Парейдолия - Константин Владимирович Вершинин

– А вы хитрец, товарищ следователь, ой хитрец! Что же вы хотите узнать о нас? Чеботарёв разве вам мало сказал?

– Я хочу знать, например, почему от лица вашего сайта, и конкретно от ваших сотрудников исходит наибольшее количество нашумевших фото-обработок НьюВижн? Я хочу знать, почему именно в блоге вашей компании впервые была замечена, теперь уже знаменитая обработка Балашихинского рынка? Хотелось бы выяснить, откуда появились фото «залежей радиоактивных материалов» на московской свалке? Может, вы расскажите, почему и как ваши сотрудники так лихо пользуются этой программой и не менее активно распространяют в интернете наиболее заметные результаты?

– Мм… – молодой человек промычал, на короткое время замялся, а Горчаков ещё пристальнее приковал к нему взгляд. – Ну тут не всё так просто. – продолжил Воронцович. – Мы в каком-то смысле, агрегаторы. То есть, собираем лучшие фото у многих пользователей, наши обработки – это только малая часть. Когда НьюВижн вышел, мы устроили бэта-тэстинг, ну это, проверка пользователями-добровольцами ещё недоделанных версий программы – дали ссылки на неё нашим друзьям, знакомым, иногда просто знатным интернет-персонажам, ютьюберам, блогерам, а результаты того, что они наваяли, аккумулировали у себя на ресурсе с последующим обсуждением. Ну и сами более-менее научились пользоваться программой, выбирая правильный фон и освещение, картинки стали получаться лучше, чётче, сцены всё яснее. Делились здесь опытом. А отсюда, разносилось уже по всему Рунету.

– Ага, понятно. А скажите, Виталий, а что вы сами думаете о возможностях этой программы? Как она это делает, на каком принципе основаны вот эти её «удачные обработки»? Вы, как программист, можете меня просветить?

– Хм… ну, известно, что в основе неё алгоритмы фрактальных итераций, только это мало о чём говорит, даже нам. Мы, хоть и знакомы с Чеботраёвым, в голову его не влезали, да и сами поймите, это ноу-хау, а такое даже по дружбе никто не выдаёт, бизнес есть бизнес. Общие обсуждения конечно, были. Мне представляется, что она всё-таки очень и очень хитро работает с информацией, разбросанной по интернету, и каким-то образом привязывая к месту фотографии определённые вероятностные события.

– То есть, вы считаете, что интернет служит для неё источником информации, которую она как-то интерпретирует и выдаёт в графическом виде?

– Точно! Примерно так. Программа серверная, сетевая, использует системный анализ, возможно, проводит исторические параллели, генерирует картинку на основе вероятных событий. Вот почему некоторые обработки попадают в яблочко, и выглядят, как предсказания, но большая часть, просто красивые пустышки.

– Хорошо, спасибо. Мало что понятно, но хоть что-то. И ещё вопрос, по тому инциденту, что случился в вашем офисе во время задержания: кто этот человек? Клиент?

– Клиент, всё правильно. Видать, очень испугался и мгновенно среагировал, сами не ожидали.

– Похоже на то. Но ваши внутренние камеры, как выясняется, видят его не первый раз. Он приходил неделю назад. Постоянный клиент, смотрю. Может, дадите по нему информацию?

– Оо, это не ко мне, это к Оле, она его ведёт. Он как раз с ней общался, когда вы его вспугнули.

– Хорошо, спасибо, можете быть свободны. От меня, а не совсем. Вас проводят в вашу камеру. Тихо-тихо-тихо! Никаких возмущений! Это на пару деньков, не больше, отдохните пока. Пока идёт проверка вашей информационной базы. Потом вас обязательно выпустим! По крайней мере, под подписку о невыезде. Следующий! Ольгу ко мне!

Молодой человек вышел и следом вошла девушка.

– Здравствуйте, присаживайтесь! Ольга Никитская? Не надо так угрюмо на меня смотреть, не съем, всего пару вопросов задам. Что это за клиент, который выпрыгнул из окна сегодня?

– Наш. Давний. Не то чтобы…

– Не то чтобы что?

– Не то чтобы клиент. Знакомый, программист-математик. Я его консультировала по интересующим его ресурсам.

– А чем интересовался, что хотел?

– Перевод документов между доменами, ресурсирование и отзеркаливание потоков данных, автоматическое клонирование информации… как-то так.

– И что это всё значит?

– Это стандартные вопросы по сетевому администрированию, сотни с такими вопросами приходят.

– А имя фамилия у него есть? Адрес?

– Имя Роман. Это всё, что знаю. Остальные данные у себя не держим.

– Что так могло напугать вашего клиента?

– Не знаю… он всегда немного нервный. Думаю, сам не понял, что сделал.

– Вот как. Жаль. А было бы интересно познакомиться поближе с такими прыткими клиентами.

– Что с нами будет? Зачем мы здесь?

– Успокойтесь, ничего страшного! Несколько вопросов, проверки, возможно, на какое-то время придётся вам всем здесь задержаться, ну а потом, разойдётесь по домам. Я надеюсь… Ну и последний вопрос: что вы знаете о компании Kote-i-Co и её создателе Владе Чеботарёве?..

Несколько дней пролетели стремительно, и помимо работы по материалам Skymacker и PhotoSyntez приходилось ещё ездить по старым делам, в том числе и по Балашихинскому рынку, и Югинвесту, плюс стандартные встречи с начальством, отчёты и заседания. Вернувшись на рабочее место, Горчаков собрал сослуживцев в кабинете у полковника Уманца, который милостиво предоставил свои апартаменты пока был в командировке, с непременным назиданием «быстрей уж кончать с этим делом». Капитан Алексеенко, старший лейтенант Ницман, его помощница Юлия а также несколько офицеров из информационно-технического отдела уселись за длинным столом.

– В общем, так… – майор постучал пальцами по столу и обратился к девушке, – Юлия, проверили связи тех ребят из ФотоСинтеза?

– Да, Анатолий Юрьевич, только закончили. Компьютеры давно уже, сегодня досканировали мобильные устройства, проверяли на стёртую информацию.

– Значит, и по Фотосинтезу и Скаймэйкеру полностью прошлись по базе?

– Так точно. – ответил Ницман.

– И каковы результаты?

– Ох… – лейтенант вздохнул и пожал плечами. – Личные интриги внутри компании, грязное бельишко, ну и несколько не в меру оппозиционно настроенных граждан, с материалами, граничащими с экстремизмом, в личных переписках и соцсетях.

– Замечательно, а по Чеботарёву есть что?

– Как ни странно, только та информация, которую вам поведали сотрудники компании.

– Вот как, значит, ничего? Не может быть, столько копали…

– Но, увы. Говорю, что есть. – Ницман всплеснул руками.

– Нда… А ведь я был почти уверен. Это была такая многообещающая зацепка. – говорил Анатолий кусая губу. – Ладно, тогда так.

Майор набрал телефонный номер.

– Алло, дежурная? Майор Горчаков. Тех ребят, Воронцовича и прочих, оформляй на выпуск. Да, именно так, всё, отбой.

Анатолий повесил трубку.

– Такие дела. Всех отпускаю, на них ничего.

– Уверен, посидели бы ещё, кое-что вспомнили, добрая ты душа, товарищ майор. – недовольно сказал Алексеенко.

– Всё, что мог, Григорий, всё, что мог. Пока что. Компы их все тут, так что будем ещё копать, если что, расписались под сотрудничеством они, никуда не денутся.

– А с бегунком чего? Так и не выдали?

– Судя по всему, некого