Бюро магической статистики - 2 - Галина Дмитриевна Гончарова

- Ну хоть что-то, Лидия устало помассировала виски. – Оставьте меня все…

Дамиан и не подумал послушаться. Выставил за дверь Базиля и Валентину, коварно пропустив их вперед, и вернулся к матери.

- Дай-ка я тебе помогу?

- Дэм, ты же не лекарь!

- Это мелочи жизни, - отмахнулся Дамиан. – не переживай, матушка, все будет хорошо. Я постараюсь.

- Жениться?

- В том числе. Если у меня будет такой же удачный брак, как у вас с отцом, будет неплохо.

- Думаешь? – с сомнением произнесла Лидия. Ей сложно было назвать свой брак удачным. Спокойным, ровным, надежным – да, но удачным? Все чаще появлялось у нее ощущение, что чего-то такого она в своей жизни не получила, важного. Чего? Да кто ж его знает?

Дамиан массировал ей кисти рук, надавливая на определенные точки, и Лидии становилось легче. Некроманты умеют справляться с болью подручными средствами, им часто приходится это делать.

- Уверен.

- Как ты думаешь, Базиль меня простит? Это жестокое решение, но что я могла еще сделать? Риберто обиделся бы на него…

Дамиан хмыкнул.

- Мама, ты ему шкуру спасла. Отец бы его в горы на пять лет загнал, это еще было бы хорошо. За такие-то шуточки! Нам только проблем с Зиппом не хватало! Я с Валентиной обращался, как с тухлым яйцом, а этот балбес вздумал шутки шутить!

- Согласна…

- Позлится, да и простит. Жена красивая, семья богатая, а то, что Валентину он, считай, отнял у меня, еще и перчика прибавит. Ты ему скажи, что он мои планы разрушил, хорошо?

- А ты это подтвердишь?

Слепой Лидия не была, видела, что младшему всегда интереснее те игрушки, которые у старшего были. А если их еще и отнять получалось, и Дамиан при этом злился…

Страшная штука – зависть.

- Конечно. Скажи, что я выбор уже сделал, собирался по остальным так пробежаться, для протокола, а Базиль все разрушил. Ему хватит.

- Ты у меня всегда был умным мальчиком, Дамиан.

А Базиль – любимым. Ты ведь и сейчас за него переживаешь намного больше, мама…

Только вот вслух Дамиан этого не сказал. Ни к чему.

Некоторые вещи даже родным озвучивать не надо.

***

- Рента Баррет, хорошего дня!

Был хороший, пока вы не появились.

Вслух Элисон ничего такого не сказала, а хотелось!

Рент Слифт!

Да что ж тебе надо-то, паршивцу? Тебе мамочка не объяснила, что к плохим девочкам близко подходить не надо? Или не дошло?

- Доброго дня, рент. Что привело вас в наше бюро?

- О, совсем ничего! Только вот этот рисунок!

Папка легла на стол перед Элисон.

Рисунок был не оригиналом – Симон лично достал кальку, свел изображение через стекло, и уже полученный результат принес Элисон!

Порвет еще ценный-то документ?

Хотя рент Ноэль и вообще порывался творение Биммера выкинуть.

Помер негодяй?

Да и виверна с ним, зарыть и забыть! Разве что родители девчонок захотят пойти и на могилу плюнуть! Если по закону, оно конечно, человек, и расследовать, кто его там напугал – надо.

А если по справедливости – его не напугать надо бы, а придавить.

Дело открывать, когда этот извращенец бегал и девчонок пугал, не стали. Вот и сейчас, когда его кто-то напугал, тоже нечего дергаться. Равновесие такое, понимаешь?

Симона это не убедило!

Он был свято уверен, что во всем виновата Элисон Баррет. И пришел посмотреть, как она будет выкручиваться.

- А вы похожи, - пропела Леа, заглядывая через плечо полицейского.

Элисон посмотрела на картинку, подняла брови.

- Наверное… со стороны я так не могу сказать. Это не ваша мама рисовала, рент Слифт?

Удар получился метким, Симон аж побурел от негодования.

- Да вы… да я… при чем тут моя мама?!

- При нашей последней встрече она такой меня и представляла. Примерно. Я неправа? Хотя, наверное, нет, это не она, тут чувствуется рука хорошего художника. И детали четко прорисованы…

- Почему эта пакость похожа на вас?

- Не знаю. А кто ее рисовал? Может, мы знакомы?

- Рент Руперт Биммер, - сощурился Симон.

Увы, как не искал он на лице Элисон признаки узнавания – их не было. Элисон просто не помнила, кто это такой.

Она интересовалась не именем негодяя, а его делами. Да и… кто ходит по улице, повторяя, к примеру: Я – Альдо Свенсон, я – Альдо Свенсон?

Вот и Биммер о своих имени и фамилии не думал, Элисон их и не узнала.

- Он художник?

- Он умер у нас в участке! Его недавно напугали до смерти! – рыкнул Симон.

- Мной? – искренне удивилась Элисон. – Вы в этом уверены?

Тут уж захихикали и Леа, и Лукас, и даже рент Видрич, который высунулся из кабинета, отчитать незваного визитера, но решил подождать. Цирк же! Бесплатный и с доставкой на рабочее место, чего от него отказываться?

- Не знаю!

- А где это произошло? И когда?

- ночью. Вы не догадываетесь – когда? – сощурился Симон.

- Рента Баррет? Вы ночью ходите по улицам и пугаете мужчин? – не выдержал Якоб.

- Судя по рисунку - ползаю. И с весьма оригинальной прической, - в том же духе отозвалась Элисон. – Ползу я недавно по улице, косточки от предыдущего несчастного пожевываю, хрящиками похрустываю, а навстречу мне этот… Виммер?

- Биммер! – рыкнул Симон.

- Вот, он самый. И я его как хвостом – бим! А он меня грифелем – бац! И бежать, бежать…

Рент Видрич подошел, посмотрел на рисунок, и задумчиво кивнул.

- Я понимаю бедолагу. Рента Баррет, вы если не захотите у нас работать, вы так скажите, словами, я пойму. Не надо меня хвостом…

Симон понял, что кто-то тут служит развлечением для всего бюро, что это точно не Элисон, и справедливо оскорбился.

- Человек умер, а вам смешно?!

- Да что вы, рент! Мы как раз и пытаемся вам помочь! Так где он меня встретил-то?

- В Каштановом переулке!

- Он там жил? Это вообще где, а то