Клан - Дмитрий Трайнов

Странно, третий глаз показывал, что Дейнерис говорит спокойно и обдуманно, и верит, полностью верит в то, что говорит. А Анэхита сначала удивилась, потом в ней моментально вспыхнула ярость, но уже на втором или третьем предложении она успокоилась и как бы расслабилась и потеряла интерес. Такая вот гамма и трактуй как хочешь. Но диалога не было, Дейнерис говорила почти всё время одна, а я ограничивался междометиями.

В целом, она принимала игру Анэхиты, и с самого начала понимала, чем и за что платит, и да, ей это даже нравилось. Но это как всегда в игре, ты можешь сказать «всё», и игра закончится. А контракт – это другое, и за два дня она чётко поняла, насколько другое, а главное, у него нет конца, не только нельзя отказаться, но и даже внятного ограничения по времени нет. Раньше были какие-то договорённости, а теперь только чужая воля.

Ну, не совсем так, это даже Марил могла бы подсказать. Марил кстати проснулась и пришла, сама пришла. Тихонько налила себе чаю и села в уголке, молча.

Девочка выросла, подумал я, глядя на Дейнерис, а может, может просто испугалась, тем больше, чем меньше изначально доверяла. Бывает. Взял со стола карту Фионы и отдал ей, а потом отказался от контракта.

Вы хотите расторгнуть контракт с игроком Дейнерис. Уровень 11? Да / Нет

Внимание: при расторжении контракта той формы и содержания, что заключён с игроком Дейнерис. Уровень 11, карта призыва, фиксирующая заключение контракта, будет разрушена.

Да. Всё равно карту покупал не я, да и похоже, если делать всё постепенно, чтобы сохранить карту, у Фионы, спокойствие, которое она сохраняла из последних сил, испарится и будет истерика.

А у Пэри спокойствие сменилось презрением, нет на лице не отразилось вообще ничего, даже чашка из которой она пила чай не дрогнула. Я вздрогнул, почувствовав то, что испытывает она.

Марил вдруг бросила на меня быстрый взгляд и покрутила одно из колец на руке.

Я покачал головой, для Марил.

– Да ладно тебе, Фиона, всё хорошо, только постарайся не делать ошибок, которые не удастся исправить так просто. – карта рассыпалась пылью у той в руках.

– А ты Анэхита? Что ты молчишь? – я повернулся к фарси, которая отпивала чай.

– Я была не права, но, если ты не против, я довольна тем, что есть. – Пэри осторожно поставила чашку на стол, - «конечно, я должна была тебя предупредить, Виктор, извини».

Я хотел отдать ей её карту, но она отодвинула её обратно.

Да нет, конечно, так просто всё не закончилось, и прошло почти пятнадцать минут, прежде чем я сдался.

Пожалуй, победила жадность, маленькая поганка отказывалась менять контракт, и заявила, что поскольку я теперь уже знаю, она будет тратить все свободные и доступные средства на контракты и карты, если я их буду уничтожать. Когда я сообразил, что, если она станет членом малого совета Клана, а это было почти неизбежно, у неё в доступе окажутся все средства основы, жаба одержала победу всухую.

Впрочем, ничего ещё не кончилось, может повзрослеет и поумнеет, хотя обвинять карманного Талейрана в том, что он не знает, что делает, наверное, тоже было самонадеянно.

А ещё у меня создалось впечатление, что Марил мысленно сговаривается с мелкой, они конечно были осторожны, но пару взглядов я заметил. Влиять она на Анэхиту не могла, этого не позволял контракт, но что-то там явно было.

После этого перешли к делам. Я коротко изложил то, что случилось за это время, причины, которые принимал во внимание, и возникавшие трудности. Причём обе и Фиона и Пэри участвовали. Немного по-разному, но участвовали. Анэхиту в основном интересовали подробности событий, и только пару раз она сказала, что можно было поступить жёстче. Хотя чуть позже, ещё раз обдумав, признала, что и так неплохо получилось.

А Дейнерис по большей части интересовали причины, она частично не согласилась с моими выводами в тех или других случаях, но сейчас она сидела здесь. А это показывало, что даже если я где-то и был не прав, то проблему всё равно решил, так или иначе.

Почему-то в процессе разговора, мы не говорили, о Клане, совете и его составе, я просто сказал, что вынужден был сделать промежуточный выбор, чтобы иметь возможность заполучить союзника. Разговор перешёл на Марил, её новый вид, и уже должен был перейти к условиям, на которых она с нами, но я предложил всем пробежаться вдоль реки до леса и немного потренироваться, а заодно в перерывах продолжить расспросы, а может и выкупаться.

Все разобрали пояса, и двинулись. Нашли полянку рядом с небольшим заливчиком. Понятно, что на бегу особо не поговоришь. А там я предложил девушкам провести спарринги с Марил. Я был уверен, что она будет достойным противником для них.

Впечатление было странное, Марил с девушками работала на мечах, причём, когда я предложил ей выбрать оружие, она сказала, что ей всё равно. В поясе у неё был прямой меч Хуана Пабло, она несколько раз взмахнула им, и сказала, что пойдёт.

Первые несколько схваток у неё были с Дейнерис, и создавалось впечатление, что мастер-то она мастер, но какой-то очень расхлябанный боец. Поначалу складывалось такое впечатление.

Сначала минуту другую обе просто ходили друг вокруг друга, но кому-то нужно начинать, и Марил предложила, в первой схватке нападать Фионе, а во второй, если та не захочет, будет первой атаковать уже она.

Дейнерис привыкшая работать от защиты, а потом остро контратаковать, или атаковать навстречу, сначала атаковала довольно медленно, ожидая перехода инициативы, чтобы включиться, она любила работать на контратаках и встречных действиях. Но поскольку их не было, постепенно она наращивала темп.

Марил же вообще только защищалась. Дейнерис было неудобно, но она начала давить. А я заметил, что Марил без проблем ускорилась, а потом создалось впечатление, что она просто знает, что будет дальше.

А что, с её ментальными способностями она и знала. Просто читала Фиону, и экономно уходила от атак. Причём даже от выполняемых с рывками. А Фиона начала заводиться, даже злиться. И вдруг поскользнулась.

– Это не честно, я не могла сама, это она. – похоже Дейнерис была права, действие было элементарное.

Из кустов вылетел Агат, который в виде таксы исследовал их на предмет поиска уток.

– Она права, она права. Но