Когда ребенок еще не может объяснить. Как понять настоящие причины детских капризов, истерик и упрямства - Клаудия Шварцльмюллер

в кучу плюшевых животных, песок и другие игрушки. Ей необходимо попробовать это с очень большим количеством разных материалов. Так, однажды она переносит все книги, до которых может дотянуться, из гостиной в спальню. Для Алекс это довольно долгий путь, и она узнает, сколько сил ей нужно для этого, насколько тяжелы книги, сколько их может поместиться в ее руке, насколько они скользкие, как часто ей приходится ходить и сколько времени нужно, чтобы добраться до спальни. Таким образом она прорабатывает такие понятия, как время, транспорт, маршруты, расстояния и количество. Из всех этих книг она составляет большую кучу. После этого Алекс снова раскладывает книги по комнате и получает первый опыт того, как можно разделить количество. Родители находят такое распределение книг по комнате крайне непонятным, и их раздражают некоторые недостатки в книгах, но до некоторой степени они смиряются с этим.

Несколько недель спустя Алекс пробует то же самое на кухне со всеми ингредиентами для выпечки, до которых может дотянуться. В этом эксперименте она, к сожалению, рассыпает муку по всей дорожке – неприятный инцидент, но в исследовательских проектах с таким приходится мириться. «Лес рубят – мука летит» или что-то в этом роде, так всегда говорил ее дедушка.

Родители совсем не в восторге от кучи ингредиентов для выпечки, которую она старательно насыпала в гостиной. Они ругают Алекс за бессмысленный беспорядок, который она снова устроила.

Алекс мало что приходит в голову в свою защиту, к сожалению, она не осознает убедительного аргумента: «Эй, я никогда не устраиваю беспорядков! Я учусь! Это детская математика! Я как раз готовлюсь получать пятерки по математике через несколько лет, вы ведь наверняка этого хотите, м-м-м?»

К концу года благодаря таким упражнениям она усваивает сложный принцип «ряда» и, наконец, может встать в очередь у горки на детской площадке. Раньше она не видела смысла в этом скоплении людей, которые стояли на детской площадке и двигались вперед слишком медленно, следуя таинственным правилам. Даже в продуктовом магазине ей казалось, что стоять в очереди тягостно, да еще и нечего делать, принцип очереди был ей непонятен.

Ждать по-прежнему крайне сложно, Алекс, как и все люди, не очень любит ждать. В этом возрасте она может простоять около 30 секунд. После этого ей нужно какое-то действие или наблюдение.

Алекс по-прежнему хочет срочно и обязательно помочь по хозяйству! Вряд ли есть что-то более захватывающее! Алекс может многому научиться в этом процессе. Ян и Джулия все еще пользуются ее учебной башней на кухне. Так Алекс может стоять рядом и внимательно наблюдать; через некоторое время она требует дать ей поучаствовать. Родители считают, что всегда находить подходящие ей задания трудно, и по-прежнему находят утомительным то, что у нее все идет так медленно и так много всего идет не так, как надо. Однако к настоящему времени они убедились, что Алекс может очень быстро научиться, если взрослые разделят задание на маленькие кусочки, подробно объяснят и покажут, как его выполнить, а затем дадут ей возможность много практиковаться. Таким образом, она действительно может выполнять небольшие домашние дела: например, накрывать на стол и подметать. Алекс очень рада похвале!

Она все лучше и лучше усваивает процедуры. В доме снимают обувь. Хорошо. Перед едой моют руки. Интересно. Иногда Алекс думает об этом сама, но как только ее внимание привлекает что-то еще, она забывает, и ей нужно напоминать о необходимых действиях очень маленькими шажками.

Понимание времени и магическое мышление

Время – это нечто загадочное. У Алекс нет точного представления о прошлом и будущем, есть только о настоящем. Если ее утешают со словами «скоро» или «позже», она этого не понимает, это может быть и на Рождество. Иногда ей помогают такие маркеры, как «после обеда», для Алекс это уже нечто более конкретное. Хорошо, когда взрослый берет сравнение из жизненного опыта Алекс. Например: «Твои родители скоро приедут. Светофор все еще горит красным. Придется подождать». Так Алекс получит представление о времени и, возможно, сможет понять его. Лучше всего то время, которое она может видеть, например, в песочных часах или на красочном дисплее таймера.

Все же время остается сложной темой. Вопросы про прошлое для нее непонятны, а взрослые, к сожалению, всегда спрашивают о прошлом. Когда ее забирают из детского сада, она сначала садится в машину. Мама или папа рядом, Алекс может расслабиться. Снаружи меняются декорации. Вон женщина в красном платье. Вон там собачка обнюхивает столбик. Пахнет машиной. Автокресло мягкое, можно опереться головой. И тут возникает вопрос: «Во что ты играла в детском саду?» или «Что там ели?»

Это совсем не соответствует тому, что есть сейчас. Сейчас машина. Почему вопрос про детский сад? У Алекс еще нет способности прокручивать в голове события назад и создавать структурированный рассказ о прошлом.

Возможно, она помнит отдельные моменты, но пересказать их сейчас сложно. Она старается ради родителей и соглашается, когда они ей что-то навязывают, и, возможно, даже что-то рассказывает – ну чуть-чуть.

Потому что в этом году начинается волшебный этап. Алекс совершенно не интересуется логикой, напротив, все волшебное кажется ей совершенно логичным. Она не может отличить то, что взрослые называют «реальностью», от историй в своей голове. Разве они не настоящие? Для нее они именно такие. Иногда она рассказывает истории, которые считает правдой, и когда взрослые осуждают это как «ложь», она очень обижается. И обижена она справедливо, потому что это не ложь. Чтобы солгать, нужно знать правду и намеренно искажать ее. А в голове Алекс истина зависит от ее эмоций, а не от фактов. Она может с полной уверенностью утверждать, что игрушка была первой у нее. Ей так хочется, чтобы игрушка была у нее первой, и из-за этого чувства она убеждена, что это так. Кроме того, у нее нет общей картины ситуации, и она не может прокручивать их в голове и смотреть как бы со стороны. У Алекс нет дистанции по отношению к себе, которая была бы необходима для поиска объективных фактов. Все, что она думает и чувствует, кажется ей правдой.

Ролевые игры и изготовление поделок

Теперь Алекс воспроизводит все больше и больше сцен из повседневной жизни. Она укладывает спать свою куклу, паркует машины в гараже, ходит по магазинам, кормит мягкую игрушку, празднует дни рождения. При этом у объектов, естественно, есть чувства и потребности, у ее куклы «бо-бо», а плюшевый мишка хочет есть. Позже она подыскивает для этого партнеров