Сурск 2: Попаданец на рыбалке. Мы наш, мы новый… От Суры до самых до окраин… Жизнь продолжается - Владимир Николаевич Скворцов

Изик упрямый, его не переспоришь. Отправили донесение и пошли дальше искать волков этих. Через два дня нашли, они из того, памятного нам поселения выходили и собирались двигаться по направлению к лощине. Оказалось их примерно тысяч пять, идти им туда предстояло дня два. Места для ночевок у них на пути были хорошие, так что спешить им некуда. С новым донесением отправил еще одно отделение, расписал, где нашли хазар, куда идут и где должны остановиться.

Остались мы вдвоем с Изиком, держимся вдалеке, изредка только проверяем, как и куда идут враги. Пока все так и есть, как писали. И вот тут нас подловили. Зима ведь, следы не скроешь. Десяток хазар ушел в сторону и вышел у нас за спиной, собирались нас гнать на основное войско и взять в плен. Переглянулись мы с Изиком и пошли на прорыв. Плохо, что снег в этом месте оказался глубокий, скорости нет, кони шагом идут еле-еле. Но и хазарам не легче.

Пришлось нам с коней слезть, на лыжи встали, вот теперь хорошо, по такому снегу я любую лошадь обгоню. Подошли мы на пятьсот метров и начали стрельбу из метателей. По два выстрела сделали, коней поранили, уйти не дали, а вот живые враги остались. Пришлось идти ближе и из ружья добивать. Да вот только близко подошли, один сумел встать и из лука выстрелить, так что Изику плечо пробил.

Добил я этого стрелка. И остальных тоже. А потом прошелся с контрольным топором. Только тогда смог Изику помочь. Снял с него куртку, разрезал рубаху, засыпал смесью, что Пашай делала, замотал руку. Крови он, видимо, много потерял, пока я возился с врагами, совсем сомлел. Но до лошадей я его дотащил, усадил, привязал на всякий случай и отправился к своим.

Война. Жихарь

Эти два ухореза улетели как оглашенные, напугав всех, кого смогли. Вик только усмехнулся и пробормотал: «Орлы мух не ловят». Мы же, простояв день на месте и подготовив все, что считали нужным, двинулись потихоньку по их следам.

Зима не самое лучшее время для таких передвижений. Как-то не очень хорошо ночевать в чистом поле. Местность тут не совсем ровная, много небольших холмов, порой образующих хорошее укрытие от ветра. Так что более-менее подходящие места для ночевки находились. Они были богаты кормом, и привыкшие к кочевой жизни лошадки спокойно находили себе питание под снегом. Хотя и с собой у нас был достаточный запас зерна.

Во многих случаях ночевали, просто завернувшись в шкуры, запас которых везли в санях. Для охотников, привыкших к таким ночевкам, в этом не было ничего необычного, хотя имелось у нас несколько юрт и шатров, захваченных у противника в ходе предыдущих боев. Да и свои палатки имелись, но на всех все равно не хватало, здесь мы действительно промахнулись.

Первая весточка от разведчиков нашла нас в трех днях пути от места предполагаемой битвы. Опыта у Азамата было предостаточно, так что мы отправились в ту сторону, и в дне пути от возможной ночевки хазар стали лагерем, ожидая дальнейших уточнений. Затем пришло подтверждение о начале движения хазар и сроках их возможного прихода на место засады. А потом появился весь измученный Азамат, на еще более измученной лошади, буквально на себе тащивший раненого Изика с его конем.

Получив последние известия от Азамата, отправили еще несколько разведывательных групп, стараясь охватить как можно большую часть пути, по которой мог двигаться противник. Таким образом, постоянно уточняя его положение, батальон затаился в овраге, буквально в двух часах пути от возможной ночевки хазар. Мы добились желаемого, разведка сообщила, что противник встал лагерем в ожидаемом месте.

Выждав полной темноты, двинулись в его сторону. Обоз и лошади были оставлены в овраге, а все пошли на лыжах. Маскхалаты и легкая поземка скрывали нас от постороннего взгляда, так что где-то около полуночи мы добрались до вражеского лагеря. Там все было спокойно, большая часть воинов улеглась спать возле костров, кони паслись в стороне, лагерь охраняли посты.

– Значит так, товарищи командиры. План атаки будет такой. Ты, Маска, со своими охотниками снимаешь часовых у табуна и отгоняешь его подальше в сторону, потом занимаешь холмы и не даешь никому прорваться к лошадям. Когда отгонишь лошадей, дашь зеленую гранату, это будет сигнал начала атаки. Ты, Азамат, занимаешь другой фланг, не пускаешь никого в эту сторону и, если что, будь готов ударить в тыл противнику. Себя без нужды не выдавай. Можешь вмешаться, когда будем чистить лагерь.

Я с основной частью войск иду прямо, с максимальной дистанции, позволяющей накрыть весь лагерь, открываю стрельбу из станкачей, потом оставляю их на месте продолжать стрельбу, двумя ротами идем вперед добивать врагов. Стрельбу ведем из метателей, в ближний бой никому не лезть. Если на нас пойдут в атаку, ударите им в тыл. Самое главное – не пропустите их к лошадям. Если побегут – пусть бегут, в степи без лошади и по снегу далеко не уйдут. Мы все передвигаемся на лыжах.

– А что, часовых снимать не будем? – спросил Азамат.

– Да пусть себе стоят. Маска снимет тех, кто ему мешает, ты снимешь тех, кто тебе мешает, а остальные пусть стоят. Стрелять мы будем издалека, до нас не достанут, а когда начнут рваться гранаты, сами побегут. А если нет, достанем из ружей.

В общем, все прошло по утвержденному плану. Выйдя на дистанцию восемьсот метров до лагеря, утоптали позиции, поставили станкачи и стали ждать сигнала от Маска. Как только увидели разорвавшуюся зеленую гранату, открыли огонь. В общем, картина оказалась довольно привычной – сплошной ковер разрывов, накрывших спящий лагерь, поднявшаяся паника и попытки спастись бегством.

Заставила поволноваться одна группа, решительно пошедшая на прорыв к табуну. Но станкачи скорректировали огонь, свою лепту внесли наступающие пехотинцы, да и охотники Маска не стали ждать дальнейшего развития событий, быстро перестреляли атакующих. А в общем наш марш пехоты, идущей вперед и заливающей все перед собой гранатами и картечью, оказался успешным и подавил всякое намечавшееся сопротивление. Враги бежали в степь, где в снегу, пешком и без припасов у них вряд ли были шансы выжить.

Война. Маска

Ну что же, дело привычное, этим мы уже в Пьянске занимались. Так что часовых и табунщиков сняли быстро, потом с подветренной стороны развернули ненадолго волчью шкуру, табун заволновался и потихоньку стал перемещаться в