Бог из машины - Ха Ян

– Мне нравится жить в эпоху прогресса, – сказал доктор Цилинь. – Это правда, что новые поколения всегда лучше предыдущих, именно благодаря нам мир такой, какой он есть. Даже если мы все будем сметены временем, даже если бульдозер новой эпохи перекопает все дороги, разве это не здорово? Теперь мы можем застать изменения. Мы лучше, чем были когда-либо, и сейчас рассвет наиболее удивительной эры.

– Я человек простой, и моя работа – лишь обеспечивать эту обитель науки сырьем, – с осторожностью ответил Чэнь Рэн, все же слишком желающий возразить, – но ситуация с нашими свободами, бедность, Наблюдатели, все это скорее вводит в уныние.

– Вот почему мир нуждается в новых законах, – с чувством произнес доктор. – И новых порядках. С рассветом цивилизации непременно приходят трудности, потрясения и новые вызовы. Ответом на это у мудрого правительства всегда должны быть новые законы, даже если они ведут к ограничениям наших свобод. Я уверен, моя работа в области изучения таких удивительных молекул, как DAO и эволюциин, приведет нас к успеху. Полагаю, для вас не секрет, какие удивительные свойства ускоренного мутагенеза проявляет эволюциин, раз вы работаете на моего дорогого друга. А какие регенеративные чудеса творит DAO…

– Насколько я помню школьную биологию, ни одно действующее вещество не обходится без побочных эффектов. Есть ли обратная сторона и у этих чудо-таблеток?

– Рад, что не вся школьная программа выветрилась из вас! Молодые обычно слишком энергичны и неусидчивы, чтобы помнить нудные лекции таких стариков, как я. Вы правы, у всего есть своя плата. По отдельности они вызывают тяжелые последствия. Не буду углубляться в подробности, но, конечно, ускоренный мутагенез эволюциина опасен усилением агрессии и очень пагубно влияет на наш самый удивительный орган – мозг. DAO, в свою очередь, ассоциирован с большим количеством рисков и может негативно влиять на нервную систему. Но наши проекты творят настоящие чудеса с нашими прекрасными лабораторными зверушками. Если найти правильный подход… Нас будут ждать долголетие и процветание, – он добавил еле слышно: – Быть может, даже бессмертие. Федерация положит конец болезням и бедности.

– Или создаст новых людей, агрессивных, неудержимых, но покорных – словом, идеальных головорезов, а бессмертием наделит лишь приближенных к власти и увековечит деление на аристократию и плебеев, – равнодушно предположил Монах. – Я, конечно же, не серьезно. Федерация же никогда так не поступит с нами, верно, доктор?

Доктор Цилинь остановился в замешательстве и засмотрелся на вытянутую рыбку металлического оттенка с крестовидным плавником, пытающуюся спрятаться от вышедшей на охоту мурены.

С некоторой заторможенностью он произнес:

– Вы напомнили мне одного студента, которого я повстречал не так давно.

– Ого, – скрыл удивление Делец, догадавшись, о ком идет речь. – А что это был за студент?

– Это был молодой человек примерно вашего возраста, очень любознательный. Я удивился, почему он в таком возрасте только начал свой путь исследователя. Он поведал мне, что внезапно осознал, что всю жизнь занимался не тем. Что это застало его врасплох, но не сломило, ведь он еще слишком молод, чтобы падать духом. Его проект по молекулярной биологии привел его сюда. Надеюсь, я смог внести достойный вклад в его обучение. Он был явно талантливым молодым человеком.

– Дайте угадаю: метр восемьдесят восемь, светлые волосы…

– Ся Лин, если мне не изменяет память.

– О, – в тоне Чэнь Рэн пролетели оттенки радости. – Наш общий друг. Это он помог нам устроиться на эту замечательную работу. Правда, он перестал отвечать на звонки.

Все еще пребывая в глубоких раздумьях, доктор Цилинь произнес:

– Помню, он сообщил, куда поедет дальше, но куда именно… Ах, старческая моя память.

– Понимаю, – присоединился Чэнь Рэн. – Я плохо запоминаю лица. Сколько ни пытаюсь – никак не могу вспомнить, вот хоть убейте!

– Да-а… Хоть убейте… Ах, – доктор Цилинь перевел взгляд с аквариума на поставщиков. – Он сказал, меня посоветовал ему его друг. Сяо Дафань, кажется. Он работает неподалеку – в EVA.LOGISTICS. Возможно, он подскажет вам. Думаю, господин Ся просто очень увлекся своим новым делом. Это похвально, у него явно талант и большие перспективы.

На этот раз доктор Цилинь внимательно посмотрел на водоросли. Переливаясь в синеве, они стремились вверх, плавно извиваясь, а их кончики блестели при свете установленных ламп.

– Заметил одну интересную деталь, – сказал он так, что Чэнь Рэн чуть не подпрыгнул от ощущения, что их раскусили, – на вас остались следы от ранотопной расы.

– Кого?

– Триалов, – пояснил доктор. – На вас следы Варкхала. Полагаю, вам доводилось встречаться с этим восхитительным существом. Смогли ли вы ответить на их вопрос – что такое жизнь?

– Нет, – пробормотал Монах, но, уловив взгляд Чэнь Рэна, тут же исправился: – Ну типа это же очевидно. Жизнь есть жизнь. Наша жизнь – это заниматься поставками разным лабораториям.

– Молодежь действительно восхищает своей простотой, – добродушно пробормотал доктор Цилинь. – Мы живы, но до сих пор остается не изучен такой феномен, как «жизнь». И какие интересные формы жизни мы находим, так и не имея достаточно знаний, чтобы объяснить, почему они вообще живы.

Чэнь Рэн пожал плечами:

– В галактике найдется место для каждого.

– Когда я смотрю на многообразие флоры и фауны всего лишь одного этого аквариума, этот вопрос все время настигает меня – что же такое жизнь на самом деле. Как одна-единственная клетка превращается в колонию муравьев, в многометровую водоросль, в нас, существ, способных осознавать самих себя? Все это по-настоящему удивительные вещи.

– И отвратительные, – едва слышно добавил Монах. Казалось, он сказал это, чтобы никто не услышал, но Чэнь Рэн уловил и бросил на того недоуменный взгляд.

Пройдя по длинному коридору, стены которого уже были из обычного бетона, до одиноко расположенного кабинета, доктор остановился:

– Ну вот, мое свободное время подошло к концу. Прошу прощения, я настолько увлекся беседой, что совсем забыл. Что вы должны были мне передать?

– Пока мы беседовали, Босс отозвал поручение, но мне было так интересно вас послушать, что я не стал вас прерывать, – выдумал на ходу Делец. – Он сообщил, что лично навестит вас позже.

– Странно. Ну пусть будет так. В конце концов, каждому нужно переосмысливать свои решения, чтобы не делать глупостей… Прощайте, господа.

Дверь неспешно прикрылась, но не защелкнулась.

Он окинул взглядом свой просторный кабинет. Перевел взгляд с двери, ведущей в лабораторию, на дисплеи, на которых была открыта переписка с коллегой из другого центра. Диалог остановился на благодарностях и похвалах за достижение поставленной руководством задачи.

Его комбинация вывела то, что до сегодняшнего дня он воспринимал, как спасение человечества.