100 великих тайн Москвы - Николай Николаевич Непомнящий

по сентябрь 1885-го. Не справившись с волокитой, заболел и ушёл в отставку. Так что, кроме дома, никакой особой памяти в истории столицы Тарасов не оставил. Дом переходил от чиновников к предпринимателям. Во время революции в его подвале расстреливали людей. А в 1938 г. в особняк переехал глава НКВД Лаврентий Берия.

Руководителем НКВД Берия стал после «железного наркома» Ежова, на следующий год после «большого сталинского террора». Поэтому репутация у руководителя Комиссариата внутренних дел была соответствующая. Его называли всесильным властителем Москвы. К тому же личные качества Берии добавляли ему мрачности. Он очень любил женщин и мог позволить себе практически любую. Ходили легенды о чёрных «эмках», которые разъезжали по столице и привозили девушек лично в дом к Берии. Вот только из этого дома некоторые из них уже не выходили. Одни говорят, что в подвале дома была установлена камнедробилка, где исчезали тела жертв. Другие — что во дворе особняка стоял маленький крематорий для этих целей. Это маловероятно, но в любом случае дом на Малой Никитской ещё при жизни Берии люди старались обходить стороной.

Кстати

Карьера Берии закончилась в 1953 г. По одной из версий, его расстреляли в подвале собственного дома. А что стало с телом, доподлинно неизвестно — актов о захоронении или кремации не существует.

С тех пор начала происходить чертовщина. По одной из московских легенд, по ночам возле дома Берии появляется машина-призрак. Вдалеке загорается огонёк фар, можно услышать звук подъезжающей машины. Самой машины не видно. Но слышно, как она останавливается, открывается дверь, выходит человек. Слышны голоса, пьяные крики. Машина уезжает. Рассказывают, что ночами из подвала дома Берии доносятся женские голоса. А по комнатам шагает кто-то тяжёлой, грузной походкой. В 1990-х гг. сотрудники посольства Туниса ремонтировали здание и нашли в подвале орудия пыток. Говорят, сам Берия прикладывал к ним руку, предпочитая лично пытать некоторых своих жертв. Поклонники сверхъестественных теорий заявляют, что у дома мрачная и гнетущая энергетика и его стены буквально пропитаны страхом. Но даже люди, не склонные верить в мистику, признают, что за Берией шла мрачная слава, а дела, которые творились в доме на Малой Никитской, 28, добрыми не назовёшь.

Дом Берии, окруженный мрачными легендами

Раз уж речь пошла о районе Спиридоновки, поговорим о ней поподробнее.

Взрывоопасный двор

В 1930 г. церковь Святого Спиридона была разобрана, а вот другому строению той эпохи повезло больше. На углу Спиридоновки и Гранатного переулка и по сей день размещаются палаты Гранатного двора — один из самых интересных памятников московской допетровской архитектуры.

«Это промышленное предприятие, которое изготовляло то взрывное устройство, которое называлось гранатой. Причем провинция Гранада испанская, плод граната и граната как взрывное устройство в своем старом, первоначальном варианте — это все однокоренные слова. Первые варианты гранаты действительно были похожи, если его разрезать, на плод граната, где роль семян выполняли кусочки свинца. И когда оболочка взрывалась путем поджигания фитиля, вставленного сверху в открытое пространство, это имело очень сильный поражающий характер», — рассказывает архитектор Александр Мишин.

Кстати

Взрывоопасная продукция, которую выпускал Гранатный двор, в итоге сыграла с ним искрометную, но весьма злую шутку.

«В 1711 году Гранатный двор взлетел на воздух, начался сильный пожар, которые, к сожалению, были характерны для Москвы того времени. Как пишут современники, сгорело 200 дворов. И тогда уже Гранатный двор был переведен на окраины Москвы», — поясняет А. Мишин.

Долгое время считалось, что от Гранатного двора ничего не осталось, но со временем постройки удалось восстановить, в основном силами сотрудников дизайнерского бюро, арендовавшего полуразрушенное здание около 20 лет назад.

«Это XVII в., и это доказано, в доме действительно нашли подлинные образцы изразцов XVII в.», — говорит директор школы дизайна Татьяна Рогова.

При расчистке исследователей ждало еще одно не менее интересное открытие. Выяснилось, что Гранатный двор связан подземными коммуникациями с другим районом Москвы.

«У нас стоит маленький павильончик на территории нашего садика, откуда поступает газ к могиле Неизвестного Солдата, то есть Вечный огонь находится под нашим неусыпным контролем», — рассказывает Т. Рогова.

Палаты Гранатного двора

К началу XIX в. Москва расширяется, и некогда болотистый пригород становится одним из центральных районов столицы.

«Во второй половине XIX в. здесь жило много студентов. Дело в том, что жилье здесь было достаточно дешевое, плохонькое, но студентам как раз подходившее. И вот этот район Патриарших прудов называли «московским латинским кварталом» по аналогии с Парижем», — утверждает А. Мишин.

Кузнецкий Мост и красавица Жужу (улица Кузнецкий Мост, 4)

Жужу, или, как еще говорили, Очаровательная Жужу, француженка, служила в одной из модных лавок на Кузнецком Мосту. Скорее всего, была она очень независима: продолжала работать, хотя ее любовником был известнейший богатей Савва Морозов.

И как-то утром она ехала на извозчике в лавку и находилась уже недалеко от нее, когда мальчишка-газетчик крикнул: «Свежие новости! За границей умер Савва Морозов!»

После январских революционных событий 1905 г. Морозов написал председателю Совета министров С.Ю. Витте письмо, в котором предлагал покончить с самодержавием, дать всяческие свободы, общественный контроль за бюджетом… ну и так далее. А в феврале началась забастовка и на морозовской мануфактуре.

Кузнецкий мост. 1900-е гг.

Савва потребовал от родных выполнить все требования рабочих, но был отстранен матерью от управления фабрикой. Произошло это в начале марта. Оказавшись не у дел, энергичнейший Морозов потерял интерес ко всему на свете, постоянно сидел в своем кабинете и никого не хотел видеть. Родными 15 апреля 1905 года был созван консилиум лучших врачей Москвы, и те пришли к выводу, что у купца «тяжелое общее нервное расстройство, выражавшееся то в чрезмерном возбуждении, беспокойстве, бессоннице, то в подавленном состоянии, приступах тоски и прочее». И настоятельно рекомендовали Савве ехать на лечение в Европу.

Кстати

Савва с женой отправились сначала в Берлин, а затем в Канны. С Жужу он даже не попрощался. 13 (26) мая 1905 г., после второго завтрака, Савва сказал жене: «Жарко, отдохну до обеда» — и поднялся к себе. Потом его обнаружили уже мертвым. Около тела лежал пистолет и была найдена записка: «В смерти моей прошу никого не винить».

Услышав утром 14 мая эту ужасную весть, Жужу выскочила из коляски прямо на ходу, желая купить газету, и тут же была сбита встречной каретой. Ее отвезли в больницу, но все усилия врачей оказались бесполезны: через несколько часов Жужу скончалась.

А когда настали сумерки, то