История социальной мысли в Исламе - Коллектив авторов

помочь читателю пролить свет на эту неясность. В итоге можно сделать вывод, что внимание Ибн Халдуна в большей степени привлекали жители пустыни из числа кочевников, и скорее всего, он, говоря о жителях пустынь, имел в виду эти группы людей, а не живущих в селах земледельцев.

Жизнь в городах и в пустыне во многих местах Мукаддима («Введения») сравниваются друг с другом, и в качестве важнейшего вопроса здесь выступают критерии отличия этих двух групп людей друг от друга[497]. Ибн Халдун, излагая обобщенный взгляд на этот вопрос, связывает отличия в образе жизни различных народов с факторами их быта:

«Следует знать, что разница в образе жизни народов зависит от отличий, которые существуют в способах их быта. Ибо их сообщество направлено только на взаимопомощь и сотрудничество во имя достижения средств быта»[498].

Ибн Халдун в своих последующих разъяснениях говорит о бытовых отличиях наиболее отчетливо, представляя городскую и пустынную (а иногда и сельскую) жизнь как два разных способа бытия, основное отличие между которыми зависит от стремления к благосостоянию и роскоши[499]. Нельзя однозначно утверждать, что Ибн Халдун в этом отношении рассуждает на основе единого критерия и опирается только на фактор стремления к роскоши, ибо он данное стремление к роскоши и изнеженности считает причиной возникновения особенностей городской жизни, которые используются для определения различия между городским и пустынным (сельским) образами жизни. Например, что численность населения городов превосходит численность обществ жителей пустынь (бадави), в городе существует большее разнообразие занятий, чем в обществе жителей пустынь; кроме того, по причине наличия в городах духа изнеженности ‘асабийа у городских жителей слабее, чем у обитателей пустынь. С точки зрения морали, горожане также уступают жителям пустынь – городские жители больше склонны к разврату, а для обществ жителей пустынь характерен более высокий уровень морального благополучия:

«И город подобен морю, которое бушует от изобилия низких людей и обладателей скверных моральных качеств»[500].

По свидетельству некоторых авторов, данный ценностный компонент применительно к развитым городским цивилизациям многократно отмечен и в трудах таких лиц, как Питирим Сорокин, Джеймс Редфилд, Беккер и Эмиль Дюркгейм.

Эти взгляды являются компонентами целой системы ценностных рассуждений, включающей в себя устаревшие суждения Руссо относительно первобытных людей как «благородных дикарей», и влечет за собой вывод о том, что с появлением цивилизации наступает период упадка человечности[501].

Во всяком случае, если считать, что взгляд Ибн Халдуна на разделение городского и пустынного образов жизни основан на множестве критериев, то, с его точки зрения, склонность к изнеженности и роскоши все же остается главным из них.

Анализ Ибн Халдуна относительно обществ жителей города и пустыни имеет огромное значение как с точки зрения методологии, так и с позиции содержания. Его исследования настолько глубоки, что охватывают даже некоторые «экологические» детали рассматриваемых обществ. Тем не менее в некоторых случаях занятая им позиция относительно ценностей и даже научных положений не лишена недостатков. Например, следует воспринимать ‘асабийа («спаянность») как социальную эволюционистскую связь (а не в незрелой и первоначальной ее форме), рассматривая ее как процесс, который обладает различными социальными источниками, ведь иначе сегодня трудно поверить, что какие-то жители пустыни способны завоевать промышленно развитое городское общество.

Кроме того, этическая оценка жителей городов и пустынь также проведена очень поспешно и недостаточно убедительно. В городских обществах небрежное отношение к некоторым ценностям более заметно, чем среди жителей пустынь. Но это вовсе не означает, что жизнь в пустынях обязательным образом связана с добродетелью, а в городах – с порочными нравами.

Теория классификации и понятие высокого положения

Ибн Халдун упоминает о четырех путях добывания средств к существованию: земледелие, животноводство и использование их благ, ремесла и торговля. Признавая последний из этих путей дозволенным, ученый тем не менее считает его ниже предыдущих. Затем он рассматривает роль «высокого положения» в приумножении богатства. При определении понятия «высокое положение» (джах) Ибн Халдун довольствуется одним предложением, называя его «силой, которая позволяет индивиду властвовать над другими»[502]. Конечно, Ибн Халдун до определенной степени разъясняет различные аспекты этого вопроса. Из совокупности его высказываний можно сделать вывод, что «положение» – это то же самое, что социальная привилегия или социальный плацдарм индивидов. Высокое положение позволяет своему обладателю безвозмездно пользоваться результатами труда других лиц[503].

Ибн Халдун после изложения своей идеи об отношении между высоким положением и богатством и о том, что высокое положение позволяет своему обладателю пользоваться социальными возможностями, отмечает, что посредством высокого положения, от которого зависит и которому сопутствует богатство, индивиды в обществе делятся на прослойки (классы), согласно некой вертикальной иерархии. Затем он говорит:

«Следует знать, что высокое положение и влияние среди людей, распределены в зависимости от классовой иерархии и каждое последующее звено социальной иерархии обладает надлежащим ему положением и властью. На верхушке иерархической лестницы стоят падишахи, с которыми по могуществу не сравнится ни одна другая сила; на нижней ступени стоят лица, которым среда себе подобных не сулит ни выгоды, ни убытка. А между этими двумя прослойками существуют еще другие различные прослойки»[504].

Видимо, теория Ибн Халдуна о высоком положении является попыткой научного объяснения социального неравенства. Ибо если стоимость товара зависит от вложенного в его производство труда, то имущественное превосходство или равенство лиц, которые выполняют меньше работы по сравнению с теми, кто выполняет больше работы, является проблемой, которая должна быть решена. Должно ли подобное богатство считаться нелегитимным? Ибн Халдун отвечает «Нет», поскольку некоторые лица едят свой хлеб соответственно своему высокому положению и сравнительно малый объем выполняемой ими работы при высоком их положении способствует накоплению богатства. Фактически высокое положение способствует возрастанию стоимости труда. Это научное разъяснение вопроса. По утверждению Ибн Халдуна, сущностная и основная цель высокого положения заключается в обеспечении интересов общества и предотвращении его деградации. А производными и предполагаемыми его целями являются личные интересы обладателя высокого положения, которые не соответствуют общественным интересам и считаются угнетением других и посягательством на их права. Разъясняя данный вопрос с моральной и религиозной точек зрения, ученый касается схоластического принципа, основанного на том, что большое количество добра возможно только при наличии малого зла. Ибн Халдун убежден: огромная доля добра заключается в наличии взаимопомощи и общежития человечества, что необходимо для обеспечения людей средствами для жизни, счастья и сохранности общества. Но взаимопомощь (та’авун) осуществляется путем принуждения, которое является следствием наличия силы и высокого положения:

«В связи с тем, что Господь наделил людей свободой выбора, а их действия совершаются