Ловушка для Ласточки - Маргарита Светлова

меня дошло, что я наделала, у меня сердце от ужаса замерло, словно боясь нарушить оглушительную тишину. Булатов пристально смотрел на меня, а я опустила взгляд и едва дышала от страха. Разрушил тишину его приглушённый смех. Я робко посмотрела на него.

Отсмеявшись, он выдал:

— Обычно женщины не защищают своих соперниц. Забавно, даже бы сказал, странно. — Склонив голову, с интересом рассматривал меня, словно пытался прочесть мои мысли. — Будем считать, это из-за пережитого стресса, с которым ты прекрасно справилась.

— Ничего подобного.

— Нет, справилась. Дело в том, что несколько часов назад, находясь рядом со мной, ты обмирала от страха. А сейчас с горячностью споришь со мной.

— Я не спорю, а констатирую факт: женщины тоже люди, и им бывает больно, страшно, они также злятся и ненавидят. Они имеют такие же права, как и мужчины. Более того, вы обозвали свою невесту эгоисткой. То же самое можно сказать и о вас. Разве не эгоистично с вашей стороны меня принуждать жить с вами? — Я понимала, что вступаю на тонкую кромку льда, но должна была сказать, что думаю по этому поводу.

— Я бы так не сказал. Ты не была ледяной статуей, когда я тебя целовал, а, наоборот, таяла в моих руках, хотя была чертовски напугана. И я тебе нравлюсь, иначе бы ты так откровенно не рассматривала меня. Или будешь отрицать очевидное?

Ты посмотри на него, всё замечает!

— Не буду, вы как мужчина меня волнуете, но это не означает, что я в восторге от ситуации. У меня были другие планы на жизнь, а вы их перечеркнули одним своим «хочу». И где гарантия, что и я в ссылку не загремлю, если сделаю что-либо не так? Вы уж извините, но жить и бояться впасть в немилость не для меня.

— Я, — он подался корпусом вперёд, сверля потемневшим взглядом, — никогда от тебя не отрекусь, так что остров тебе не светит. Ты опять себя накручиваешь. Совершись вопиющий поступок — я сам с тобой разберусь, но отсылать от себя не буду.

— И как же вы будете разбираться, если не секрет?

— Тебе есть о чём волноваться? — Вновь его взгляд, от которого кровь стыла в жилах.

— Разумеется, — процедила сквозь зубы, — я не гожусь на роль жены сильного мира сего — воспитание хромает. Да и вам следует волноваться, что люди скажут, узнав, какая у вас невоспитанная постельная игрушка.

— Меня их мнение волнует в последнюю очередь, — пристально смотря мне в глаза, угрожающе тихо ответил. — Воспитание — дело наживное, дорогая… А вот насчёт постельной игрушки — я тебя в таком ключе не рассматривал, но ход твоих мыслей мне импонирует. Почему бы и нет, раз такое тебя заводит?

— Я могу идти? — не стала продолжать этот диалог, потому что смысла не видела. Он всё решил, а моё мнение тут не учитывается. А настраивать его лишний раз против себя мне невыгодно.

— Можешь. Только от себя не убежишь… — Я не стала терять ни минуты, быстро встала и направилась в свою комнату, и тут мне в спину прилетело: — А от меня и подавно.

У меня сердце пропустило удар после его слов, чудом с шага не сбилась. Это мы ещё посмотрим, люди часто переоценивают свои возможности. Вслух, разумеется, я ничего не сказала, враньё он чувствует, так что не стоит рисковать.

Зайдя в свою комнату, я подпёрла дверь креслом. Не хотела никаких ночных сюрпризов. Если решит навестить, услышу и до ванной комнаты успею добежать, а оттуда меня тяжело будет вытащить. Разделась и завалилась на кровать, принялась анализировать наш с ним разговор. Это что же получается? Мой отец — Волков? Ничего себе новость! Вот такого поворота я в последнюю очередь ожидала, хотя зря недооценивала опасность. От простых людей моя мама и тётя не прятались бы. Эх, зря они мне ничего не рассказали! Я бы от этой работы отказалась, прикинувшись больной.

Стоп!

Я подскочила с кровати и принялась ходить из стороны в сторону. Тётушка же мне перед своей смертью говорила, чтобы я заглянула в нашу тайную квартиру, мол, там есть для меня важная информация. А я, закрутившись, позабыла об этом. Ну и как мне теперь туда пробраться незаметно? Сейчас это нереально. Но для того, чтобы знать, с чем имеешь дело, важна любая мелочь. Уверена, там я найду много полезного. А учитывая, что мои «родственники» желали меня отправить к праотцам, мне кровь из носу нужно было туда попасть.

С одной стороны, хорошо, что меня Булатов первый нашёл. Но с другой — даже страшно представить, что меня ждёт, когда он узнает правду. Хотя он же на остов обещал отправить. Хм… А почему бы и нет? Тоже неплохо. Ладно, пора спать, завтра в рейс. Направилась к кровати и вновь улеглась на неё. Вот умею я, как по волшебству, засыпать. Мне не нужно считать баранов, пить снотворное, просто приказывала мысленно: спи, и уходила в страну грёз моментально. Да и не видела смысла сейчас мозг напрягать, ведь всё равно из-за стресса и усталости ничего путного в голову не пришло бы. Так что — спать.

Глава 8

Я проснулась сама намного раньше, чем заиграла мелодия будильника. Сладко потянулась и, не открывая глаз, продолжила нежиться в постели в ожидании сигнала о том, что пора вставать. А сама попутно думала, как мне Булатова от себя отвадить. Он же считает меня воспитанной девушкой. А не попробовать бы мне развеять его представления, что хорошая?

Неожиданно ворвавшийся в мой мирок мужской голос резко оборвал мыслительный процесс.

— Ласточка, солнце уже давно встало, пора бы открыть свои прекрасные глазки.

Я резко подскочила и, натянув одеяло до подбородка, уставилась на нежданного гостя. Булатов в расслабленной позе сидел в кресле, которым я вчера вечером подпирала дверь. Кстати, оно стояло так же, как и вчера.

— Вы что тут делаете? — осипшим сонным голосом спросила мужчину.

— И тебе доброе утро, — усмехнулся он, внимательно скользя по мне взглядом. — Как видишь, любуюсь своей будущей женой. Жаль, конечно, что одеялом прикрылась, без него вид был более вдохновляющим.

Вот умел он вгонять в краску! Сказал пару слов, и я свекле конкуренцию составила.

— Вот когда женитесь, тогда и рассматривайте себе на здоровье…

— Когда женюсь, я уже просто смотреть не буду. — И улыбнулся так коварно. Тут не нужно быть провидцем, чтобы понять, чем он собирается по утрам с будущей женой заниматься. Только зря радуется заранее, я ещё