Грёзы Железа - Nair Snait

Каспер умудрялся сохранять свое дыхание, не смотря на то, что убегал от далеко не самой медленной Катерины, и при этом что-то еще и говорил. В такой вот игровой манере они начали проезжать первые, немногочисленные дома, что были у них на пути, пока не достигли каменных, городских стен.

Возле ворот их стоял и ждал не высокий, старый мужчина, одетый в черный фрак, а его длинные седые волосы были уложены в аккуратный, конный хвост. По бокам от него стояло еще два человека, одетые в тяжелую и громоздкую броню - местные рыцари. На их поясе, как приметил Муниб, весели не привычные для Королевства Кроу мечи или другое холодное оружие, хотя ножны с мечами тоже были, но больше выделялись мушкеты, которые так же свисали рядом. Позади этих рыцарей, не так уж сильно выделяясь стояла пара молодых парней от четырнадцати до двадцати лет, примерно бы столько им бы дал на вид профессор. За их спинами были надеты рюкзаки. Это скорее всего были пажи, которых рыцарь брал себе в услужение. О них рассказывал Каспер как-то:

— У нас в королевстве есть отдельный вид войск - рыцари. Они не очень многочисленны, и, в основном, состоят из младших сынов дворян, потому что их снаряжение, обычно, довольно дорогое, но по крайне мере, все они являются сильными воинами. Обычно у дворянина в услужении до десяти рыцарей и их вполне хватает, чтобы защищать его владения. Поэтому большинство деревенских парней, хотят попасть на службу к рыцарю, чтобы стать его пажом, ведь тогда рыцарь может уступить свое место пажу или же если он погибнет, то паж займет его место, если, конечно, дворянин будет не против, но, обычно, в пажей набирают тех, кому доверяют, ведь если ты следуешь за рыцарем, он должен выдать тебе официальную бумагу, что ты его паж, а иначе - просто помощник и не более. Так вот, дворяне не против того, чтобы паж занимал место погибшего рыцаря, тогда не придется не искать себе нового, а паж, если служил долго, точно учился у своего покровителя, по крайне мере наблюдал за ним. Некоторые рыцари действительно берут пажей и обучают их, чтобы они стали заменой им, а затем уходят на покой.

Продолжая рассматривать парней, профессор обратил внимание на рюкзаки - видимо в них была провизия, а так же патроны к мушкету. Еще Муниб подозревал, что рыцарем не очень удобно перезаряжать их оружие в таком огромном доспехе, и видимо этим занимаются пажи. Приближаясь ближе, Муниб так же отметил странный герб на их доспехах - это были три параллельно идущие красные линии. Насколько мужчина знал по геральдике герб семьи Стар - это падающая звезда, так что рыцари явно были не из дома Чарльза. Он несколько лет переписывался с бароном Стар, но никогда не слышал о таком гербе, да и старый мужчина тоже явно не был его давним знакомым по переписке, ведь насколько Мунибу было известно - ведь Чарльзу было где-то в районе сорока лет. Может это тот самый виконт Лайнз, о котором говорила герцогиня Блад? Тогда при чем тут он, если ему нужно беседовать с бароном Стар? Муниб устало вздохнул, понимая, что плохо разбирается в этой сложной политике Королевства Кроу.

Когда караван полностью остановился перед воротами в город, Муниб спрыгнул со своей телеги и пошел в сторону головную часть их колонны. Там он застал довольно странную картину: слегка вспотевшая Катерина с изумлением смотрела, как рыцари и их пажи преклоняют колено, не считая старика, который лишь склонил свою голову.

— Извините меня за дерзость, ваше высочество, но я уже слишком стар, чтобы приклонить перед вами колени, - произнес старик, не поднимая своей головы.

— Вы меня с кем-то путаете, - удивленно произнесла Катерина, которая явно не была к такому готова, но продолжала гордо держать свою спину прямой.

— Никак нет, ваше высочество, леди Блад младшая, - ответил ей старик.

Тут уже удивился сам профессор. Леди Блад младшая? Значит она или дочь или внучка той старой карги? Когда мужчина вспомнил о ней, по его спине пробежал холодок, и небольшое чувство страха. Она пугала его всем своим естеством. У него было такое ощущение, что перед ним сидела не старая женщина, а какой-то монстр, который морально давил на него тяжестью своих прожитых лет, которые явно исчисляются ни одной человеческой жизнью. Да, леди Катерина Блад старшая источала ауру страха, которой мужчина не мог ничего противопоставить, но получается младшая вообще ничем подобным не обладала. Конечно, сейчас, он мог увидеть общие черты между девушкой и женщиной, но пока старик об этом не сказал, профессор даже не обращал на это внимание, да и само поведение Катерины не было таким, как у её матери? бабушки? сейчас - это было не важно, но они обе явно очень сильно отличались. Да еще и обращение к ней... Ваше высочество? Вроде так обращаются к королю и его семье, но Катерина же явно не носила фамилию Кроу. Тогда почему?

Мысли Муниба были прерваны появившимся Каспером, который все так же был без рубашки. Парень явно не прочитал гнетущую атмосферу, что тут творилась, но как только он подошел к девушке, один рыцарей встал и выхватил свой меч, направив его на парня.

— Как ты смеешь, смерд, появляться в таком развратном виде перед его высочеством! - произнес рыцарь довольно не басистым голосом, в котором Муниб уловил женские интонации. Видимо женщина тоже может быть рыцарем, хотя Каспер же не говорил, что ими становятся только мужчины, только про дворян. Старик тоже поднял голову, и, к удивлению профессора, в них не читалась никаких эмоций, словно он уже давно умер.

— Его высочеством? Где? - удивленно спросил Каспер, склоняя свою голову на бок.

Рыцарь же не стал отвечать парню и быстрым шагом направился к нему, думая о том, что это была провокация. Когда Муниб уже собирался крикнуть голосовую команду активации Му-6, между рыцарем и Каспером встала Катерина, но теперь её взгляд полностью изменился.

— На колени, - лишь произнесла она, и Муниб снова ощутил ту холодную ауру, когда он был в том огромном дворце, хотя она была не настолько давящей, как у Катерины старшей. Теперь у него не было никаких сомнений, что эта девушка была родственницей той старой бестии.

Девушка-рыцарь остановилась перед Катериной и тут же последовала её команде, становясь на одно колено, ничего не произнося.