Клан - Дмитрий Трайнов

Глава 15. Огорчения. Коты после масленицы должны стойко принимать удары судьбы

Огорчения сопровождают нас по жизни. Наверное, это даже хорошо, иначе мы не понимали бы, и не ценили радости, которые их прерывают. Говорят, где-то поставили опыт на лабораторных мышах, им стимулировали центры удовольствия постоянно, и так же постоянно, одна за другой они сходили с ума.

Философствовать, глядя как гаснет горизонт после захода солнца на фоне реки и леса на противоположном берегу, с сигаретой и виски – это явно достижение цивилизации. А ещё это способ немного вернуть себе душевное равновесие. После ужина я начал читать письмо Алекса. Он считал, что не готов к тому, чтобы пойти со мной. Он ещё не настолько отчаялся, почти дословная цитата. А ещё он предложил рассмотреть другую кандидатуру – Нафигена. Уровень 10.

Письмо Алекса я не дочитал, ещё одна… Я сдержался, глядя на гаснущий горизонт и пытаясь войти обратно в медитацию с наблюдением за сигаретным дымом. Но тут виски пошёл не в то горло. Я поискал глазами, что бы сломать. Дом было жалко, дом я любил.

Впереди было четыре дня, надо собраться, отдохнуть, завтра охота и собеседования, даже в навозной куче можно что-нибудь найти. Но просеивать навоз желания было очень мало.

Я ещё раз просмотрел письмо Алекса, прежде чем закрыть, интересно, а почему он об этой Нафигене пишет в мужском роде. Вроде русским он вполне владел, когда мы последний раз виделись.

Что он тут ещё пишет? Зовут Нафигену в обычной жизни Львом. Я даже почувствовал к этому Льву какое-то тёплое чувство, только за то, что он – это «он». Нет, я не сексист, я и слово то это узнал, когда в зарубежной прессе кого-то начали за это поносить, но в моём окружении в последнее время женщин многовато.

Ещё в письме мой знакомый из русской фракции объяснял, что парень хороший, прошёл армию, служил в армейской разведроте, даже получил офицерское звание. Это была серьёзная характеристика. И только в самом конце он писал, что армия была не наша, я имею ввиду Российская, а армия Израиля.

Письмо Алекса напомнило мне американские горки. Он его специально так составлял? Но, с учётом рекомендации, хотя бы поговорить с этим Львом-Нафигеной стоило. Это немного некрасиво, но одной из причин было желание посмотреть, как уживутся, если такое случится, Анэхита и Лев.

Остальные были более практическими. Ашкенази – фамилия, которую часто давали ашкеназам в России, когда они доходили туда из западной Европы, поэтому был немалый шанс, что он эмигрант или сын эмигрантов из России или Союза. Потому и пытался прибиться к Российской фракции. Русскоговорящие в Израиле не слишком любят заокеанских друзей. А ещё русскоговорящий военный мне понятнее, чем другие с точки зрения того, как он думает. С ним будет намного проще, даже если есть разногласия.

Кстати, может он даже водку умеет пить, это тоже плюс, а нет, так мужика проще научить.

Пора заканчивать «думы», надо идти в спальню, дальше тянуть-меньше спать. Шансов на то, что Марил откажется от моего обещания «загладить обиду» не было и раньше. А после того, как они шептались с Анэхитой, орка по-хорошему сама из спальни точно не уйдёт.

Ну, ничего страшного не случилось. Орка, как оказалось, совсем незначительно отличается от человеческих женщин. И даже клыки не мешали. И драгоценности она перед тем, как ложиться в кровать по большей части сняла. Хотя я кольцо на всякий случай оставил, контракт контрактом, но кто его знает, ещё заработаешь какую-нибудь наркотическую зависимость от секса с клыками.

И вообще она была какая-то уютная, что ли. Я даже поцеловал её утром и сказал спасибо. В общем, попал, и кольцо не помогло.

За завтраком Анэхита сначала что-то шептала орке, а когда та покраснела, с её смуглой кожей заметить сложно, но тут ошибиться было нельзя, пихнула её локтем и захихикала. В некоторых вопросах эта малолетка удивительно беззастенчива. Но орка в ответ обняла Пэри и тоже хихикая начала что-то шептать на ухо. Всё, спелись, теперь не растащишь.

Укоризненно глядя на хихикающих и перешёптывающихся орку и фарси, Дейнерис хмуря бровки под пепельной чёлкой излагала свои договорённости по поводу сегодняшних собеседований и план охоты. По её словам, получалось, что она посмотрела список охотничьих локаций и подобрала несколько так, чтобы, когда мы туда пойдём, и, если будем укладываться в график – по два часа на локацию, мы будем попадать туда примерно в полдень. Никаких данных о предполагаемых противниках в локациях не было. Только уровень опасности, она отобрала средний и разница во времени.

Кроме того, через восемь часов должны были начаться встречи с претендентами – четыре по полчаса. Я добавил ещё одну встречу, сказав, что нарисовался ещё один претендент. Уточнять откуда, и кто он не стал, сами всё увидят.

Вопрос откуда идти решился сам собой. Если беседовать с претендентами, то самый простой вариант встречи пригласить их в домен. Скакать туда-сюда в основную пока охотничью локацию было безыдейно, есть ли у них совпадающие с нашими точки выхода, или нет Фиона точно не знала. Как открыть портал сюда напрямую от них, было пока неизвестно, как неизвестно и будет ли такая возможность вообще. Кроме того, я не слишком хотел видеть кого-нибудь лишнего здесь, пока о чём-нибудь не договорились, да и потом тоже не сразу, совсем не сразу.

То есть, сначала в домен, оттуда охота и получение опыта, а по возвращении смотрины. Хороший план, простой и красивый.

В домене не стали даже осматриваться, Марил и Агат уже были отозваны. Дейнерис сформировала двухчасовую миссию, и я под отводом глаз вышел из портала. Вокруг не было никого и ничего, только вода журчала и света почти не было. Я имею ввиду для полдня, когда местное солнце должно быть в зените. Ну, оно возможно и было, из пещеры сквозь гранитный потолок было не видно.

До ближайших поворотов действительно никого не было, и отпуская отвод глаз, я помахал рукой, чтобы выходили Пэри и Фиона.

Осмотрелись, даже после приглушённого света домена в пещере было не слишком светло, но даже если бы было ещё темнее идти было бы можно. По оси пещеры была более светлая полоса камня. Может остаток какой-то рудной жилы, а может