

На последнем вопросе его мысленный процесс застопорился. На экране обе фигурки уже лежали в капсулах «Орфеуса» и, возможно, видели совместные сны.

– Антон, не спи! – услышал он мысленный окрик напарника. – Тут что-то не так, что-то происходит! Надо поднимать тревогу!

Однако Антон лишь с недоумением смотрел то на экран, то на полулежавшего в кресле-ковше с надвинутым шлемом напарника Мэта, и ничего не понимал.

– Мэт, у тебя все в порядке? – отозвался мысленно Антон. – Я не вижу проблем для паники.

Однако его напарник вместо пояснений резко вскочил и выхватил бластер. Антон едва успел направить свое тело вбок, вывалившись из кресла, как появившийся в руках бластер Мэта яркой вспышкой прожег дыру в сидении, где он секунду назад находился.

– Мэт! Ты что творишь!? – крикнул Антон, уже лежа на полу за продырявленным креслом.

Он выхватил свой бластер и направил его прямо в ногу напарника, потому что его тело и голову все равно из-за сидения не видел. Да он и не собирался наносить фатальный вред ему. Антон выстрелил одновременно с залпом бластера Дэмии. Ее разряд ударил в руку Мэта, удерживающую пистолет. Антон же угодил в голень правой ноги. Тело Мэта со стоном рухнуло на пол и схватилось за дымящийся и оплавленный обрубок руки. Дэмия мощности не пожалела в отличии от Антона, выстрел которого лишь нанес средней тяжести ожег. В этот самый момент зазвучал сигнал тревоги. Антон вскочил со своего места и тут же рванул внутрь изолированной комнаты через единственную дверь. Дэмия последовала за ним.

В шаге от богатства

«Одиссей» – малый скоростной грузовой корабль. Способен совершать прыжки на 1000 световых за раз, если у капитана хватит на подобное отваги. В случае управления ИИ делает стандартные 100 за «прыжок». К перевозе пассажиров, кроме экипажа из 2х человек, не приспособлен из-за отсутствия условий для жизнеобеспечения на время дальнего полета.

(Общий галактический справочник ГЛТК)

Странный захват

Темный приватный док андеграунда «Аламаха» давил на психику. Гнетущую атмосферу усиливали мерные жужжащие звуки дронов-уборщиков. Конвейерная лента, по которой совсем недавно, как в загоне, двигались людские массы, все еще хранила следы людей, будущих колонистов. Их обманом гнали по этим темным коридорам с движущимся полом, чтобы усадить в ровные кубические контейнеры, где заливали специальной жидкостью, для лишения воли.

Истэлла все это знала. Она была частью системы по массовому воровству людей, путем обмана. Если для кого-то подобное показалось бы дикостью, то для нее – нет. Она шла к цели, которую ставил ей Кирилл, попутно решая задачи поменьше. Колонисты приносили доход тем, кто их транспортировал, и еще больше кредов зарабатывали те, кто решал куда их транспортировать и в каком виде. И не важно, что людские мечты, соблазнившись на рекламу, рисовали в воображении им красивую природу и чистый воздух. Колонист в глазах Истэллы был существом низшим и всем должным, а значит и выбора не имеющим, что и где заселять. Куда доставили, там и радовался. И, все же, конвейерная лента вгоняла в какую-то тоску своей некой предопределенностью. Истэлла любила, когда все схвачено, но не любила любой намек на необратимость относительно собственной персоны. Это двойственность молодого сознания, пребывание в крайностях было свойственно ее поколению, как и любому молодому поколению, наверное, во все времена.

Ее неотвратимо несло вперед. Она нарушила необратимость, активировав ускорители на легком светло-сером броне-костюме с гравировками службы охраны би-Молей. Хотелось как можно скорее покинуть это неуютное место. Истэлла слишком ускорилась и потеряла зрительный контакт со своим контейнером, который тащил за ней дрон-погрузчик. Почти 3 метра в высоту ящик был ни разу не легким, но очень важным для реализации плана. Поэтому она сбавила скорость и немного подождала, наблюдая за работой авто-дронов уборки. Гнетущие мысли периодически лезли в ее голову насчет всех тех людей, которых в момент лишили надежды на лучшую жизнь. Истэлла замерла на какое-то время, а потом просто рассмеялась. «Парой сотней придурков станет меньше!». Жалости ко всем этим людям, которых она даже не знала, у нее не было. Это был естественный отбор. В жизни выигрывал сильнейший и умнейший, а тут, как ни крути, у нее было неоспоримое преимущество. Однако странные мысле все же лезли