Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 4 - Максим Шаравин

— Князь, у меня слишком маленький гарнизон, чтобы справиться с семидесятитысячной армией, — Долгоруков смотрел на меня, явно не понимая, чего я от него хочу.

— Мне не нужен весь ваш гарнизон. Только магистры и накопители маны — очень много маны, точнее, всё, что у вас есть.

— Хм… Ману я вам отдам. Магистров у меня здесь почти сотня. Но я не понимаю, что вы задумали, князь. Может, расскажете подробнее? — Долгоруков отпил кофе и тоже взял пирожное.

— Пока не расскажу. Сколько вам нужно времени на подготовку? — Я уже потянулся за третьим пирожным, но передумал.

— Пару часов, чтобы собрать все накопители и сложить в одно место, — задумчиво ответил князь.

— Ну и отлично. Тогда отдавайте приказ. И пойдём обедать. После обеда займёмся освобождением вашей территории.

Я допил кофе и поставил пустую чашку на стол.

Князь Долгоруков внимательно посмотрел на меня, но спорить не стал. Вызвал командира своего гарнизона и отдал необходимые распоряжения.

Как только командир ушёл, я открыл портал в гостиную моего замка.

Обед прошёл в оживлённом обсуждении предстоящей свадьбы Маши и Егорыча. Но сразу после трапезы я попросил всех задержаться:

— Через два часа мы атакуем армию Бокеевых возле замка князя Долгорукова. От вас мне требуется по двадцать-тридцать магистров. Они должны нанести совместный удар по стихийному щиту Бокеевых. Их там несколько, нужно снести один, чтобы я не отвлекался. Пусть ваши магистры возьмут накопители маны — чтобы гарантированно хватило запаса.

Беркут кивнул, готовясь приступить к организации.

— Беркут, собери наших магистров. Ли Юй и Елена, вы — как обычно, со мной. Порталы для магистров я открою прямо в родовой замок князя Долгорукова.

Все встали и, не задавая лишних вопросов, отправились выполнять приказ. Лишь Ярослав уточнил:

— Что нам с Михаилом нужно сделать?

— Ждать результатов, — коротко ответил я и открыл портал в замок Долгорукова.

Сразу по прибытии я открыл порталы в замки князей, а Ли Юй сформировала портал для наших магистров.

Собрались все на удивление быстро. Уже через час мы были готовы к атаке.

Я оглядел стоящих передо мной магистров:

— От вас мне нужно только одно: по приказу князя Долгорукова, с которым мы будем на связи, вы должны уничтожить один-единственный стихийный щит. Ударить надо одновременно — чтобы щит не успел восстановиться. В какой именно щит бить, князь вам скажет.

Повернувшись к Долгорукову, я добавил:

— Пойдёмте, князь. Прогуляемся по стене.

Мы поднялись на крепостную стену. Отсюда открывался чёткий вид на лагерь Бокеевых: ровные ряды палаток, дозорные посты, мерцающие контуры стихийных щитов. Я указал на самый крупный, пульсирующий голубым свечением:

— Вот этот щит. Разрушьте его — и к вечеру здесь не будет армии Бокеевых.

Открыв портал, я взял девушек под руки и шагнул в него, выходя с противоположной стороны от вражеского лагеря.

— Ли Юй, как только я скажу, передашь приказ князю, — произнёс я, усаживаясь на землю и привлекая к себе Елену. — А потом приглядывай за нами — на всякий случай.

Ли Юй кивнула и тут же связалась с Долгоруковым через амулет.

Елена обняла меня, и я ощутил взрывной прилив сил. Из трёх рюкзаков, которые мы принесли, я высыпал накопители маны и аккуратно разложил их в несколько стопок перед собой.

Глубоко выдохнув, я произнёс:

— Начали.

Глава 10

Положив руки на землю, я начал вливать ману, соединяя несколько стихий. Вокруг армии Бокеевых стала формироваться огромная река лавы.

Земля вздыбилась, превращаясь в бурлящий поток огненной массы. Уровень лавы стремительно поднимался, подбираясь к стихийным щитам, защищавшим вражескую армию.

Дозорные, оказавшиеся рядом с этим огненным безумием, пытались бежать, но проваливались в формирующийся поток лавы, вспыхивая ярким пламенем. В лагере противника поднялась паника: солдаты метались между палатками, командиры выкрикивали приказы, но щиты пока сдерживали разбушевавшуюся стихию.

— Ли Юй, пора, — произнёс я.

Она мгновенно передала мой приказ князю Долгорукову.

Через несколько секунд на один из стационарных воздушных щитов обрушилась объединённая атака почти трёхсот магистров. Заранее подготовленные заклинания, максимально насыщенные маной, в одно мгновение разорвали стихийный щит.

Я влил ещё маны, опустошая заранее подготовленные накопители. Огненная река хлынула в образовавшуюся брешь, сжигая всё на своём пути.

Магистры Бокеевых отчаянно пытались остановить поток лавы, но их щиты не продержались и минуты. Все попытки солдат пересечь огненную реку заканчивались гибелью — доспехи раскалялись докрасна, а затем плавились, поглощая своих владельцев.

Враг начал отступать, спасаясь от лавы, прижимаясь к стенам замка Долгорукова.

— Ли Юй, скажи князю, что теперь ему принимать решение — что делать с врагом, — я мельком взглянул на девушку.

В этот момент солнце, пробившееся сквозь тучи, осветило поле боя: огненная река продолжала расти, а остатки армии Бокеевых оказались зажаты между пламенем и неприступными стенами замка.

Лава неумолимо напирала на солдат, постепенно добираясь до установок стационарных щитов и уничтожая их. Один за другим щиты прекращали работу — их мерцающее сияние гасло, будто задуваемые ветром свечи. Огненная река всё шире разливалась по лагерю, поглощая палатки, повозки, оружие.

Солдаты Бокеевых гибли от нестерпимого жара и пламени. Крики страха и отчаяния становились всё громче, переходя в надрывные мольбы о спасении, обращённые к защитникам замка. Воздух наполнился запахом горелой плоти и раскалённого металла.

Бросая оружие, солдаты Бокеевых бежали к рву с водой, окружавшему замок, в отчаянной надежде, что ворота откроются и будет опущен мост. Но массивные дубовые створки оставались наглухо закрытыми, а подъёмный мост — недвижим.

Лава в некоторых местах уже достигла рва и начала сливаться в него, мгновенно нагревая воду до кипения. Те, кто успел прыгнуть в ров, варились заживо — их крики разрывали воздух, смешиваясь с гулом пламени и треском горящего дерева.

Наконец мост дрогнул и медленно начал опускаться, а тяжёлые ворота со скрипом стали приоткрываться.

Оставшиеся в живых солдаты Бокеевых кинулись к спасительному проходу. В панике они толкались, сбивали друг друга с ног, порой сталкивая неловких в кипящую воду или прямо в лавовую реку. Это лишь увеличивало число погибших — каждый шаг к спасению оборачивался новой жертвой.

Когда последний из выживших переступил порог замка, сдавшись гарнизону Долгорукова, я прекратил движение лавы. Перестал вливать ману, позволяя огненной реке постепенно остывать. Воздух всё ещё дрожал от жара, а над полем боя поднимался густой пар, смешиваясь с клубами чёрного дыма.

Земля, некогда зелёная и живая, теперь представляла собой выжженную пустыню с застывающими чёрными потоками лавы. Лишь кое-где пробивались тонкие струйки пара из трещин, напоминая о