Неординарные преступники и преступления. Книга 6 - Алексей Ракитин

в последние дни перед 19 декабря Агнес и Иван много катались по магазинам, делая всевозможные покупки в дорогу, и, в частности, они посетили магазин по продаже чемоданов. Они привезли несколько новёхоньких чемоданов и кофров, которых, как несложно догадаться, 23 декабря в опустевшем апартаменте не оказалось.

Если до беседы с горничной Иван Подержай, хотя и казался человеком подозрительным, отнюдь не был самым главным подозреваемым, то рассказ Флоры Миллер заставил полицейских посмотреть на него под новым углом. Человек, который через 16 дней после свадьбы был не в курсе, куда именно уехала его жена – то ли в Филадельфию, то ли в Квебек – требовал к себе самого пристального внимания. В интересах расследования было бы очень желательно его отыскать, но тут начинались сложности. В Соединённых Штатах той поры не существовало паспортного режима и контроля в привычном нам понимании. Иван Подержай мог, в принципе, мог представляться любым именем и при соблюдении некоторых простых условий, скажем, не управляя транспортным средством, не владея оружием и не беря кредиты, мог многие годы жить вообще без документов – в тех реалиях это было вполне возможно. Осторожный и аккуратный в мелочах преступник мог перебраться в другой штат, немного изменить внешность, скажем, отпустить или, напротив, сбрить усы, назваться другим именем и прожить всю жизнь совершенно спокойно, не привлекая к себе внимания. Розыск и опознание преступников, перемещающихся по стране, являлся в те годы делом муторным, крайне медленным и неэффективным. На территории США в первой трети XX века действовало боле 2,5 тыс. территориальных полицейских департаментов и служб шерифа, при этом системы их централизованного оповещения не существовало. Если человека надо было объявить в общегосударственный розыск, то для этого требовалось связаться с каждым из полицейских и шерифских подразделений в отдельности. Вы представляете, что значит сделать 2,5 тыс. телефонных звонков, а затем переслать 2,5 тыс. телеграмм [после 1931 года стали рассылаться телексные сообщения]? При этом следовало иметь в виду, что не существовало никаких гарантий надлежащего отношения к запросам правоохранительных органов из других штатов – ввиду недостатка финансирования и свободных людей сообщения о розыске могли не привлекать к себе внимания многие месяцы и даже годы.

Поэтому поиски Ивана Подержая на территории страны были равносильны поиску иголки в стоге сена. Или иголки в стоге иголок – такое сравнение будет даже точнее! Выйдя из апартаментов Агнес Тафверсон, он мог стать каким-нибудь Джоном Смитом и растаять в мировом эфире, не оставив следа. И детективы нью-йоркского Бюро розыска пропавших знали это лучше многих. Но они знали и другую истину – искать надо не человека, который хочет скрыться, а его багаж. Да-да, именно так! Багаж привлекает к себе внимание больше, чем владелец – эта аксиома отнюдь не очевидна для человека XXI столетия, но веком ранее на багаж солидных джентльменов обращали профессиональное внимание многие – отельная обслуга, носильщики на вокзалах, таксисты и даже воры. Флора Миллер сообщила, что Агнес и Иван дни перед запланированным на 19 декабря отъездом разжились новыми чемоданами, а новый багаж – это отличная демаскирующая примета!

Но прежде чем приступать к его поиску, следовало выяснить, что же именно следует искать. Детективы озаботились поиском магазина, в котором Агнес и её муж могли приобрести чемоданы. Здравый смысл подсказывал им, что вряд ли молодожёны уезжали с Манхэттена. Логика тут была довольно проста – они венчались в храме на Восточной 29-й стрит, а проживали в апарте на Восточной 22-й стрит. Расстояние между этими местами сравнительно невелико – всего-то 550 метров по прямой. По-видимому, Иван и Агнес не желали отдаляться от любовного гнёздышка. Кроме того, Манхэттен – это сердце Нью-Йорка, здесь сосредоточены лучшие магазины, зачем вообще куда-то уезжать?

Полицейские пошли по магазинам, торговавшими товарами в дорогу. В их распоряжении имелась лишь фотокарточка Агнес да довольно общий словесный портрет Ивана, однако магазин, в котором парочке продали чемоданы, удалось найти без особых затруднений. Может показаться удивительным, но работники магазина запомнили парочку, посетившую их пятью месяцами ранее. И вовсе не потому, что они потратили очень много денег – нет, многие клиенты тратили гораздо более! – а по причине довольно неожиданной.

Дело заключалось в том, что между мужчиной и женщиной возник спор. После того, как они отобрали обычные чемоданы из полированной кожи общим числом 9 штук [для женщины поменьше, для мужчины – побольше], а также 3 вместительных кофра, мужчина пожелал также приобрести для себя сумку для тенниса из красно-вишнёвой замши. Женщина не стала возражать и попросила принести такую сумку, сказав, что купит её. К этому времени продавцы уже поняли, что деньги находятся именно у женщины и именно она будет оплачивать товар. Заполучив желаемую сумку, мужчина неожиданно заявил, что им также понадобится самый большой кофр, какой имеется в продаже. Кофр в 1930-х годах представлял собою нечто среднее между сундуком и чемоданом – он имел каркас (рёбра жесткости) и прочный корпус, сохраняющий форму даже при сильном внешнем воздействии или падении с высоты.

Желание мужчины купить самый большой кофр оказалось для женщины неожиданным, и она возразила спутнику, мол, нам такая вещь не понадобится, ведь уже куплены чемоданы и кофры [общим числом 12]! Мужчина стал настаивать, а женщина в свою очередь – всё более настойчиво ему возражать. Продавцы, между тем, принесли самый большой из имевшихся в магазине кофров [тот имел высоту 110 см]. Узнав его стоимость – она составляла 40$ – женщина уже безапелляционно заявила, что на такую вещь тратить деньги совершенно незачем. Её спутник был явно сконфужен тем, что продавцы стали свидетелями этой некрасивой сцены, но тем удивительнее оказалась его настойчивость. Он принялся доказывать спутнице, что большой кофр им очень нужен в поездку, и купить его совершенно необходимо. В частности, он что-то говорил про необходимость положить в кофр шубу или шубы. Женщина на это возражала, говоря, что шубу она наденет на себя. После довольно долгих препирательств и унизительного выклянчивания мужчина добился своего, и женщина согласилась оплатить весьма внушительный заказ полностью.

Все продавцы сходились в том, что сцена получилась довольно неприглядной. Мужчина вёл себя как жиголо, каковым, по-видимому, и являлся. Худощавый, вертлявый и многословный, он казался одного роста со своей спутницей и был явно моложе неё. Хотя он был одет в хороший новый костюм, аккуратно подстрижен и распространял вокруг себя аромат дорогого одеколона, речь его и поведение совершенно не соответствовали тому облику респектабельного джентльмена, каковым он хотел казаться.

Очевидно, кофр был очень нужен Подержаю, и это был хороший знак для детективов. Массивный и неудобный кофр являлся отличным демаскирующим признаком. Подобную деталь багажа могли запомнить грузчики, поскольку кофр был совсем новым. И даже если Подержай решил не обращаться к грузчикам, а кантовал свой багаж собственноручно, всё равно джентльмен в новом костюме и дорогом пальто и с подобной штукой в руках должен был обращать на себя внимание.

Кто-то мог запомнить такого человека и, скорее всего, запомнил. Важно было отыскать этого человека!

Согласно описанию продавцов, фанерный кофр был обтянут чёрной кожей и декорирован чернёной латунной фурнитурой (уголками, накладками, застёжками ремней и замками). Размеры его составляли 14 дюймов * 14 дюймов * 42 дюйма (то есть 36 см * 36 см * 110 см).

Получив информацию о приметном багаже, полицейские предприняли попытку отследить поездку человека из апартаментов в доме №235 по Восточной 22-й стрит на такси. Шансов на то, что спустя 5 месяцев удастся найти шофёра и тот припомнит подобного пассажира, было не очень много – всё-таки за прошедшее время таксист мог уволиться, умереть или попросту переехать из Нью-Йорка, но удача улыбнулась детективам. Причём нужного человека они нашли очень быстро – на это ушло несколько часов. Водитель не только вспомнил пассажира и его багаж, но и назвал время поездки и место, куда направлялся клиент.

Таксист Деннис Хьюг, полистав свои записи, сообщил полицейским, что утром 22 декабря отвёз мужчину от апартаментов к пристани