Дух-хранитель для травницы - Ногицуне

На следующий день в лагере только и разговоров было, что о мужественном бое сотника личной охраны генерала со всякими чудовищами, которых наделал тёмный маг. Причём от очевидца к очевидцу чудовищ, было всё больше и они становились всё крупнее и страшнее. Последний разговор который я подслушал был о том, как она летая по небу на белом облаке сражалась с чёрным как ночь и огромным как гора огнедышащим драконом. Ну что же чем больше подобных слухов, тем лучше. Будет проще убедить тёмного мага в столице, что драка не была такой уж и серьёзной, а вояки просто раздули слухи со скуки.

* * *

Моя же помощница, на сей раз обошлась без сарказма, а перевела всё в деловое русло. Ну оно и понятно, не тот момент. Хотя это как-то на неё очень уж непохоже.

— Ну что тебе сказать, молодец конечно. Заставил этого гада выложиться по полной прежде чем убил. Но учти, по сравнению с тем магом, который нас ждёт в нашей столице этот и до половины не дотягивает, ни по силе, ни по подготовке. Хотя действовал ты правильно. Сначала заставил его атаковать и выложиться на твоей защите и только потом добил уже без проблем. Тёмных магов с их чудовищной регенерацией только так и можно убить. С твоим основным противником действуй также. Не пытайся его убить, но и не отпускай. Огненно-воздушный щит оказался весьма эффективен. Подвесь на немедленное применение. Тем более, что твоя задача не победить, а отвлечь его на себя, не допустить ко мне пока я буду заниматься инкунабулой. Учти мне на это будет нужно два часа.

— Кстати вспомнил. Когда я его в образе его подручного догнал он пытался что-то колдовать. Он что контролирует своих подручных?

— Разумеется контролирует. Это первая заповедь тёмного мага — полный контроль над подчинёнными и учениками. Совсем без них, как ты понимаешь нельзя. Один в поле не воин. Как бы ты ни был силён. Просто толпой задавят. Поэтому каждый тёмный создаёт себе ближний круг который контролирует лично. А этот круг создаёт себе миньонов, которых тоже контролирует и так вплоть до полностью безмозглой нежити, которая как ты понимаешь самый низ этой пирамиды.

— Слушай, так у нашей цели тоже должна быть целая армия в подчинении. А если он их призовёт?

— Вот поэтому, нам и понадобится армия Генерала и сотня Д-Моги. Не понял ещё чего бабка их всех привлекала к перевороту? Нет, всё-таки ты безнадёжен. Видимо тот проблеск интеллекта был случайностью.

— Опять хамишь?

— Что ты, просто констатирую медицинский факт. Как там было. Заболеваний не отмечено. Просто дурак.

— Ты меня за идиота не держи. Всё, что ты мне сейчас с таким умный видом рассказывала я давно понял. Ты лучше скажи, сможет он их как-нибудь там телепатически призвать на помощь?

— Не знаю.

— Ты же была тёмной и не заешь?

— Ну могут быть варианты.

— И ты называла меня идиотом? А если он их призовёт не к себе на помощь, а поймёт что кто-то занялся инкунабулой и отправит их туда?

— Слушай давай подумаем об этом завтра. Что-то я устала.

— Ты не можешь устать. Ты как и я призрак.

— Нет вот какой ты всё-таки невоспитанный тип. Нехорошо напоминать девушке о её недостатках. Всё я с тобой не разговариваю. Как минимум до утра.

— А если честно?

— А если честно, то мне подумать надо. Вспомнить. Прикинуть. Не на уток охотится идём. Извини я в отключку. Надо перебрать свои прошлые умения и возможности и что он мог бы сам придумать, опираясь на мою инкунабулу. Мне нужно время.

— Ну думай, только не долго. Завтра отправляемся в столицу и к тому моменту нам надо быть готовыми.

— Да помню я. Ой всё, ладно, я думать.

Глава 42

Так вот ты где, инкунабула чертова

На празднование победы местные купцы не поскупились на выпивку с закуской для победителей, что объяснимо. Если оккупационной армии что-то не дать, то она всё равно возьмёт сама, только в ходе процесса изъятия ещё и морду набьёт. Так что лучше уж самостоятельно без разграбления амбаров и рукоприкладства.

В общем разгул получится по мирному и даже весёлый. Но больше всех веселилась та шпионка которая теперь везде ходила с бабкой. Похоже у бабки появилась преданная ученица. А преданная потому, что, как выяснилось, бабка помогла ей, в самый разгар штурма, проникнуть во дворец, найти короля и дала возможность лично прикончить.

И не говорите мне, что после мести не становится легче. Шпионка явно была на седьмом небе от счастья. Она так давно хотела отомстить этому уроду за всё, что он с ней с делал, что после реализованной мести выброс эмоций был просто фантастическим. Кроме того ещё и постоянный прессинг, под которым работает нелегал, это тоже не так-то просто. А тут всё сразу и можно в открытую сказать, что король должен сдохнуть, а потом ещё и реализовать. В общем кто в лагере сегодня самый счастливый я мог сказать абсолютно точно.

Впрочем, остальные тоже вздохнули с огромным облегчением. Войне конец. Правда ещё предстоит найти и завалить хренову кучу нежити. Но пока она вялая это несложно будет сделать. Так что солдаты радовались тому, что остались живы и по данному поводу оттягивались по взрослому. Тем более, выпивка дармовая, чего не гульнуть на полную катушку.

На утро состоялся небольшой военный совет, на котором решили не мудрствуя лукаво просто сжечь всю нежить вместе с теми сараями в которых она содержалась. Не успели они пустить её в дело. Тут мне стало интересно, а есть ли нежить которая не боится холода?

— Есть конечно, — заговорила наконец помощница, — только он не знал как её делать. Эта самая низкоуровневая, которая была в моей книге. Ещё и поднимать её долго и куча ресурсов нужна. Тогда на двадцатом уровне я за несколько секунд подняла двадцать тысяч нежити, причём такой, что не боится, ни холода, ни огня.

— Надеюсь это заклинание не попадёт в этот мир.

— Надеюсь оно вообще больше никуда и никогда не попадёт, Шутник.

— А как ту, высокоуровневую нежить уничтожать?

— Только специальным заклинанием прерывающим её псевдо жизнь.

— Я так понимаю для него тоже нужен маг двадцатого уровня.

— Нет, достаточно восемнадцатого. Кстати ты при вселении, получив восемнадцатый смог бы его использовать.

— После боя в подвале взял семнадцатый, — похвастал я. Теперь при вселении буду девятнадцатого.

— А вот это особенно хорошо, потому,