Развод. Чужая жена для миллиардера - Галина Колоскова

Она заметила, как доктор на мгновение наморщил лоб. Новость его явно не обрадовала. Он замялся, словно владел совершенно другой информацией.

— Нужно его поздравить! — поздравить невесту не додумался.

Лику заинтересовала такая реакция. Стало интересно, врач в курсе условий завещания? Расстроился потому, что слишком в хороших отношениях с остальными обитателями дома или Киры?

Устало усмехнулась. Всего за секунды придумала кучу вариантов предательства. Ей повсюду мерещились заговоры.

— Меня поселили в двух комнатах от вас. Через двадцать минут уберу капельницу. Не стесняйтесь звать. Я всегда готова прийти на помощь.

— Спасибо! — ей не терпелось выпроводить медиков за дверь. — Я всё поняла. Согласна свято следовать рекомендациям и вовремя подставлять задницу под уколы.

Врач неожиданно взял её за руку и с осторожностью поцеловал тонкие пальчики.

— Завтра к восьми утра буду у вас.

Лика опешила. Жест показался более чем странным. Второй мужчина за день прикасался губами к пальцам, но ощущения от поцелуя первого несравнимы со вторым.

— Зачем так рано? — она старательно скрывала недоразумение на грани раздражения.

— Глеб пригласил на завтрак. Хочет со мной кое-что обсудить.

Врач не спешил уходить. Пришлось прибегнуть к хитрости.

— Хорошо, до завтра, — и закрыла глаза, нарочито устало проговорив: — Сейчас очень хочу отдохнуть.

Она не заметила, как задремала. Проснулась от манипуляций с рукой.

— Извините. Ухожу, спите дальше! — Медсестра отправилась к выходу.

Лика повернулась на бок, но сон пропал. Взгляд наткнулся на макбук. Руки потянулись к гаджету, а мозг уже придумывал, что нового прочтёт в мессенджере.

Родик не переставал удивлять. Не поверив глазам, она села, откинувшись спиной на мягкую спинку кровати. Пару раз моргнула, но длинное сообщение оставалось на месте.

«Милая, любимая! Как я рад, что ты живая! Не верь тому, что говорит Эля. Я пытался узнать о твоей родственнице и подыгрывал ей. Знаю, как для тебя это важно. Ты неправильно поняла то, что услышала. Никто кроме тебя мне не нужен! Последнее сообщение было от Эли. Залезла в мой телефон на поминках. Я люблю тебя! С ума сходил, когда ты сбежала. Свидетель видел, как ты бросалась с моста. Нашли труп с родинками, как у тебя на ноге. Возвращайся домой! Или сообщи где ты, я за тобой приеду. Люблю до безумия! Хочу увидеть! Твой Родик!»

Оставаться на месте не было сил. Она подскочила, не зная, чему и кому верить. Своими ушами слышала, как он договаривался с Элей о смерти жены. Но говорит, что подыгрывал…

Сердце ныло, вспоминая, как хорошо было рядом с красивым, влюблённым мужчиной. Они никогда не ругались и даже почти не спорили. Сейчас всё казалось совсем другим. Разве мог Родион так хорошо играть?

А его мама, Лариса Ивановна? Приняла, как родную. Слова плохого никогда не сказала безродной бесприданнице. Не унижала, наоборот всегда защищала от любого косого взгляда.

Как быть со словами о смерти мамы? Но если Эля и тут наврала? Отец Родиона мёртв, не сможет ничего опровергнуть.

Дома было намного лучше, чем во враждебном особняке. Там всё до боли понятно, привычно. Как в тёплом уютном болоте. Никаких злых взглядов и слов. Жить, дышать без проклятий и опасений быть подслушанной…

При условии, что Родик говорит правду.

Лика заметалась по спальне, меряя пространство нервными шагами. Сердце билось в районе горла. Она слышала каждый удар заложенными ушами. В голове полный сумбур. Противоречивые мысли неслись потоками.

Уткнулась лбом в стену. Ладони стучали по гладкой поверхности.

— Глеб! Глеб! Глеб!

Где он сейчас? Можно его набрать? А если очень занят? Кто она для него? Имеет ли право звонить не по его делам? Лика рычала от бессилия. Ощущала себя спутанной по рукам и ногам.

Неопределённость во всём. Получится сделать новый паспорт? Найдёт детектив ниточку к прошлому? Выяснит, где её родственница и есть ли она на самом деле?

Ладони до боли отбивали азбуку Морзе:

— Помоги! Глеб, где ты?! Спаси! Гле-е-е-б!

Взгляд метался от макбука к смартфону. Позвонить Аксакову или набрать сообщение Осипову?

Ладони чесались в диком желании открыть крышку макбука и настучать на «клаве» кончиками пальцев. Так просто указать адрес и оставить за спиной все проблемы… Или призвать на бедную, глупую голову новые?

Холод в душе, животе. Глаза щиплют солёные слёзы.

— Что делать?! Что? — она потянулась рукой к блестящему прямоугольнику с надкусанным яблоком в центре. — Господи, подскажи!

Дверь открылась и в проёме показалась тёмная голова медсестры.

— Лика Анатольевна, вы меня звали? Вам плохо? Что-то случилось?

Лика представила, как выглядит сейчас со стороны.

Порыв ветра, притянутый сквозняком, залетел в открытые окна. Край тонкого покрывала поднялся вверх, прикрыв собой гаджет так манящий взгляд.

— Вот и знак! — она повернулась к двери. — Нет, всё нормально. Сон приснился плохой. Расстроилась.

Рухнув на кровать, раскинула в стороны руки. Словно гора с плеч. Хватит думать о прошлом!

Дверь скрипнула, снова открываемая с той стороны.

— Не дом, а проходной двор… — ворчание прервал бодрый голос Аксакова.

— Дорогая, встречай! Как обещал. — Он подтолкнул вперёд невысокого толстячка с цепким взглядом. — Знакомься, частный детектив, Олег Николаевич Пестряков.

Лика подскочила с постели. Было в пухлячке что-то располагающее к доверию. Она протянула ладонь.

— Очень рада. Лика!

Рукопожатие было крепким. Детектив внимательно изучал заплаканное лицо клиентки.

Глеб обнял её за плечи.

— Всё будет хорошо! Олег успел кое-что нарыть. Нужны твои уточнения.

Глава 15

Детектив внимательно слушал воспоминания о детстве Лики. Просил рассказать, была ли речка рядом с домом или озеро. Каких животных в доме помнит. Пытался привязать кусочки памяти к месту. Любые имена, что были на слуху.

Они перешли в кабинет Глеба. Теперь он стоял за спиной, положив ладони на плечи. В больших сильных руках было спокойно. Паника отпустила. Лика смогла говорить, не вздыхая судорожно, через каждые пять минут.

Почему в кабинетах успешных людей всегда не хватает света и тесновато? Это тревожные мысли хозяина объёмным напряжением витают в воздухе?

В интерьер с мебелью из тёмного дуба и фотографиями в рамках на стене отлично вписался бы Шерлок Холмс. Один из его последователей сидел в удобном кресле напротив.

Он по-старинке быстро записывал в большой толстый блокнот.

На вопросительный взгляд ответил коротко:

— Мне так удобнее, пока пишу — запоминаю.

— А что вы нашли? — с надеждой смотрела на несуразного человека с очень умными глазами.

Тот улыбнулся, обнажив белые ровные зубы.

— Глеб Фролович не так выразился. У меня предположение, что ваша подруга