Верхум - Георгий Леонардович Васильев

чувствительны к идее сверхразума. Например, философы всерьёз обсуждают гипотезу, что мы живём не в реальном мире, а в компьютерной симуляции[441]. Мол, некий сверхразум создал и запустил на каком-то сверхмощном компьютере модель, в которой мы все участвуем как персонажи.

Вы можете решить, что я тоже одержим идеей сверхразума. Не буду отрицать. Но Верхум – это не мистический и не гипотетический, а совершенно реальный сверхразум. Надеюсь, мне удалось вас в этом убедить.

Заканчивая эту книгу, я решил посоветоваться с женой, которая на протяжении двух лет работала её первым читателем и критиком. Мне казалось, я уже всё нужное изложил. Но она, дочитав до этого места, спросила:

– А дальше-то что?

– В каком смысле? – Я даже не понял вопроса.

– Что со всем этим делать? Поставь себя на место читателей. Ты нас загрузил. Ты нас растревожил. И теперь мы ждём практических рекомендаций. Как вести себя с верхумами? Как их улучшать? Как от них защищаться?

Тут уж я запротестовал. Я заявил, что поклялся не превращать свою книгу в сборник практических советов, хотя мне и есть что сказать. Это совсем другой жанр литературы. Советы пусть дают психологи, политологи и экономисты. Тогда она сказала:

– Ладно, сформулирую вопрос по-другому: как с этим жить? То, что ты написал, сильно влияет на психику.

Естественно, я поинтересовался у жены, как моя книга повлияла на её психику. Она на какое-то время задумалась. А потом сообщила, что идея верхума сделала её терпимее к людям. Теперь она гораздо реже объясняет себе неприятные события злыми кознями или пороками людей. Понимание, что за их спинами стоит верхум, примиряет с действительностью. Ведь верхум – хоть и разум, но не человеческий. Что с него взять…

Это неожиданное рассуждение заставило меня прислушаться к себе. А что чувствую я, думая о верхуме? У меня ведь тоже есть психика. Короче, вместо практических рекомендаций я лучше поделюсь с вами своими впечатлениями от собственной книги.

Я разбросал по тексту множество историй из своей жизни. Добрая половина из них посвящена тому, как я строил верхумы собственными руками или корректировал их работу, влияя на культурный уклад. Эти верхумы занимались наукой и государственным управлением, обслуживали клиентов, сражались за честные выборы, торговали фьючерсами, производили электронику, создавали музыкальные спектакли и мультфильмы. Сев писать эту книгу два года назад, я относился к верхумам довольно прагматично и мог считаться неплохим специалистом по социальной инженерии[442]. Но то, что я понял за эти два года, заставило меня взглянуть на коллективный разум другими глазами.

Я начал относиться к верхумам как к разумным существам со своими интересами, памятью и свободой воли. Даже у такого маленького верхума, как верхум семьи, всё это есть. Я говорю не о каждом родителе, ребёнке, бабушке или внуке по отдельности, а обо всех вместе. Семья может принимать решения, которые не нравятся никому из её членов. Она настаивает на соблюдении своих традиций. Честь семьи – не пустой звук, а то, что каждый должен защищать. Семья хочет быть в курсе ваших дел. Она порицает вас или гордится вами. Если вы считаете себя главой семьи, то можете отдать ей приказ, можете прикрикнуть на непослушных. Но общаться с семьёй с помощью приказов и криков – это всё равно что кричать на собаку. Она, конечно, послушается, но будет смотреть на вас испуганными и печальными глазами, и вам будет неудобно.

Раз уж я сравнил верхум семьи с собакой, то сравню верхум корпорации с коровой, верхум государства – с тигром, а верхум рынка – с китом. Как говорили древние, любое сравнение хромает. Но мне даже такое хромое сравнение помогает лучше разобраться в своих чувствах. Конечно, верхумы – не животные, но они и не люди. Их мышление сильно отличается от нашего. Верхум часто не понимает человека и не думает о его благе, тем более что людей много – одни хотят одного, другие – совсем другого. Человек тоже часто не в состоянии понять, чтó думает верхум. А если ты не понимаешь другое существо, то тебе трудно с ним договориться или как-то на него повлиять. Вот портреты четырёх верхумов, какими их рисует моё воображение и искусственный интеллект[443], подражающий Энди Уорхолу (илл. 7-11).

Илл. 7-11. Четыре верхума в образах животных.

С собакой проще, особенно если она маленькая, домашняя и полностью от тебя зависит. Но вот с коровой уже сложнее. Ты к ней со всей душой, а она болеет и перестаёт доиться. С тигром вообще договориться очень сложно, даже если он приручён. Сегодня он тебе будто бы друг, а завтра – вырывается из клетки и начинает рвать в куски своих и чужих. Что уж говорить о ките. Он слишком большой и сложный, чтобы им можно было реально управлять. Кита можно чем-то приманить и какое-то время удержать на поверхности, но он в любой момент может взмахнуть хвостом, разбить твою лодку и уйти в глубины.

Чем животное больше и сложнее, тем человеку труднее иметь с ним дело. Чем больше и сложнее верхум, тем он меньше зависит от отдельных людей и тем больше люди зависят от него. Сравнив верхум рынка с китом, я исчерпал возможности увеличивать размер животных. Поэтому мне не с кем сравнить Верхум человечества. Он слишком велик и несопоставимо умнее не только любого животного, но и любого человека. Думая о его интеллектуальной мощи, я испытываю какое-то сложное трепетное чувство, которое правильнее всего было бы назвать благоговением. И если бы мне не претила высокопарность, я бы, наверное, так и сделал.

А ещё, думая о глобальном Верхуме, я испытываю чувство благодарности. Он, конечно, многое решает и понимает неправильно – путается, ошибается, допускает кровавые конфликты и войны. Его мемы часто противоречивы. Но мысли в голове человека тоже нередко путаются и противоречат друг другу. Если подвести баланс моих претензий к Верхуму и тех его дел, которые вызывают моё восхищение и благодарность, то восхищение и благодарность сильно перевесят. Может быть, поэтому мне так приятно читать книги Стивена Пинкера, который доказывает, что человечество движется по пути прогресса[444]. Я благодарен Верхуму за образование и медицину, за крышу над головой и бытовые удобства, за великую литературу и дурацкие анекдоты, за Википедию и ленты новостей, за интересную работу, за беспокойную жизнь, за возможность общаться с друзьями и детьми, которые от меня за тысячи километров. Мне не хватит здесь