Безмолвная. Книга 3 - Константин Лёр

Как оказывается, ничего.

— Кто тебя плавать учил, ЛиРа? — резонно интересуется тренер, после моего показательного заплыва. — Это никуда не годится, ИльЁн!

Тренер окриком подзывает ту самую девочку, с которой я соревновался в прошлый раз, дожидается, когда подплывёт…

— ИльЁн, покажи ЛиРа, как надо работать руками и ногами.

Она показывает, а я, что называется, мотаю на ус. Отмечаю уверенные, отточенные движения. С какой грацией и плавностью она управляет телом и конечностями, а ещё взаимосвязь всех отдельно выполняемых элементов, наверняка вкупе повышающих общую эффективность. Мне до такого ой как далеко.

— Достаточно. ЛиРа, повтори за ИльЁн, — распоряжается МёнХёк. А когда моя неуклюжая попытка, секунд через десять прерывается громким: «Стоп! Вылезай!», недовольным голосом, понимаю, что живым я с тренировки сегодня вряд ли уйду.

— Принеси скамейку, — даёт новую команду тренер. Недоумевая, зачем она ему, шлёпаю до ближайшей и подтаскиваю к мужику. Но садиться он не торопится. Наоборот, предлагает занять место мне.

— Ложись животом, вытяни ноги и руки параллельно туловищу. Не напрягайся. Теперь, это твой снаряд на ближайшие дни, будем отрабатывать технику гребка.

Следующие десять минут МёнХёк, с истинно тренерским терпением, крутит Лирины конечности словно манекену, объясняя последовательность движений. Запомнить труда не составляет, но вот повторить — это как учиться играть на пианино. Вроде, вот ноты, а вот инструмент, что сложного? Но попробуй, впервые сев за клавиши, задействовать ведущую и аккомпанирующую руки, чтобы получилась музыка, а не какофония. Не получится, как бы ты не старался. Для этого нужны многие месяцы усердных тренировок.

Проклиная недостаточную высоту скамейки, не позволяющую в полной мере совершить требуемые движения — рука, в нижнем положении, упирается в пол — повторяю основы основ:

— Рука над водой — отдыхающая, — менторским тоном поясняет МёнХёк, по ходу, не забывая корректировать мои ошибки. — Ты можешь проносить как полностью вытянутую, так и полусогнутую, так называемым высоким локтем. Я настоятельно рекомендую сразу учиться второму варианту. Вот так! Вторая рука не торопится делать гребок — следи за её положением! И не сгибай локоть в подводной части как ты это сейчас делаешь. Ты должна не «гладить щенка», а «толкать бревно», как я показывал. Ещё раз! И не обращай внимания на высоту скамейки — это сейчас не важно. Гребооок…! Рука вытянута, корпус скручивается… Зафиксировала и представь, что скользишь по воде… Рука вверх! Головой не мотай, дыхание будем отрабатывать позже. Держи её параллельно корпусу, чтобы тело заняло горизонтальное положение в воде. Поднимешь голову — ноги опустятся вниз и потеряешь в скорости. Отлично, повтори сто раз. Да не лупи ты ногами. Спокойнее!

МёнХёк, дав задание, отходит, оставив меня в одиночестве, вспоминать поговорку про «то ли лыжи не едут…». Хорошо, что краснеть в таком положении затруднительно, иначе давно бы покрылся краской. От стыда. Ничего более позорного я себе и представить не мог, чем пытаться плыть лёжа на скамье и загребая воздух на виду у десятка подростков. Да и отсутствие посторонних в зале немного успокаивает, позволяя избежать полного фиаско. А так, гребу потихоньку, в светлое будущее большого спорта.

Примерно на тридцатом повторе мозг, сконцентрированный на упражнении, отключается от внешних раздражителей, и движения обретают полноту — пропадает скованность. На семидесятом появляется уверенность в собственных силах и победе на соревнованиях по скамеечному плаванию… а затем, прерывая грёзы, правую икру обжигает хлёсткий удар чем-то продолговатым. Несильный, но болезненный.

— ЛиРа, ты забыла про ноги. Ты плаванием занимаешься или бегом? — вопрошает сабоним возвышаясь надо мной. Бросив взгляд, замечаю в его руках орудие экзекуции — ротанговую палку.

«Вот зараза! Сговорились они, что ли⁈», — мысленно восклицаю, лишённый возможности обматерить тренера вслух. Что за непедагогичные методы? Сначала ЮнДжон в школе, теперь этот…

Но в одном он прав: я увлёкся, и забыл про технику, отработкой которой мне было поручено заниматься. Тут же сабоним подтверждает мои выводы.

— Ещё сто раз. И медленнее. Следи за движениями, а не пытайся быстрее отработать задание.

Вздохом посетовав на тяжёлую судьбу спортсмена, берусь повторять пройденный материал.

«Когда же это унижение закончится, долго ещё?»

Тренировка длится два часа. По её окончанию, полностью вымотанный, я, наконец, принимаю вертикальное положение, оглядываю зал. Девчонки, те, кто плавал, выбираются из воды, обтираются и подтягиваются на выход, не обращая внимания на новенькую. Понятное дело, после марафона сил останется только на манёвр до раздевалки. Какие тут хиханьки да хаханьки. Остальных уже и след простыл. Встаю. Оттаскиваю свой снаряд на место, собираюсь присоединиться к удаляющимся фигурам, но не тут-то было — меня останавливает ковыряющийся возле стены МёнХёк. Палку, в его руках, заменила странного вида верёвка, которую он при помощи карабинов как раз заканчивал пристёгивать к имеющимся крюкам.

— ЛиРа, подойди, — подзывает он меня кивком головы. — У тебя будет домашнее задание вот на таком снаряде. Это резинка. Отработаешь с её помощью три фазы гребка: захват воды, основная часть и окончание гребка. Сейчас покажу, как это делается. — МёнХёк демонстрирует упражнение, фиксируясь на каждом этапе и поясняя. Затем, просит повторить, с чем я успешно справляюсь. Удовлетворённо кивает. — В твоей сумке точно такая же. Закрепишь дома на стене и будешь выполнять каждый день тремя подходами по десять минут. Обязательно соблюдай ритм. Поняла?

Кивок с моей стороны. А чего тут не понять? Это куда проще, чем на скамейке плавать — знай себе, тяни.

— Ты быстро схватываешь, — не скупится на похвалу тренер. — Ещё одно занятие посвятим сухой гребле, а затем перейдёшь к практике с дощечкой. Следующее занятие послезавтра, в двенадцать. Не опаздывай. Я отправлю запрос в твою школу, если это нужно.

Энергично мотаю головой, жалея об отсутствии телефона под рукой. Как иначе объяснить мужику напрасность его затеи? Всю малину ведь спалит!

— Не нужно? Ты уверена? — интересуется несколько удивлённый МёнХёк. По его тону понимаю, что переспрашивает он, скорее дежурно, без попытки навязаться, за что засчитываю сабониму жирнющий плюс.

Утверждающе киваю несколько раз, и показываю большие пальцы — чтобы наверняка. На том и расходимся.

В раздевалке меня встречает делегация из наиболее любопытных девчонок. Кто ещё не раздет, кто обмотан полотенцем, а некоторые и вовсе без ничего — тем самым, вызывая учащённое сердцебиение — засыпают Лиру вопросами, повторяя большинство заданных в бассейне. Но там подоспевший тренер взял ситуацию под контроль, а здесь напомнить любопытным о некоторых нюансах общения с новенькой было некому. Приходится прикладывать указательный палец к