"Фантастика 2025-135". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Звездная

class="p1">Богдан и Данила продолжали валить деревья, превращая стволы в брёвна. Лес сдавался под их напором. Как только набиралась куча, она исчезала в моём инвентаре, и я спешил к Тотему Строительства, чтобы создать новые панели и новые колья.

Система работала быстро и эффективно, но братья рубили с такой скоростью, что я едва поспевал.

— На вашем фоне я как пенсионер на марафоне, — прокряхтел, утирая пот со лба снятой рубахой. — Скоро можно будет на лавочку и семечки щёлкать, наблюдая за вашими подвигами. Может, ещё плакаты нарисуем: «Передовики производства Богдан и Данила».

— Тебе не нужны они, чтобы выглядеть плохо, муженёк, — раздался позади женский голос, заставивший меня обернуться.

На краю частокола сидела Забава. Моя тигрица. В обтягивающем наряде, прикрывающем грудь и талию.

— Ого, какая дерзость, — усмехнулся я и прислонился к одному из кольев, с удовольствием её разглядывая. Оружие массового поражения. — А я-то думал, послушные тигрицы только в сказках. Мурлыкают, клубочки катают. Видимо, ошибался. Или это ты со мной так осмелела?

— Ты мой муж. Конечно, я чувствую себя свободнее. К тому же ты куда снисходительнее многих князей, если ещё не понял.

— Очевидно, нужно быть строже.

— Очевидно, — Забава хитро улыбнулась, оглядывая моё тело с ног до головы. — Помочь?

— Только если сама хочешь.

Она спрыгнула с частокола.

Я проверил Богдана и Данилу, но их, казалось, не отвлекал вид моей жены в откровенном наряде. Они продолжали работать.

Половина заострённых брёвен перекочевала к Забаве. Тигрица работала с неожиданной сноровкой, устанавливая колья точно и быстро. Видно было, что в её племени всех учили защищать территорию. В общем вместе с нею темп строительства значительно ускорился.

Деревья валились, колья вставали на место. Работа спорилась. К последней четверти периметра близнецы нарубили достаточно деревьев.

Они кивнули в знак того, что их работа была выполнена, после чего удалились, оставив нас с Забавой заканчивать.

— Так ты не шутил насчёт крепости, да? — выдохнула Забава, устанавливая очередное бревно под таким углом, чтобы нападающий напоролся на него шеей.

— Чертовски верно, — ответил я сбившимся от напряжения дыханием. — Если кто-то сунется на нашу землю, мы будем готовы. Никто чужой не пройдёт.

Глава 9

Я проснулся на следующий день, оделся и взял свой новый меч и кинжал. Это были обычные железные клинки взамен утерянного оружия. Ведь свой старый меч и кинжал сокрытия я потерял еще во время битвы с князем лесных дикарей. По-хорошему нужно будет обзавестись чем-то более надежным, но пока что думаю имеющегося достаточно.

Выйдя из дома, я первым делом собрал свою команду — себя, Кузьму, Лару и Иляну, а также лошадей Зарю и Стрелу вместе с телегой. Далее когда мы все снарядились и приготовились, перед выездом направился к восточному наблюдательному посту. На башню, где дежурил тигролюд, подниматься не стал, вместо этого сразу вошел в небольшую хижину рядом с постом.

Легонько пнул дверь ногой, и она, отскочив от стены хижины, разбудила фигуру в углу.

— Угхх… Что? Кто это?

Гоблин повернулся, его запястья были связаны за спиной.

— Как ты, Прохор?

— Пошел ты, князь.

— О, взаимные любезности? — усмехнулся на его выпад. — Рад, что твое чувство юмора не пострадало от небольшого заключения. А я, представь себе, отлично.

— Я здесь уже неделю.

— Неделю получал пищу и кров над головой. Не жизнь, а сказка.

— Все-равно. Так нельзя обращаться с живым существом.

— Да-ну, а стрелять из арбалета и угрожать взорвать себя вместе со всеми окружающими значит можно?

— Ты все еще злишься из-за этого? Я делал все возможное, чтобы защитить себя от неведомой угрозы.

— Вот и я делаю то, что вынужден. Но это ладно, мы еще долго можем спорить, кто ведет себя правильно, а кто нет. Тебе все-равно не получится меня переубедить, — рассмеялся в ответ на его слова. — Перейду к делу, ради которого собственно и пришел. Помнишь нашу маленькую дилемму?

— Какую именно?

— Ту, где если я тебя отпущу, ты нас сдашь, а если оставлю здесь, доверия к тебе все-равно не будет?

— Что-то припоминаю.

— Теперь то, что посторонние узнают местоположение нашего поселения, уже не такая проблема. У меня появилась поддержка от гораздо более сильного поселения.

— Так ты можешь меня отпустить? Какая замечательная ново…

— Воу, воу, воу, погоди приятель. То, что у меня есть союзники, не означает, что я не считаю тебя достаточно злопамятным, чтобы попытаться вернуться сюда и прирезать меня или кого-нибудь из моих людей. Даже если прикажу своим стражникам при твоём приближение стрелять в тебя из Злой гарпунной пушки, из которой самолично подстрелил гигантскую волчицу.

— Ты… Ты убил гигантскую волчицу? Злой гарпунной пушкой?

— Технически, ранил. Добивал уже смекалкой и удачным рельефом местности. Но это лирика. Суть в том, что от тебя нужно избавиться. И поверь, вариант, который я выбрал, куда гуманнее, чем утопить тебя в болоте или скормить местной живности. Так что цени момент.

— Так… Что ты собираешься со мной сделать?

— Взять тебя в небольшое путешествие, так что поднимайся.

Выведя Прохора из хижины, забросил его в кузов телеги.

— Куда ты меня везешь?

— Помолчи, или я достану кляп.

В ответ гоблин послал мне взгляд абсолютной и полной обиды. Что ж, его можно понять. Неделя в четырех стенах, при этом пребывание связанным по рукам и ногам, кого угодно заставят чувствовать обиду.

Я бы тоже себя ненавидел, если бы просидел связанным взаперти неделю. Но с ним нужно было что-то делать, и поездка в Бухту позволяла убить двух зайцев одним выстрелом. Первого, избавиться от предателя, а второе — расширить свои горизонты.

Мы прибыли в Буеград ещё до полудня и оставили телегу. Кузьма вызвался присмотреть за Прохором, пока мы с женами направились в верхние ярусы.

Лара и Иляна отправились искать семена для начала нашего производства лука, свеклы и сладкого картофеля, а также рецепт сидра, который мы собирались производить, а я сам направился к потайному входу в скальной стене бухты, который вел к жилищу ведьмы.

По дороге попадались странные типы: кто-то шатался в наркотическом забытье, кто-то просто сидел на обочине, уставившись в пустоту. Воздух был густым, словно пропитанным чужой безысходностью. Добравшись до конца улицы, я спрыгнул на скальный уступ, прошёл через иллюзию и направился