Резидент. Часть 2 - Никита Киров

Туда Туман закинул «Белый клык» и «Кортик», которые я читал в детстве, когда мне их отец подарил. Не знаю, для чего Туман читал последний. Но он же был шпионом, а ему надо понимать культурный уровень наших людей, чтобы маскироваться лучше. Вот и изучает всё, даже такую литературу.

Подготовка-то у него была серьёзной, что ни говори.

Остальные книги из этих ящиков я не знал, и на русском не было ни одной. Но уверен, что если буду листать какую-то одну из них в жизни, то она тут же всплывёт в памяти.

В этом же подвале памяти были плёнки, как рабочие, так и с фильмов, которые он смотрел. Туман будто ничего не забывал сразу, его память работала постоянно, и всё, что он узнавал, откладывалось в ней.

Но всё же часть тускнела, казалась серым, особенно то, что лежало в дальнем углу, куда он не ходил. Это то, что он отбросил и хотел забыть совсем. И со временем это исчезнет совсем.

В подсвеченной части помещения я оставил портреты бандита Слона, бухгалтера Сытина и сыщика Шамсутдинова. Мало ли, вдруг понадобится вспомнить какую-нибудь деталь о них. Но пока можно забыть хотя бы от них. Хотя бы эти уже точно никуда не вывезут, ничего не подкинут, и уже не грохнут.

Зато портрет Паяльника в облике Дракулы я пока никуда не убирал, он так и висел в главном зале, обрастая новыми деталями. Неизвестно, что с ним, но лучше про него не забывать. Особенно учитывая, что он умеет.

Я уже знал со слов Рогачёва, что внезапно скончались Шамсутдинов и Слон, оба с сердечным приступом. Опер этому очень сильно удивлялся и копал в разные стороны, так как не поверил в диагноз. Наверняка, и бухгалтеру тоже хана, и я уверен, что он лежит на той квартире, где хранился журнал. А Жека Паяльник, значит, зачистил хвосты и лёг на дно.

Его так напугала возможность подставы? Или вмешательство работодателя Наташи? Он-то прекрасно мог знать, кто это такие.

Я вот только пока этого не знал. Но, быть может, что-нибудь выясню, и откроется очередное помещение, где что-нибудь хранится. Ведь так всё и открывалось, внезапными озарениями.

А дело крутилось дальше. Рогачёв подключил отдел собственной безопасности, и дядя Лёша будто резко покинул зону комфорта. Ну и пусть. Я всё равно думал, чего ещё ему добавить, чтобы он не просто был под следствием, а вообще попал под арест.

Ему будет сложно выплыть, ведь бандиты, которые делали за него грязную работу, уже готовы, а коллеги-менты от него шарахаются.

И худший расклад для дяди Лёши как раз такой — не умереть, а ответить за свои поступки.

* * *

Зато угроза от Слона и Рината миновала, и можно отпраздновать хотя бы это. И у меня сегодня гости, сам вчера приглашал. Впервые за несколько лет ко мне приходит кто-то, кроме ментов. И приходит девушка.

Последнее радовало особенно, а то последний раз с девушкой я был на Новый год, и мы тогда здорово напились на вписке, так что я половину не помнил. А потом с этой учёбой и проблемами стало совсем не до этого, да и домой я никого никого не приглашал. Да и почти никто не соглашался.

А тут всё поменялось. И даже песня Сектора Газа в наушниках, пока я ехал домой, оказалась в тему:

— Ты со мною забудь обо всём

Эта ночь нам покажется сном…

Думаю, ещё месяц назад я бы в панике начал наводить порядок в квартире. Но сейчас у меня и так было чисто. Я не устраивал долгие генеральные уборки, просто понемногу убирался, и всё само собой как-то стало чисто. Да и в целом понимал, что для парня моего возраста квартира более чем приличная. Мебели только маловато.

Носки нигде не валяются, да и простыни у меня уже давно не как в меме «постелил свежее постельное бельё, теперь полгода буду спать на чистом».

Но надо что-то приготовить на ужин. А в готовке я сейчас понимаю отлично.

После пар первым делом я зашёл в красно-белый магазин у дома, и глаз сразу лёг на бутылку белого вина «Совиньон Блан». Никогда в жизни не пробовал и даже про него не слышал, но вино само собой выбралось из всего стеллажа. Похоже, оно отлично подходило под то, что я хотел приготовить.

Но пока выбирал, краем глаза заметил движение у шкафа с виски. Повернулся и заметил пару знакомых рож. Мои соседи Лёнчик и Стас, живущие этажом выше, стояли у шкафа. Лёнчик озирался по сторонам, а Стас с видом знатока читал этикетку «Джонни Уокер» за две тысячи.

И взгляд их падал на камеру в углу, от которой осталась только ножка. Ага, сняли… вернее, хитро сделали, потому что я засёк другую камеру, укрытую намного лучше.

Ну здравствуйте. А эти Биба и Боба, как говорил папа, ничего такого даже не подозревали.

Они меня заметили.

— Вадя, — шёпотом позвал меня Лёнчик. — Выручишь?

Его прыщавое лицо давно не брилось, глаза впали. Вот чую, помимо перегара, что они не просто лезут в неприятности. Они ныряют туда с головой.

— Купи чипсонов плиз, — попросил он, — а я тебе деньгу верну завтра, ок? А то пиво взяли, а на закусь не хватает. Крабовых надо. Завтра отдам, отвечаю.

При этом Лёнчик держал в руке бутылку виски, а не пива. Оба хитро переглянулись. И я понял, что они хотят от меня совсем не того, чтобы я купил чипсы. Тем более крабовых, которые у нас никто не любил даже на халяву.

Я глянул, куда они смотрели. Продавцу придётся отвернуться, ведь крабовые чипсы лежали за прилавком… Вот и вся схема, я их раскрыл.

— Там Пахомов на улице ходил, — предупредил я.

Участковый и правда ходил во дворе, но он меня давно не трогал, и мы спокойно здоровались.

— И чё? — Лёнчик напрягся.

— Чё, думаете, я не понял, что вы сейчас вискарь хватать будете и бежать, пока я покупаю? — тихо проговорил я. — Раз продавец новый и вас не знает. Зато он крепкий, и вломить может, если поймает.

— И чё?

— И мне потом опять из-за вас огребать? Мне этого Жоры хватило.

Оба переглянулись.

— Отбился хоть? — спросил Стас. — Не думали, что у тебя траблы будут.