По прозвищу Святой. Книга третья - Алексей Анатольевич Евтушенко

Он подумал и остался на крыле.

Опять вспомнился фильм «В бой идут одни „старики“». Первый, тысяча девятьсот семьдесят третьего года, а затем и второй — две тысячи семьдесят третьего.

В обоих главный герой получил по морде от своих же.

— Дежавю какое-то, — пробормотал Максим. — Но я-то точно не в кино…

Солдаты подбежали, окружили самолёт. На их лицах было написано всё, что угодно, кроме доброжелательности.

— Здорово, славяне! — сказал он дружелюбно. — Я — свой. Кто у вас старший?

— Сейчас узнаешь, — пообещал высокий широкоплечий сержант и попытался ухватить Максима за ногу.

Не удалось, Максим быстро убрал ногу и отступил на шаг назад.

— Отставить, сержант! — произнёс жёстким командным голосом, расстегнул комбинезон и приспустил его с плеч, демонстрируя петлицы и награды. — Я — младший лейтенант Красной Армии Николай Свят. Лётчик. Пятьсот девяностый истребительный полк. Выполнял разведывательный полёт на вражеском самолёте и был сбит…

Договорить он не успел.

На крыло запрыгнули сразу трое красноармейцев и стащили его на землю.

Вырываться Максим нестал.

— Да вы хоть на форму посмотрите! — примирительно сказал он, осознавая, что в точности повторяет реплику Маэстро из фильма.

— Он ещё и форму нацепил, — зло сказал сержант, тоже повторяя киношную реплику, которая ещё даже не была написана. Затем широко, по-русски, размахнулся и ударил.

А вот дальше всё пошло немного не по сценарию.

Максим пригнулся.

Кулак сержанта пролетел мимо и врезался в лоб солдату, который стоял рядом.

— Эй! — вскричал солдат, делая шаг назад. — Ты охренел⁈

— Ах ты, сука, — сказал сержант. — Увёртливый, гад. Ну-ка, ребята, держите его. Сейчас я…

Крепкие руки ухватили Максима со всех сторон.

Вот, чёрт, подумал он. Кажется, без мордобоя не обойдётся.

— Прекратить! — послышался сзади властный голос.

Его отпустили.

Максим обернулся. Широко шагая, к самолёту спешил какой-то капитан в запылённых сапогах и расстёгнутом ватнике поверх гимнастёрки. Из-под фуражки капитана залихватски выбивался русый чуб.

— Отставить, товарищи красноармейцы, — повторил капитан, подходя ближе. — Это наш. Только что звонили из штаба. Ты как, лейтенант, — обратился он к Максиму, — живой? Не сильно тебя мои орлы помяли?

— Обошлось, — сказал Максим. — К орлам претензий не имею. Хотя красноармейцу, если у него нет прямого приказа, неплохо сначала думать, а потом уже кулаками махать.

Красноармейцы, отступив от Максима, переминались с ноги на ногу, отводя глаза.

— Кто ж знал, — пробормотал сержант. — Вы это… извините, товарищ младший лейтенант. Погорячились. Тут над нами летала недавно одна сволочь. Вот мы и… — он умолк.

— Ничего, бывает, — сказал Максим.

Они капитаном Самохиным, который командовал ротой, держащей оборону на этом участке, прошли в его блиндаж, сели за грубо сколоченный дощатый стол.

— Машина от нас в медсанбат будет через час, — сообщил капитан. — Раненых повезёт. Потом в Ростов пойдёт, в госпиталь. Оттуда до своей Кулешовки уже сам доберёшься. Мы туда уже сообщили, что с тобой всё в порядке.

— Доберусь, — согласился Максим. — Спасибо.

Он с нарастающим интересом наблюдал, как Самохин ставит на стол две алюминиевые кружки, нарезает хлеб, и луковицу, открывает банку с тушенкой. Ставит соль и котелок с водой, кладёт флягу.

Всё повторялось почти в точности как в фильме.

— КИР, — позвал он.

— Здесь.

— У тебя есть какие-нибудь сведения о том, как создавался сценарий фильма «В бой идут одни 'старики»? Первого, тысяча девятьсот семьдесят третьего года.

— Хочешь узнать, на реальной ли основе он написан? — догадался КИР.

— Да.

— Какие-то эпизоды — на реальной, какие-то выдуманы. Как и почти всегда в художественном произведении такого рода. А что?

— Больно много совпадений с реальностью. Даже как-то не по себе.

— Это говорит только об одном, — сказал КИР.

— Только не говори, что мы в какой-то виртуальной реальности и всё вокруг — одна иллюзия, — пошутил Максим.

— Не скажу, — серьёзно ответил КИР. — Потому что это не так. Мы с тобой в самой настоящей реальности. Просто в другом времени. А совпадения говорят о том, что фильм Леонида Быкова вышел гениальным. А с гениальными художественными произведениями так часто и бывает. Автор думает, что придумал эпизод, а оказалось, что всё было на самом деле. Или наоборот. Автор придумал, написал или снял, а потом всё в точности повторилось.

— Ну что, авиация, — произнёс капитан, разливая по кружкам из фляги. — Давай, за победу. Это чистый, учти.

— Будем жить, пехота, — ответил Максим словами Маэстро.

Чокнулись, выпили.

В отличие от Маэстро в фильме Максим всё-таки запил спирт водой. Уж больно крепок был, зараза.

На свой аэродром в Кулешовку он добрался ближе к вечеру и тут же отправился докладывать командиру полка. Показал на карте то, что разглядел над немецкими позициями. Рассказал, как сбили, как сел на «брюхо», как его встретили.

— Не досталось там тебе сгоряча? — поинтересовался Телегин.

— Обошлось. Но был близок, — усмехнулся Максим. — Товарищи красноармейцы готовы были мневломить от души. Командир роты вовремя вмешался. Оказал гостеприимство.

— Да я уж чую, — улыбнулся Телегин. — Водочкой от тебя попахивает.

— Ну что вы, товарищ майор, — сказал Максим, — какая водка? Чистейший спирт.

Телегин рассмеялся.

— Спирт так спирт, — согласился командир полка. — Главное, чтобы на пользу. Выступать-то ты готов? Люди ждут.

— Готов, товарищ майор. Выступим — не побоимся.

Концерт был назначен на семь часов вечера в помещении сельского клуба Кулешовки.

Максим почему-то думал, что всё будет гораздо скромнее. Соберутся лётчики и механики