Дед Мороз с кубиками - Ольга Абрикосова

Слезы хлынули потоком, и она не могла их остановить. Хорошо, хоть Метелкин уже ушел, и никто не видел, как она рыдает в кабинете, размазывая тушь дрожащими ладонями. Ей было невыносимо стыдно и больно. Стыдно за свою импульсивность. И больно от его слов.

«Не стоило заходить так далеко… Разные миры… Ничего бы не вышло…», — пустые слова бились в ушах навязчивым похоронным звоном.

Значит, пожалел, что трахнул её? Так?!

Она вновь почувствовала себя грязной и использованной. Словно ее оценили и отбросили, как ненужную вещь.

Горячие слезы крупными каплями падали прямо на договор с подрядчиком. Маша шмыгнула носом и достала бумажную салфетку.

Ладно, завтра Новый год. Съездит к Шатовым, развеется. Может, выпьет лишнего и в сугроб голой прыгнет… И забудет этого тупого качка! Навсегда!!! Хотя бы попытается.

Вечер пролетел за сборами.

«Бомбезное» черное платье, туфли на высоком каблуке, чулки — это на тожественную часть. Платье она сразу наденет! Чтобы с порога всех поразить!

Маша самодовольно улыбнулась, поглаживая гладкую ткань. А вдруг там принц будет? Нормальный, без странных загонов…

Маша аккуратно сложила вещи. А теперь для души — пара толстовок с оленем и Микки Маусом, купальник, и толстые вязанные носки от бабушки. Вместо тапочек.

Чуть косметики, и она решили, что вполне готова заселиться на пару суток в чужой дом.

Около трех дня она уже скучала во дворе дома Метелкина в ожидании своего пассажира. Ноги в чулках отчаянно мерзли, несмотря на включенную печку. Вадим вышел из подъезда с объемной сумкой и в шапочке Санты на голове. Сердце Маши сжалось от тоски… Опять эта дурацкая шапка!

— Привет! — Метелкин принес в салон поток холода и легкий аромат сосны и лимона…

Глаза защипало от слез. Запах был до ужаса схож с парфюмом Дениса. Хотя не совсем. На Евстигнееве он раскрывался как-то лучше… Но все равно похож!

— Ты духи сменил? — фыркнула она, сжимая губы. — Жуть запах!

— Э-э! — возмутился Вадим. — Это Encre Noire! Знаешь, сколько он стоит?

— Не знаю и не хочу, — сжала она губы. — Форточку приоткрой.

— Чет ты душная стала, Мария Николаевна, — насупился Метелкин. — На диету что ли села?

— Это ты к чему? — Маша сжала руль покрепче.

— Ну ты же там новую жизнь начала с тренажерами, — усмехнулся Вадим. — Значит и на диету должна сесть.

— Слушай, а мне худеть вообще надо? — Маша вцепилась в руль, как в спасательный круг.

— Как хочешь… Мне и так нравится… — вдруг рука Метелкина скользнула на её колено под слабой защитой тонкого чулка, и Соболева чуть не потеряла полосу.

— Так! — резко сказала она. — Сейчас на заднее сиденье пойдешь!

— Понял, не дурак, — тяжело вздохнул Вадим, убрал руку и достал телефон. — Но ты смотри, Соболева. Еще чуть-чуть и придется кошку заводить!

Маша закатила глаза и сделала музыку погромче. Судя по навигатору, цель уже была близка.

* * *

Денис напоследок проверил все в квартире. В этом шикарном жилище с минималистичным дизайном, казалось, все было продумано до мелочей, никаких лишних деталей. Всё, что нужно было выключено. Автопоилка наполнена, корм насыпан, самоочищающийся туалет вычищен. Хоть и уезжает он на сутки, край, двое — сердце тревожно щемило. Он не любил оставлять свою прелесть в одиночестве надолго.

— Но ты не скучай! — он погладил круглую золотистую голову. — К тебе еще Светлана Викторовна зайдет. А завтра вечером я приеду!

Муся передернула ушами и накрыла голову лапой, продолжая лежать в корзине на подушке. Кажется, она переживала явно меньше хозяина.

«Вот все бабы такие», — вздохнул Денис и взял в руки набитую вещами сумку. — «Всё для них — и толку?»

Он вышел из квартиры, спустился в паркинг и завел двигатель. Вбил в навигатор адрес. Небольшое новогоднее приключение начиналось! Лучше уж загородный дом и Инесса, чем одиночество дома. Ёлку он ставить не стал. Новый Год — семейный праздник, а у него никакой семьи. Да и Мусе эти елки только в гастрономическом смысле нравятся — одни проблемы.

По пути забрал Костину.

— Привет, — она откинулась на сиденье. — Так я чет не поняла, мы парой едем? Или что?

— А ты что, не хочешь со мной парой стать? — искренне удивился Евстигнеев.

Девушка хмыкнула.

— Ну не знаю… Какой-то ты неромантичный… Я подумаю.

— Подумай, — нахмурился Денис.

Как-то он не ожидал, что Инесса начнет губы дуть. Какой-то клиент ей авансы стал делать? А что тогда за город с ним едет? Бабы… что с них взять? Горечь разочарования свернулась шипастым клубком в груди. Похоже, будет не так весело, как он думал. Ну ладно, всегда можно колоть дрова и болтать с Тохой.

Через полтора часа он уже въехал через высокие кованные ворота на вычищенную территорию перед большим домом. Припарковался на гостевой парковке и вышел из машины, с наслаждением вдыхая свежий загородный воздух. Пошел в дом, больше похожий на замок из черного кирпича.

В холле его уже ждал хозяин.

— Привет, Денис! — Антон Шатов подал ему руку. — Это Даша, моя девушка.

— Привет, Даша, это — Инесса, моя подруга, — ответил Евстигнеев, кивнув невысокой зеленоглазой блондинке. Костина чуть заметно хмыкнула. А как её называть?

— Привет, — мило улыбнулась Даша. — Пойдемте в гостиную. У нас что-то не получается камин разжечь. Так уже пошли эксперименты…

Они прошли в большую гостиную с обшитыми дубовыми панелями стенами, где Денис увидел знакомые лица. Его приятели из универа и их дамы. На сердце потеплело, и он вдруг почувствовал себя гораздо моложе. С плеч как будто сполз груз ответственности и забот. И даже кисловатая мордочка Инессы перестала раздражать. Хотя она, оценив интерьеры дома и одежду собравшихся парней, тоже заулыбалась во все тридцать два безупречных зуба.

Через двадцать минут Костина отлично влилась в компанию и давала девчонкам пока бесплатные советы по здоровому образу жизни, периодически постреливая глазками в парней. Денис вздохнул. Надо будет выпросить у хозяина отдельную спальню.

* * *

— Да без проблем, найдем, куда тебя положить, раз не хочешь вместе с «подругой», — усмехнулся Шатов и бросил лишний кусок в красный пластиковый тазик.

Антон сосредоточенно нанизывал мясо на шампуры.

Даша варила глинтвейн в огромной кастрюле, от которой шел одуряющий запах апельсинов, корицы и жженного сахара. И от этого запаха у Дениса защемило сердце. У них в доме тоже так пахло, пока проблемы матери с алкоголем не стали слишком серьезными. Да и дом был похож на их. Он бы и к отцу поехал, но что ему делать там? У его отца — новая жена, даже моложе Дениса. И