Клан - Дмитрий Трайнов

При этом аналитика подтверждала, что во время квалификации наша тройка выглядела зачастую сильнее, чем группы высокоуровневых игроков.

Впрочем, Джордж считал, что в поясе есть и какая-то защита, он много чего придумал, этот дальновидный и умный американец. Впрочем, его извиняло то, что он шёл по аналогии, а «чемпионы» - сильнейшие игроки фракций, заметив, что организаторские и управленческие функции переходят к тем, кто послабее, но более готов к сотрудничеству с руководством, начали замыкаться и отмалчиваться.

Нет, задания они выполняли, и даже приносили «консервы» для формирующейся группы управленческой прослойки, но говорить и предлагать стали меньше.

Обычное дело, это действительно обычное дело, такое случается везде, в бизнесе, в армии, но чаще всего в политике. А здесь начиналась политика, её ждали и предсказывали, а теперь, те трое, которых послали в домен принесли подтверждение.

Почему трое? А потому, что, во-первых, больше слабых и верных не было, остальные так или иначе вынуждены были драться, а во-вторых, аналитики спрогнозировали необходимое число для формирования новой фракции. Собственно, это было не сложно, я и сам предполагал что-то такое.

Но судьба американской фракции в данный момент меня интересовала мало, гораздо меньше, чем то, что нашёл Джордж, и то, что он ещё расскажет о поисках и следах.

А ещё я не очень понимал, зачем Джордж так уж разговорился, во всех детективных книгах пишут, что, когда «злодей», а для меня американец явно подходил на эту роль, не зря же пистолет был у него, а не у доброго милого меня, так много говорит, то жертву обязательно убьют. В некоторых книгах на помощь приходит Арчи Гудвин, или Майк Хаммер, может и ещё кто, но у меня-то никого нет. И даже «тесть» не знает, что собираются сотворить с «любимым» «зятем».

Вот так грустно раздумывая о своей планируемой коварным американцем судьбе я слушал, как тот искал мой пояс. Нет, то, что это пояс он тогда не знал, но понял, что это что-то важное для меня.

Всё оказалось довольно прозаично, и «ремонтника» они не пытали. Просто соседи подслеповатого мастера рассказали, что в семье два брата. Один положительный – ведёт бизнес, каждый день ходит на работу, там его многие видели и даже обращались, часы там починить, дешёвый, правда потёртый чехол для телефона купить. А второй, младший – тот непутёвый, так часто в семьях бывает. Улица, плохая компания, знакомства неудачные.

Дальше было не очень интересно, но дослушать пришлось, именно молодому, когда он был у меня в квартире приглянулся ремень, там были картинки на металлических пластинах очень красивые, правда потускнели и теперь перестали проявляться. Так что ремень он Джорджу продал всего за пятьдесят евро. И остался жив.

Был ещё один пояс, его похитителя Джордж тоже нашёл, но узнал пояс ранга F, и пока покупать не стал.

Это здесь я описываю всё как рассказ американца, а так-то я участвовал в разговоре, нет никаких удивлённых и восторженных междометий, просто уточнения, нельзя же совсем не демонстрировать интерес. К чему-то Джордж всё это ведёт. Надеюсь, не к выстрелу в живот после особо важной, по его мнению, сентенции. После выстрелов даже бесшумных обычно стороны перестают вести диалог и переходят к монологам. А я монологи ещё по походам в БДТ не люблю. Искусственными они мне кажутся, а может я на неудачные спектакли билеты брал.

И американец привёл. Он предложил мне союз. Не с фракцией, а лично с ним. Такое даже меня проняло. А смех пифии, я думал его даже сам американец услышит. Но ему не свезло. Кстати, третий глаз некоторое время даже не мог определиться он врёт, или искренне верит в то, что говорит. А может это я не верил третьему глазу. Ну, мне можно у меня паранойя, я её холю и лелею, подкармливаю.

Джордж хотел стать игроком. Чтобы вырваться вперёд, ему нужна была моя помощь. Он понимает, говорил он, что сразу, тем, что ему удалось найти, он воспользоваться не сможет, но, если я ему помогу, он мне часть вернёт, когда сможет оценить ценность.

Этот редиска – нехороший человек совершенно искренне считал, что то, что лежит на журнальном столике его.

Кроме того, что он мне часть вернёт, он даже был готов влиять на политику фракции в мою пользу, но до определённого предела. Впрочем, без того, что теперь у него, я стану существенно менее независимым.

Кстати, он был абсолютно уверен, что, став игроком он войдёт в малый круг жрецов культа. Он ведь пока регулирует поток информации как снизу вверх, так и сверху вниз.

Нет, ну переговоры – это вообще моё, после Улрича я был готов договариваться с кем угодно, ну пока, в ближайшее время, пока не нарисовался кто-нибудь ещё сорок третьего уровня.

– Джордж, раз уж мы договариваемся, может заодно и промочим горло? У меня всё пересохло.

Сканирование показывало, что мы одни в квартире, и мои конвоиры продолжают стоять у дверей. Всё, что меня более или менее интересовало, я узнал, включая слово культ. То, что американец даст мне список неблагонадёжных, было так же маловероятно, что Улрич воскреснет, или Марил покинет карту, пока я не позову.

Убивать я не хотел, не только этого конкретного Джорджа или его сопровождающих, я пока вообще никого на земле убивать не хотел.

Я хотел наконец взглянуть, что за «картинки» увидел домушник. Агат – возможно, я его отозвал перед уходом, а карта действительно выцветает не сразу после использования. Но, например, оружие, кроме Агата и оружия никаких других картинок в поясе не было, его я использовал давно, а без активации, которая доступна только игрокам, проявить «картинки» невозможно.

– Решайтесь Джордж, у меня хороший виски, а пистолет, если не доверяете, можно не опускать, я и руки могу поднять, чтобы Вам было спокойнее.

Мне надоело его уговаривать, я повернул кольцо и вызвал Марил.

Карта ранга D не входит в пояс F. Я намучился пока придумал, не без помощи орки, иголки и нитки, как носить с собой карты так, чтобы их не потерять, чтобы их не украл карманник вместе с бумажником, или ещё что. Швея из орки оказалась так себе, будучи личем она давно не тренировалась, и исколола себе пальцы. Напёрстка у меня не было. Нитки были из шовного материала, а игла хирургическая,