50 правил Мерил Стрип - Лидия Харпер

Он мысленно представлял, как на экране она восхищенно смотрит в глаза гигантской обезьяне и как между ними возникает особая связь, которую не под силу разрушить другим людям.

* * *

В комнате ожидания пахло потом и дешевым парфюмом. Никому не известная молодая актриса Мерил Стрип сидела и ждала своей очереди. Она пришла на прослушивание к великому и ужасному продюсеру Дино Де Лаурентису. Это был великий человек, создавший за свою почти 70-летнюю творческую биографию порядка 500 фильмов, продюсер, явивший миру феномен Федерико Феллини. Переехав из Европы в Голливуд, он и там сделал множество блокбастеров, его фильмы в общей сложности получили 38 «Оскаров». Сейчас он искал актрису на главную роль в ремейке «Кинг-Конга». Мерил не пошла бы на пробы, если бы не настойчивое личное приглашение сына продюсера, Федерико.

Наконец ее вызвали. Она вошла в большой кабинет, где за столом сидели отец и сын Де Лаурентисы. Несколько минут назад она видела вышедшую из этого кабинета Джессику Лэнг, уже состоявшуюся кинозвезду. Мерил чувствовала себя другой, она принадлежала театральному миру, там все иначе.

Де Лаурентис взглянул на нее, а затем встал и громко, на итальянском, сказал сыну:

– Она страшна, как смертный грех! Зачем ты ее позвал?

В комнате повисла звенящая тишина. Федерико покраснел, потому что Мерил, изучавшая итальянский, поняла сказанное.

– Мне жаль, что вы считаете меня некрасивой, – ответила она по-итальянски, глядя ему в глаза, – но это всего лишь вопрос личного вкуса. И я актриса, а не манекен.

Ошарашенный Де Лаурентис плюхнулся на стул, как будто его ударили по лицу. Он не ожидал, что ему ответят на родном языке, да еще и с таким достоинством.

Она вышла из кабинета. С одной стороны, она чувствовала, что победила. Пусть она не получила роль, но отстояла себя, она не намерена терпеть оскорбления даже от сильных мира сего. Да и талант гораздо важнее, чем внешность.

Однако жившая внутри нее маленькая девочка горько и обреченно разрыдалась.

Мерил Стрип не соответствовала голливудским стандартам красоты. Она знала об этом. В то время в Голливуде доминировал типаж «сексуальной кошечки». Мерил с ее драматичным острым «интеллектуальным» лицом в него не вписывалась.

Для фильма «Кинг-Конг» Дино Де Лаурентис искал красивую барби-старлетку, и роль в итоге получила Джессика Лэнг.

В самой роли не было ничего завидного, героиня только широко открывала глаза или громко кричала. Серьезной актрисе завидовать здесь было нечему. Но Мерил все равно было горько.

* * *

Есть вещи, которые изменить невозможно.

В кино, где магия актерского перевоплощения сплетается с жесткими законами коммерческого успеха, правят два бога: типаж и фактура.

Они определяют стартовую позицию актера, его место в кастинговой системе и, в конечном счете, его путь. Для одних они становятся трамплином к успеху, для других – невидимой стеной, ограничивающей творческие возможности.

Типаж – это совокупность внешних данных: возраст, рост, телосложение, черты лица, цвет волос плюс характерные черты личности, которые формируют первое впечатление об актере. Кастинг-директора, работая с сотнями заявок, используют типаж как компас, чтобы быстро найти актеров, которые соответствуют описанию персонажа. Это может быть «героический любовник», «хитрый злодей», «добрая мать» или «загадочный незнакомец».

На начальном этапе карьеры понимание собственного типажа не ограничение, а стратегический инструмент. Оно позволяет актеру сосредоточиться на ролях, в которых он наиболее убедителен, и тем самым быстрее получить признание. Например, актер с мягкими чертами лица и открытым взглядом, скорее всего, будет рассматриваться на роли положительных персонажей, в то время как обладатель более резких черт скорее станет кандидатом на роли злодеев или антигероев.

Правило 13: Когда я была моложе, я всегда думала, что мой нос слишком велик. Теперь я понимаю, что он просто… мой

Однако эта система имеет свои недостатки. Практика, когда для актера постоянно выбирают один и тот же тип ролей, может стать творческой ловушкой. Она подавляет креативность и не дает актеру расти. Многие звезды, добившиеся успеха в определенном амплуа, всю жизнь пытаются «сломать типаж», доказывая свою многогранность и способность к перевоплощению.

Если типаж – это «внешняя упаковка», то фактура наполняет эту упаковку содержанием. В широком смысле фактура – это осязаемые детали, которые делают игру актера уникальной, живой и убедительной. Это пластика, походка, голос, мимические особенности. Фактура делает актера не просто воплощением архетипа, а уникальной личностью.

Настоящее мастерство рождается там, где типаж и фактура вступают в диалектический спор. Опытный актер не просто соответствует своему типажу, а использует его как основу, чтобы добавить фактуру, которая будет противоречить ожиданиям.

Понимание и принятие своего типажа дает актеру опору, а работа над фактурой позволяет ему выходить за его рамки. В этом постоянном движении между внешними ожиданиями и внутренней индивидуальностью и рождается истинная магия актерского искусства, способность создавать убедительные, живые и незабываемые образы. Правило 14: Не заходи на чужую территорию, достаточно и своей

А еще после той злополучной встречи с Де Лаурентисом Мерил поняла, что между театральной фактурой и фактурой кино есть разница. На сцене все решает общий контур актера, который двигается и говорит на некотором расстоянии от зрителя, который не видит подробностей его лица. Таким образом красавицу на сцене создают рост, походка, грация, осанка, голос и грим. В кино все иначе, главное – крупный план и мимика, и здесь все решают данные природой черты лица. На сцене она легко сыграет красавицу. А вот в кино… Если она когда-нибудь будет сниматься в кино, в чем она тогда сильно усомнилась, ей придется искать собственный путь. Еще в отрочестве Мерил усвоила, что если ты не красотка от природы, то тебе нужно добирать чем-то другим, очень стараться. Она старалась, и в итоге стала великой актрисой, то есть выиграла, обставила тех, кто в голливудский канон вписывался, и обставила с большим отрывом.

Дино Де Лаурентис чуть позже осознал свой промах и попытался извиниться перед Мерил Стрип, но речь о совместной работе никогда больше не заходила.

* * *

Август 1976. Репетиционный зал на Бродвее.

Мерил – в монашеском платье, Джон – со шпагой, репетируют. Он – всесильный аскет и постник судья Анжело, который собирается казнить прелюбодея (прелюбодей этот на самом деле всего лишь влюбленный юноша, жаждущий соединения с подругой). Она – готовая принять постриг послушница, сестра несчастного юноши, которая пытается смягчить сердце жестокого судьи. Шекспир, «Мера за меру».

Актеры