Героический Эпос о Юрае Гарине и Тите Германове - Светлана Туровская

партнеров. Но Земля стала перед фактом постепенного замерзания и затормаживания. Все начиналось с оледенения полюсов: шутка ли, ледяные шапки, стремительно сокращавшиеся по площади с начала ХХ1 века, вновь стали расползаться, подбираясь к континентам по несколько километров в год, параллельно снижалась среднегодовая температура. Отовсюду ученые и обыватели подтверждали поразительные факты о заморозке планеты при неизменной активности солнца. Не стоит пояснять, как катострофически стремительно менялся климат и биосфера в целом. Простые люди и животный мир приспосабливались, пока руководства стран в едином порыве решимости бросили все силы на устранение проблемы.

Россия оказалась в самом выгодном положении – издавна знакомая с холодами, обладающая ресурсами и оборонительными мощностями, эта страна продолжила жить почти привычной жизнью, умудряясь даже обеспечивать небывалый прирост населения. В городе Мирном был отстроен функциональный сектор, в который по приглашению съехались ученые умы планеты и занялись поиском стратегии выживания.

Между тем из разных регионов Земли стали приходить сообщения о странном «поведении» снега. Мало того что повсеместно участились метели и бураны, обрушивавшийся снег укрывал под собой все липким паутинистым покровом, затвердевающим впоследствии коркой. Сознание людей тоже костенело и сковывалось, росло безволие, паника, безумие. Повисшая в воздухе взвесь мелких прозрачных частиц с дыханием проникала внутрь и парализовала организм.

России повезло больше, чем остальным, – мощностей защитного панциря РЛС хватало удерживать территорию в безопасности, хотя случалось, что при низких температурах учащались сбои.

Военные подразделения с разной периодичностью выезжали за границы государства, чтобы тестировать воздействие только что собранных установок и устройств на снег.

Опустошенные земли мало чем отличались от привычных зимних пейзажей – разве что отсутствием линии горизонта и образа светила в небе – настолько плотно обволакивала белая пелена планету. Зато с приходом темноты воздух наполнялся нестерпимым хрустом и потрескиванием – так сковывал землю лед. Прояснялось, и нестерпимо черной гущей над миром нависала жуть.

Большую эффективность в разрушении структур хлопьев снега показали волновые установки, воздействие которых обошло все предложенные альтернативы. Перед запуском в производство решено было добиться максимального радиуса поражения снега путем увеличения мощности. Работа велась круглосуточно, одному руководству Штаба известно, ценою каких жертв и сил была создана «Цунами» и «Идеальный шторм».

«Мы отвоевывали мир по нескольким десяткам километров в день, разбивая ледяную паутину в пыль на земле и вытравливая снежные облака в небе. В успехе не было сомнения, хотя самой сложной задачей стал вопрос об обеззараживании людей – пораженных людей. Потери шли на миллионы – истощенные ледяным параличом, организмы разрушались под волновым душем. Взрослое население планеты практически было уничтожено.»

Дети остались нетронутыми – так человечество одарили очередным рождением.

Новый мир обретал свой новый облик: холодный, монохромный, сдержанный, аскетичный. Напоминанием о прежней цветности жизни оставался разве что цвет глаз (они приобрели особое свечение после волновых ударов) и Архив Культуры – место, куда предусмотрительно свезли уцелевшие артефакты прошлого.

Там-то на первой практике после военно-космической академии он знакомился с трудами родоначальников освоения Космоса и конструкторов первых космических аппаратов. Прогресс шагнул далеко вперед за два века, но его так занимала история начала, сам исток мысли, вселенская искра озарения, подаренная Константину Циолковскому и Сергею Королеву.

Проявлявшего незаурядные способности в построении причинно-следственных связей, интуитивных и логических умозаключений, обладавшего наивысшим рейтингом на потоке, его заметили. Долго приглядывались, проверяли и после обоюдного соглашения приняли в Особый отдел. Особых дел он поначалу, конечно, не получал, но вливался в работу оперативно. Его постоянно дергали с одного дела на другое – времена были сложные, – но его это скорее занимало, чем утомляло.

Душа и мысли рвались в Космос, и он так искренне надеялся, что после второй практики на таможне Нептуна его допустят к полетам, но Земля крепко держала его дома.

Расшифровки с Юпитера пришли неутешительными – снежинки в виде микросхем оказались реальностью, а не иллюзией. Как сотни специалистов могли упустить этот факт!

Через месяц его вызвали в Штаб. По разложенным бумагам синего цвета он понял, что его ждет долгий разговор.

– Ты, я знаю, все мечтаешь о полетах, Гагарин ты наш. Ну что ж! Если мы сейчас договоримся, то и полетишь, орел! – старший хмыкнул в кулак. – Тут тебе задание: будешь теперь у нас числиться ведущим космонавтом-техником. Простой парень с Марса, из семьи потомственных конструкторов и инженеров-механиков, так сказать, родился на свет уже с разводным и циркулем. Толковый. Заметили тебя. Взяли на Землю, сначала на испытательный в Иркутск, потом на космодром Путорана. Трудился ты там 14 лет, и вот сейчас доверяют тебе место в составе полного экипажа для полета в Космос к звезде Анкаа из созвездия Феникса. Там ситуация сложная, почитаешь, их звезда выгорает, но вы как раз успеете на прием в Ученый совет. Мы связались с ними, они предоставят доступ к хроникам спонтанного оледенения планет. Проблема-то известная и решаемая. Ты им нужен как носитель микросхемного сообщения, которое они берутся расшифровать и подсказать выход. Капитаном у вас назначен Тит Германов. Не удивлюсь, что он из агентуры Юпитера – уж больно быстро взлетел. Так что смотри в оба – за себя и за того парня, он молодой, крученый, но и мы не лыком шиты!

Видимо, старший тоже увлекался чтением старинных книг из Архива, смешные фразочки так и пестрили в его речи.

– Меня понял?

–Так точно.

– Основное я тебе пояснил – дальше действовать будешь сам. Подробности своей новой жизни продумывай подетальнее, чтобы как Отче Наш! – старший опять запнулся и исподлобья виновато взглянул на него. – Ну ты понял. Воспоминания поточнее, чтоб как настоящие там (и старший поднял палец вверх) стояли.

– А задача-то в чем?

– В том, орелик, что снег этот к нам не сам залетел. И поскольку началась заморозка с Земли, с самого сердца системы, мы полагаем, что враги наши хорошо знакомы с расстановкой наших сил и, возможно, прощупывали, как быстро мы среагируем. В тебе я уверен, как в себе, и сведения по устранению снега ко мне должны попасть напрямую и в полном объеме, а потом уже на Юпитер. Вертись, как хочешь, но сначала Земля!

– А если что случиться со мной?

– С тобой оболочкой летит твой фантом. Наша секретная разработка. Считай, запасной космостюм, но твой, родной. По ДНК копия верна и совершенна. В случае любого повреждения страдать тебе – мы не вечны, зато она продолжит твою миссию. При несовместимости ранения с жизнью и невозможностью восстановления она стирает тело физического хозяина, оставляя себе мозг со всеми насекомыми. Черт возьми! – он опять замолчал. – Фантом будет учиться