Сурск 2: Попаданец на рыбалке. Мы наш, мы новый… От Суры до самых до окраин… Жизнь продолжается - Владимир Николаевич Скворцов

ниже по течению Оки, но я все время прожил в Окске, лишь иногда выбирался в лес по грибы и с лесными обычаями незнаком. Так что прохожу обучение, и егеря относятся к этому с пониманием, видно, я не один такой.

Само задание хоть и непонятное, но не самое сложное. Явных противников нет, надо лишь много и долго идти по лесу. Он здесь хоть и не слишком приветливый, но вполне проходимый. Правда, в одиночку мне было бы в этих лесах очень тяжело, а так проводники и егеря как-то находят звериные тропки, прогалины и просветы, поэтому идти достаточно легко. Хорошо, что больших болот нет. Впереди идут две пары, в каждой охотник и проводник, одна справа от отделения, другая слева.

Так, сигнал, замереть и не двигаться. Сержант зовет всех к себе.

– Бойцы, запах гари чувствуете?

Точно, а я никак не могу понять, что такое происходит. А тут ветерок дунул, и сразу стало понятно – что-то рядом недавно сгорело, запах сильный и свежий. По команде сержанта мы разошлись вдоль тропы и укрылись за деревьями. Оружие в руках, к бою готовы. Тут вернулись разведчики, переговорили с сержантом, и он скомандовал двигаться вперед. Вскоре мы вышли на опушку поляны, посередине дымятся руины поселения, ворота раскрыты, видно, что рядом с оградой валяются трупы.

Мы остались на краю леса, а разведчики с разных сторон стали подходить к поселению. Проникнув внутрь и убедившись, что там никого нет, дали сигнал подходить всем остальным. От опушки леса до стен с нашей стороны было не более километра, но мне это расстояние показалось гораздо больше. По мере приближения открывались новые подробности произошедшего. Вон лежит тело девчонки лет двенадцати, пробитое стрелой, там труп мужика, так и не выпустившего из рук топор, а рядом еще один, буквально разрубленный на куски. И кругом черные, уже прогоревшие, но еще местами дымящиеся руины.

Мы по команде сержанта остановились перед воротами, скинули рюкзаки и кое-как расположились на отдых, стараясь не смотреть на трупы. Сержант с разведчиками после недолгого осмотра пожарища подошли к нам и объяснили, что произошло.

– Бандиты напали на поселение, видно сумели местных врасплох застать. Мужиков посекли и постреляли, всех оставшихся в живых увели с собой. Ушли вчера, все, что осталось и не смогли забрать – сожгли. Так что слушайте команду, бойцы! Это наша земля, и мы обязаны этих убийц догнать и уничтожить, пленных освободить. Сейчас разведка уйдет вперед. У вас есть время на подготовку, потом марш-бросок, задача – догнать и уничтожить бандитов. Рюкзаки переложить, патроны и гранаты должны быть под рукой. Бежать будем отсюда и пока не догоним. Вопросы?

Задача была ясна, отомстить за увиденное каждый считал своим личным делом, так что вопросов не было. Выделенное время пролетело быстро, и вскоре мы колонной, друг за дружкой побежали по следам бандитов. Нам надо было торопиться, у них было почти два дня преимущества, и судя по всему, они шли к лодии. Вот к ней пленников и вели. Судя по карте-схеме, что показал сержант, и на которой были нанесены возможные реки, до ближайшей из них было четыре дня обычного хода.

Но бандиты шли не одни, с ними были раненые и пленники, так что быстро двигаться они не могли, и у нас был шанс их догнать. А бегать отсюда и до ужина нам уже приходилось. И груз при этом был тяжелее. Ничего, добежим. Но вот только по лесу оказалось бежать гораздо тяжелее, чем по полигону. Хорошо, что за прошедшими бандитами и пленниками остался заметный след, это облегчало и ориентирование, и передвижение. На ночлег остановились уже почти в полной темноте. И хотя нагрузки были привычными, усталость давала о себе знать.

Тяжелее всего пришлось на второй день, уже где-то ближе к его концу перед глазами появилась серая пелена и стали заплетаться ноги. В голове была одна мысль: только бы не упасть. Да и бег стал какой-то рваный – сто метров бегом, сто шагом. Но до ночлега добрались все, правда в конце дня уже растянулись достаточно длинной цепочкой, но все равно бежали. Ближе к полуночи вернулись разведчики и сообщили, что бандиты впереди нас километров на десять. Так что завтра будет бой.

Десять километров ерунда, а что касается боя, так лучше уж стрелять, чем столько бежать. С утра, как только стало светать, мы были уже на ногах. Завтрак, и бегом вперед, нам надо догнать бандитов и успеть устроить им засаду. И мы еле успели. Оказалось, что река от нас находилась в пятнадцати километрах, и пока мы догоняли врагов, они уже успели добраться до берега, а там их ждала лодия. Так что нам пришлось атаковать почти с ходу. Мы смогли лишь немного обойти бандитов по сторонам, наше отделение справа, разведчики слева.

А потом пошла привычная работа.

– Отделение, гранатами – огонь!

Мы не могли стрелять издалека, была опасность задеть пленников, так что пришлось подходить достаточно близко. Хорошо еще, что они держались вместе и сейчас находились в стороне от бандитов. Врагов было около сорока человек, и они как раз радовались встрече с остававшимися на лодии, радовались возвращению. Момент оказался самым подходящим. Но три залпа гранатами показали, что радоваться еще рано. Так что мы больше бегали, чем воевали.

Потом сержант с разведчиками допросили раненых, добили выживших, а мы пошли к бывшим пленникам. Обрадовали их, что они свободны. Тут подошел сержант и объяснил им расклад. Напали на них поляне, из селения Семботос, собирались продать пленников хазарам. Дорогу в эти места знают уже многие, так что жить тут будет непросто. Поэтому бывшим пленникам предложили присоединяться к нам и переселяться ближе к Окску. Пока мы поджигали лодию, они посовещались между собой, и один из выживших старейшин сказал, что люди согласны.

Так что пришлось нам прерывать наш рейд и выводить их на речку, ведущую к Оке, они, правда, подсказали, как это лучше сделать. А там мастерить легкую лодку и отправляться за лодией. И только когда посадили на нее выживших, пошли дальше.

Территория Земства, различные места. Вик

– Здравствуй, Вышеслав! Думал, спрятался от меня, забрался подальше, и я про тебя забуду? Не дождешься.

– Привет, Вик! Все подкалываешь?

– Пытаюсь понять, что тебя здесь так сильно удерживает. С одной стороны, мне ясно, что без твоей поддержки дела бы шли гораздо хуже, с другой – хочу понять, какие такие заботы мешают нам встретиться и поговорить о наших делах