Нежили-небыли - Татьяна Олеговна Мастрюкова

на работу, возвращаясь с полными сумками, чтобы кормить своего супруга. Дурой она не выглядела, обычная молодая женщина с обычной внешностью. Даже симпатичная, в отличие, скажем, от своего муженька. Я совсем не понимала, что в нем привлекательного, если к тому же он еще и пил.

Занимая ванную комнату, сосед отмокал после очередного запоя.

«Ленка-а-а!» – рявкал он из-за закрытой двери.

А чтобы было слышнее и не нужно было напрягаться лишний раз, он звонил в валдайский колокольчик, который привезли в свое время из турпоездки по Золотому кольцу Ленины родители.

Газовая колонка, нагревающая воду для всей квартиры, – такая большая, белая, с черным карбоновым шариком на рычажке, позволяющая мыть на кухне посуду горячей водой, – висела как раз над ванной. То есть, если кто-то мылся, создавались определенные неудобства для хозяйки, готовившей еду.

Так вот этот товарищ игнорировал просьбы, стук в дверь, если только это была не его Лена. А проучить его отчего-то никто из соседей не решался.

Бабушка рассказывала, что однажды он окончательно зашел за красную линию, протянув длиннющий провод от стационарного телефона в коридоре в их с Леной комнату и занимая линию бесконечными философскими беседами с какими-то своими приятелями, что ли, пока жены дома не было. Затем выяснилось, что сосед не гнушается подслушивать чужие разговоры и хамски прерывать их – мол, кончайте базарить, я сейчас звонить буду, а потом он и вовсе начал таскать телефон в ванную.

И в один из дней, во время их с Леной отсутствия в квартире, кто-то из соседей отрезал этот провод точно от висящего на стене телефона до двери в их комнату, столько, сколько удалось вытянуть. Никто не признался, событие даже не обсуждали, но наглого соседа это проняло. Он долго гневно орал, правда, в своей комнате, обещал всех наказать за порчу его имущества, но побоялся связываться с милицией и так ничего и не предпринял.

Бабушка мне об этом рассказывала, обсуждала со мной, но когда? Не помню. Но это совершенно точно повествование о реальных людях, никакого подвоха невозможно уловить. Если бабушка это придумала, то про кого она рассказывала?..

«Нет, он не Обломов, он – Ленин», – горько шутили соседи, но тихонько, между собой.

Самая шутка еще была в том, что этот гражданин неоднократно при случае вставлял присказку: «Вот пусть Ленин работает, он – вечно живой!»

Я возмущалась, чего они с этим соседом цацкаются, но сейчас уже соображаю, что так было бы и в реальности: не от хорошей жизни и не от трусости, а чтобы не натворил дел, пока работающих соседей нет дома.

Впрочем, как и всякий подобный персонаж, Ленин был трусоват с теми, кто ему мог дать отпор, в том числе физически, и еще безумно боялся врачей. Говорят, готов был бегать по потолку от зубной боли, но к стоматологу до истерики идти отказывался, а когда жена его все же вытащила, как маленького ребенка, ей пришлось сидеть рядом со стоматологическим креслом на корточках (у зубного врача не нашлось для нее стула) и держать своего бравого муженька за руку, уговаривая не материться, держать рот открытым и не кусать доктора.

Несчастный стоматолог потом посоветовал Лене отвести мужа к совсем другому специалисту – психиатру, но ей все эти советы были не нужны. В подобном неадекватном поведении мужа Лена предпочитала видеть романтику.

Увы, на деле романтика Ленина заключалась лишь в том, что он делал розочки из бутылок. И то, к большому счастью, только в драках и не с соседями. Да, бывали у него в юности, в далеком прошлом, драки по пьяной лавочке, когда Ленин еще не был собственно Лениным, а просто ничейным.

«Вы не понимаете! Или просто завидуете. Он гений! Непризнанный гений!» – с придыханием говорила Лена и сама в это верила.

А в период повального увлечения эзотерикой она всерьез уверяла, что еще в прошлой жизни, много веков назад, они с супругом были предназначены друг другу. Он был вождем племени викингов и выбрал тогдашнюю Лену себе в спутницы. Она верно служила ему, могучему вождю, и в те незнаемые времена, и теперь… Она это видела в осознанном вневременном сне, и это самая настоящая правда.

Что видела во сне – охотно верю, мало ли что может присниться. А вот почему все в прошлых жизнях были сплошными царями и королевишнами – удивительный факт. Кто же тогда работал, чтобы эти самые царицы-короли наслаждались властью? Или они сейчас отрабатывают, или в теле одного правителя гнездился город таких вот Лен и Лениных.

Теперь-то я, конечно, понимаю, что это был обычный сон, продиктованный подсознанием, где воплотились все Ленины мечтания. И вообще путешествия во сне по времени и пространству, посещение каких-то определенных мест с узнаванием происходящего там в режиме реального времени, сновидения провидческие и предсказательные – не называются осознанным сном. Осознанное сновидение совершенно не про это. Да и, очутись Лена во вневременном сне, вряд ли стала бы она рассказывать с таким восхищением, потому что все, кто хоть раз сталкивался с этим лично, кто испытал это на себе, обычно говорят «никогда больше» и «на кой я вообще с этим связывался».

Практикующие это сновидение еще называют его астральным и потусторонним, подходящие определения, на мой взгляд.

Если говорить про потусторонний нижний мир, нижний астрал, как называют его адепты потустороннего сна, куда якобы попадают неопытные новички и где воплощены все их страхи, вся опасность, какую они могут реально себе вообразить; где существуют демоны и сущности, которые можно зацепить и вытащить за собой в реальность – случайно, разумеется, – то я даже не могу сейчас просто посмеяться над этим, обозвав суевериями.

Да, я ничего не искала дополнительно, не изучала информацию про сквозьвременные и астральные сновидения, поскольку достаточно было рассказа подружки, вляпавшейся по приколу. Ну здорово же испытать что-то такое необычное, всего-навсего заснув у себя дома, без всяких там запрещенных препаратов и прочих опасностей. Кажется, что это все игра, ерундистика, отчего бы и не попробовать.

А ведь как круто: путешествовать назад и вперед по времени, посещать любую точку мира, присутствовать там, куда не можешь никак вырваться в настоящем, в действительном.

Это у Вероники я подрезала фразочку про сон, который никто, кроме меня, не видит. Только она больше так не говорит.

Ей про «вневременной» сон рассказал в цветах и красках ее тогдашний парень, причем, как выяснилось позднее, уже после, сам он никакие такие практики на себе