Зона 51 - Патрик О`Лири

Во вращающейся комнате, где не существовало времени, президент стоял рядом с Лепреконом, который потянулся снизу, чтобы взять его за руку. И все же это президент в его присутствии всегда чувствовал себя ребенком, всегда чувствовал, будто сидит на коленях, заглядывая в эти влажные добрые глаза, искренне делится самыми сокровенными желаниями.

– И что у вас сегодня на уме, сэр?

– Что ж, мы немножко влипли на Ближнем Востоке.

– Опять?

– Ага. И не говори. Все под контролем. Но я здесь не поэтому.

Президент был не из тех, кому близок самоанализ (он предпочитал молитву), поэтому он выжал свои дурные предчувствия, скривив лицо.

– Я переживаю за свое наследие. Как тебе наверняка известно, подходит к концу мой второй срок. Признаюсь: я не самый любимый президент в истории – и сам это знаю. Но мне кажется, я всегда руководствовался честью и принципами и действовал во благо страны.

– Нисколько не сомневаюсь, сэр. Ваша совесть чиста. Это я вижу.

– Я хочу, чтобы меня запомнили, как лидера, который оставил след в истории. Терроризм. Незаслуженные привилегии. Уолл-стрит. Хочу, чтобы никто и никогда не говорил, будто у меня был шанс действовать – а я его упустил.

Коротышка кивнул.

– Я вижу, вы несете великое бремя. Ваша страна, которая содержала меня последние шестьдесят ваших лет. Вы несете бремя, как тот несчастный солдат, которого подослали вас убить. Он тоже нес память о своем незаконном ребенке. Ребенке, ради чьего спасения пошел бы на все, даже если пришлось бы пожертвовать тем, ради чего он боролся всю жизнь.

– Что-то не помню никакого солдата или ребенка.

– Знаю, – мягко сказал коротышка. – И вот что я думаю, господин президент.

Если президент морщился до этого, то теперь его лицо все пошло складками, так он был сосредоточен.

– Яйцо у вас?

– О, конечно. – И он его передал.

Коротышка вздохнул и начал возиться с белым овалом.

– Боюсь, придется рискнуть тем, что я вам наскучу, и повторить все то же, что я уже говорил вам и вашим предшественникам. Вы можете поступать только так, как сами считаете правильным, сэр. Если идет война – объявите мир. Если есть нищета – поделитесь богатством. Есть болезни – излечите всех. Есть невежество – поддерживайте учителей. И, наконец, если нездорова сама планета, делайте все, что в ваших силах ради ее исцеления. Даже если придется изменить ваш привычный образ жизни. Во всем и всегда поступайте правильно. Окружите себя лучшими соотечественниками. Никогда не жертвуйте бедными в пользу сильных. Никогда не пользуйтесь страхом народа. Всегда говорите правду, чего бы это ни стоило. Это и будет вашим наследием, господин президент.

– Благодарю. Благодарю от всей души, друг мой. Я буду скучать по нашим беседам.

– Как и я.

– И я бы очень хотел дать тебе то, чего ты хочешь больше всего.

– Знаю, сэр. Вы всегда желаете лучшего.

Президент вышел из вращающихся дверей и вернулся в нарядный красный бархатный вестибюль к своим людям. Он вернул яйцо, отдал честь высокому Человеку В Синем Костюме, но так и не увидел солдата со сломанной шеей, раскинувшегося на диване. Президент не утруждал себя лишними данными. Он был занят тем, что переиначивал в уме все слова пришельца. И надеялся, что успеет к рождественскому ужину дома.

У них будет свинина.

Пузырьковая пленка – 2017

Родни, грузный господин, набрал комбинацию от маленького черного сейфа, стоящего за его столом. Когда он наконец отпустил ручку, она была мокрой. Из тьмы сейфа он выудил небольшую синюю книжицу в кожаном переплете и повернулся на офисном кресле обратно к столу. Сдвинул в сторону крошечный крысиный череп и положил тонкую рукопись перед гостем в синем костюме, который сидел напротив него в этом захламленном кабинете.

Грузный господин осторожно взял в руки свеженький синий чек и пригляделся. Он был выписан на наличные. Если бы сумму объявили на церемонии по продаже недвижимости, она показалась бы смешной.

Если бы продавали за́мок, конечно.

– Спасибо.

– Не за что. – Уинстон Куп положил на блокнот ладонь. – Редкий документ.

– Именно, единственный в своем роде, – гордо признался господин. Куп пролистнул страницы.

– До сих пор я видел только копии.

– Именно. Первое и единственное издание!

– Полагаю, моего чека хватит до конца жизни, когда вы закроете ваше кредитное общество.

– С этим никаких вопросов. Вы весьма великодушны. Я откровенно изумлен, что вы смогли найти меня здесь. Но, очевидно, у вас широкие возможности.

– И я очень настойчив. – Куп улыбнулся. – А этот аноним? Который прислал вам неизданную рукопись. Могу я предположить, что больше вы о нем не слышали?

– Сэр, вы совершенно правы.

– Никаких контактов.

– Никаких.

– Жаль. Я тешил себя надеждой лично встретиться с этим замечательным творцом.

Родни тихо усмехнулся этой невозможной перспективе.

– Мы даже никогда не встречались. По нашему деловому соглашению я представлял его как агент в поисках публикации. И я выполнил свою часть договора. Когда я исчерпал все возможные варианты… – Родни пожал плечами.

– Что, никто не заинтересовался?

– Боюсь, никто.

– Но рукопись вы придержали.

– Придержал. – Родни приступил к серии разнообразных покачиваний головой. – Хотя сперва я плохо представлял себе ее ценность. Автор не оставил адрес. Не отвечал на мои голосовые сообщения. Я месяцами пытался связаться с ним. Все тщетно. Считай, пропал.

– Или стал невидимым.

Брыли Родни перестали трястись.

– Сэр?

– Как вы. Восхищаюсь вашим упорством. Как вы столько лет скрывали свое общество. Секретность – это что-то вроде моей специальности, поэтому я могу оценить мастера.

Господин склонил голову.

– У вас же, как я понимаю, есть список рассылки для ваших…

– Подписчиков.

– Подписчиков! Точно. Мне нужен список.

Родни торопливо выдвинул верхний ящик стола, достал флешку и положил на синюю книжку.

– Это оригинал?

– Да, сэр.

– Копии существуют?

– На ноутбуке.

– Он мне понадобится.

– Ну конечно. – Родни двинул его через весь стол так, будто ноутбук внезапно стал радиоактивным.

Куп убрал ноутбук, книжку и флешку в свой бледно-белый чемодан.

– Вам все вернут в течение недели. – Куп отдал бойскаутский салют. – Честное бойскаутское.

– Необязательно. Можете оставить себе.

– Замечательно. Теперь о последнем ежегодном банкете, куда вы меня приглашали.

– Совершенно эксклюзивный ужин. Придут все Друзья Котов. Я вас уверяю. Лучшие продукты. Паштет из павлина…

– Все члены уже получили приглашения?

– О да. Они не пропустят. Ровно в семь вечера.

– У меня есть пароль. Приглашение. И указания, как добраться до дома.

– Значит, доберетесь без проблем.

– Спасибо.

– Только рад услужить.

– Я так понимаю, обычно там проходят чтения?

– Это стандартная программа. Но теперь