Вастум - Анна Сергеевна Мезенцева

рельефную спину, на которой под иглой машинки для татуажа оживал чёрно-красный самурай. Рядом шипели и сыпались искры – женщина в толстых перчатках, кожаном фартуке и защитных очках склонялась над киберпротезом, приваривая к голени шипастую накладку. Её обладатель рассматривал потолок, вздрагивая, когда искра попадала на полоску обнажённого тела между протезом и подвёрнутой штаниной.

По другую сторону прохода клиент примерял кисть, украшенную гравировкой и декоративными шестерёнками в стиле стимпанк. Пошевелил суставчатыми пальцами, недовольно поморщился. Мастер подозвал очкастого пацана с тележкой, где лежал рассортированный по ячейкам инструмент. Вместо одной руки у подростка болтался пустой рукав. Ученик сапожника без сапог.

Девушка с красными косичками набивала на лысине сидящего перед ней мужчины запутанный кельтский узор. На соседней кушетке, отделённой стеллажом, полулежал Борис. Левая рука его была отдана в распоряжение мастера, покрывавшего аккуратными штрихами рисунок на внутреннем сгибе локтя. Правая безостановочно порхала над виртуальной клавиатурой. Борис работал, уставившись в повисший над головой монитор и не замечая ничего вокруг.

Глеб отвернулся и ускорил шаг. Конечно, Боря дружил с головой и вряд ли бросился бы к нему с криком: «Глеб Пёстельбергер! Не могу поверить! Так ты уже не в розыске, старина?» Но поговорить на интересующую тему на людях всё равно не удастся, а уклончиво отвечать на такие же расплывчатые вопросы не хотелось.

Детектива проводили в предбанник с мягкими диванами и попросили подождать. Предложили кофе или чай. Он попросил кофе без сахара, намётанным взглядом отыскал зрачок камеры и сел к нему спиной. В стене напротив мерцала встроенная телевизионная панель. На ней без звука крутилось политическое шоу, из тех, что включают для фона, устав от одиночества и тишины. Шевелил губами солидного вида ведущий с седым зачёсом, ему неслышно отвечал молодой худощавый мужчина с очень светлой кожей и чёрными глазами, напомнивший Глебу Айчилан. В последнее время он слишком часто вспоминал помощницу. Глеб пригляделся повнимательней и сообразил, что в этот раз ассоциация попала в точку, – в студии выступал её высокопоставленный брат Оталан.

– А можно звук включить?

– …аю, что у нас в гостях господин Оталан Алабердиев, статс-секретарь Министерства науки и образования. Оталан Мансурович, в своё время именно вы были инициатором создания программы защиты несовершеннолетних беспризорников «Очаг», призванной помочь детям и подросткам, оказавшимся в трудной ситуации. Сейчас, накануне трёхлетия программы, что вы можете сказать о её результатах?

– Когда «Очаг» только вступил в действие, – Оталан отвечал тихо, тщательно проговаривая каждый слог, – мы регистрировали до двух тысяч детей-беспризорников в месяц. Это данные по России. Многие из них нуждались в медицинском уходе. Сейчас эта цифра упала до нескольких сотен, в зависимости от региона и времени года.

– Это успех. – Ведущий растянул губы в почтительной, но при этом дружелюбной улыбке.

– Не могу согласиться. Слово «успех» для меня неприемлемо до тех пор, пока на улице остаётся хотя бы один ребёнок, лишённый родительского тепла.

– Вы также долгие годы курируете программу «Марс: колония». Как вам удаётся совмещать работу над двумя настолько разными проектами?

Оталан развёл бледные кисти рук, прежде сцепленные замком. На белой манжете блеснула запонка. Молодой чиновник, вероятно, был последним человеком в Петербурге, носившим запонки.

– Эти программы не такие уж разные. И «Марс», и «Очаг» созданы, чтобы позаботиться о будущем России.

– Мы знаем, что вы не просто курируете создание колонии, сидя в удобном кресле. А входите в состав первой полномасштабной экспедиции, старт которой состоится всего через неделю, второго ноября. Разве вы не должны сейчас готовиться к полёту?

– Видите ли, наш проект отличается от всего, что когда-либо предпринимало человечество в этой области. Роботы «Семаргл-два-ноль» доложили об окончании подготовительных работ. Нас ждут надёжные, защищённые от радиации и прекрасно оборудованные помещения для жизни и научных изысканий. Никакого риска. Это будет самая комфортная экспедиция в истории освоения космоса.

Ведущий вежливо покивал.

– Наш проект тем и хорош, что открывает дорогу к звёздам для специалистов самого…

– Дамир готов вас принять. Проходите.

Глеб встал с дивана, прихватив чашку с недопитым кофе, и бросил последний взгляд на монитор. Сложно было представить, что этот холёный политик, вещавший про тяготы бездомных детей, не так давно согласился рискнуть карьерой и переправить преступника через границу. Наверное, он очень любил свою сестру. Должно же и в чиновниках быть что-то человеческое.

Глава 9

Май 2041 г. Два года спустя после авиакатастрофы. Санкт-Петербург

Люди – эгоистичные существа. Каждый мнит себя центром мироздания. Каждый верит в знаки судьбы, посылаемые вселенной. Будто она – добрая фея-крёстная, а не бесконечная пустота с раскалёнными шарами из пыли и газа. Это заблуждение Умный собирался использовать в своих интересах.

Он дочитал отчёт о подготовке экспедиции, подчистил следы пребывания на сервере и закрыл вкладку. Список оборудования пополнился новыми пунктами. Сторонний наблюдатель никогда бы не разобрался, для чего они нужны: набор деталей тут, палета с баллонами там. Но Умный извлекал информацию по чуть-чуть, словно старатель, просеивающий речной песок. Из найденных крупиц складывалась общая картина. Раньше миссия была рассчитана только на людей. Теперь – на людей и на таких, как он.

Идея свести хозяйку Забавного с союзником оказалась удачной, однако по части информированности новый лагерь уступал «Роботеху». Олег Фархатов дочери не доверял и лишнего в её присутствии не говорил. А как любит повторять Тихий, нельзя нарушать баланс.

Умный открыл до обидного короткий список имён. Фархатов никого к себе не подпускал. Ни близких друзей, ни доверенных помощников. Даже секретарши менялись каждый месяц, чтобы сделать бессмысленной идею их подкупа. А не попробовать ли усилить новый лагерь с помощью жены Фархатова, Каньи? Умный кликнул по ссылке, ведущей на более подробное досье. Если верить записям разговоров с психологом, мужа она не любила, но гнала от себя крамольную мысль. Отношения с падчерицей тоже не заладились: Канья называла её не иначе как «извращенка» или «мелкая щучка». Значит, подбираться надо не через хозяйку Забавного, а через её союзника. Тем более мужчина он привлекательный, вызывает повышенный интерес.

Пора помочь судьбе в подготовке знаков.

Для начала Умный записал интервью, якобы взятое популярным блогером у Каньи. Чтобы не заморачиваться со съёмками и технологией дипфейк, ограничился подкастом с симуляцией голоса. Фальшивое звучание резало слух, но человек своими примитивными ушами подделку не различит. Умный нажал на «плей», проигрывая фрагмент.

– Ты выглядишь просто великолепно. Что это – удачная генетика? Или ежедневный труд?

– Я регулярно занимаюсь спортом, избегаю стресса, ем полезную пищу – фрукты, овощи, рыбу. Очень люблю один ресторан на Рубинштейна,