Небесные корсары Амадеус - Григорий Гуронов

Вдруг все ощутили небольшой толчок, и снова заговорил Олаф:

– Мы состыковались, командир. Они наводят магнитные заслонки. У нас есть несколько минут, чтобы покинуть корабль.

– Взлетай.

Через корпус штурмового судна было слышно, как открываются люки ангара. «Коршун» начал медленно подниматься, и наконец пассажиры стали испытывать на себе тряску от повышения мощности двигателей.

Где-то на полпути молчание нарушил Гриер.

– А если не секрет? – Он повернул голову сначала к капитану, а потом к просвещённому. – С какой целью мы сюда прилетели?

Григорий театрально развёл руками:

– Понятия не имею. Он, знаете ли, не любит вдаваться в подробности.

«Знаем», – мелькнуло у Сэндэла в голове.

После этого прошло не больше минуты, как снова зазвучали динамики.

– Входим в атмосферу.

Все, кроме Ульве, синхронно схватились за ремни безопасности. Буквально ещё через несколько секунд корабль затрясло.

«Этот парень не привык к полётам в атмосфере… Как же часто Григорий берёт его с собой? Или они до всего этого сидели в Красном шпиле?» – ещё несколько интересных вопросов прибавилось в голове капитана.

Тем временем состояние челнока стабилизировалось.

– Посадка через две минуты.

– Куда садимся, Олаф? – задал вопрос черноволосый лейтенант.

Ответ последовал не сразу.

– Я так понимаю… Что это всё дворец…

Вальдер шмыгнул носом:

– Не терпится увидеть.

Через указанное время «Коршун» приземлился. Сидевшие в десантном отсеке люди, отстегнув ремни безопасности, двинулись к опускавшемуся трапу.

Выйдя, каждый двинулся кто куда, но первое, что было сказано уже на планете:

– Твою мать…

Они находились на одной из сотен башен, соединённых между собой огромными коридорами или трансмагистралями. Сама столица, город Вечный, как и другие на планете, была построена по тому же принципу, что и орбитальные доки: паутина. Все башни были расположены каждая на своей окружности, а в самом центре находилась резиденция канцлера.

Пока Оттол, хоть и имел высоченные шпили, достающие, кажется, до других планет, всё же был построен в классическом стиле: каждый участок земли был занят каким-то сооружением или постройкой. Но Наследная империя, которая раньше была II легионом, обнаружившим эти системы, отказалась от такой застройки планеты. Всё необходимое для жизнедеятельности населения находилось внутри этих самых башен, которые, в свою очередь, были исполинских размеров как в ширину, так и в длину. А вырастали эти дома для нескольких миллионов человек, казалось, прямо из земли. Где-то внизу между ними ещё можно было разглядеть зелёный цвет травы, которой явно не хватало солнца, коричневый – грязи, сваленной в огромные кучи во время строительства города, и тонкие тёмно-синие, а то и чёрные нитки речушек, обтекающих все эти строения.

Такая застройка была разработана ещё на Земле как альтернатива классической ввиду того, что никто не мог предположить, какой будет ландшафт и другие географические условия на найденных планетах.

– Я не понял. – Вальдер отошёл от ближайшего к себе края посадочной платформы и пошёл к другому, попутно спрашивая: – А где сердце города?

Сердцами городов называли заводы с виониевыми реакторами, которые легионы везли вместе с собой. Два на каждом корабле-левиафане. Они снабжали первые поселения колонизаторов необходимым количеством энергии для поддержки жизнедеятельности и быстрого освоения планеты.

– Не догадался? – Гриер поднял воротник толстой военной куртки, защищаясь от ветра. – Оно под дворцом.

Основная часть дворца походила на усечённую пирамиду с четырьмя рёбрами. На верхнем основании громоздились другие здания, одно из которых, несомненно, было личными покоями канцлера. Пирамида была вполовину меньше любой из башен, зато в ширину её нижнее основание занимало не меньше десяти квадратных километров. Но всё же основная часть сооружения, виониевый завод, уходила глубоко в землю. Из него выходил и закручивался спиралью кабель диаметром в километр, от которого, в свою очередь, уже к башням тянулись отростки условно поменьше. Они, как корни дерева, расходились в разные стороны, только не в землю, а к поверхности. Главный кабель шёл под каждой окружностью паутины и удлинялся по мере расширения города. Таким образом, все здания были связаны с заводом и в данном случае – с дворцом.

– Да, желание контролировать всё и вся у него огромно, – озвучил мысли Григорий.

Ульве за его плечом не мог сдержать эмоций и просто с благоговейным лицом любовался городом Вечным, столицей Терра-Нова и всей Наследной империи.

Капитан лишь мельком глянул на огромное строение под ними, которое было непередаваемо глубокого зелёного цвета. Местный мрамор, как говорили старые люди. Большая часть пород и растительности на этой планете имела тысячи оттенков этого цвета. Всё вокруг – сплошные зелёные луга, леса и немногочисленные плато и озёра. Почти как на Земле… Так было, пока не пришёл человек, окропив этот мир в цвета серого металла и чёрного дыма. Власть имущие увидели в этом некий символизм, и потому зелёно-серая смесь преобладала во всех государственных эмблемах, и не только.

«Куда же они их переселили?» – думал командир корсаров, продолжая вглядываться в окрестности.

Из размышлений его вывел звук поднимающегося лифта. Рядом с посадочным местом пол начал расходиться в разные стороны, и из образовавшейся дыры поднялась платформа с вооружёнными людьми.

Вальдер с силой ухнул и выдал:

– Вот это сопровождение… – Потом он повернулся к просвещённому. – А знаете? Может, дело не в контроле, а в страхе?

– Попридержи язык, лейтенант.

Говорившего сержанта, как и четверых его подчинённых, скрывал глухой чёрный с зеленоватым оттенком шлем. Всё их боевое одеяние было такого же цвета и по виду напоминало стандартный доспех легионера, хоть и с некоторым отличием. Пластин было больше, чем металлических жил, и их сделали более подвижными, также на спине солдаты носили небольшие по размерам рюкзаки. Капитан пока не догадался, для чего они. В правой руке вдоль туловища солдаты держали оружие, которое, казалось, представляло собой обычные металлические палки высотой около двух метров с совсем уж небольшими перекладинами вместо наконечника. Сэндэл понял, что явно отстал от жизни: он видел такое впервые и даже никогда не слышал. Кроме этого, под левой рукой у каждого на магнитной кобуре висел стандартный армейский пистолет «Арес-I». А возможно, и не совсем стандартный. У сержанта на том же месте был прикреплён полуавтомат «Коготь». Холодного оружия у него видно не было.

– Не указывай мне, гвардеец.

– Отставить! – рявкнул капитан, стоя на другом краю платформы и услышав, что до него донес ветер. Но повысил он голос не для того, чтобы произвести впечатление сурового командира, а для того, чтобы его было элементарно слышно.

Сержант Гвардии ночи повернулся в сторону Сэндэла. Его голос усиливали динамики шлема.