Потеряшки (не) от генерального - Катерина Олинская

Понедельник начинается с того, что ко мне в кабинет стучит взволнованная секретарша.

— Стефан Дмитриевич, — заглядывает ко мне Яна.

К своей секретарше я обращаюсь по имени только потому, что мне приходится слишком часто давать ей распоряжения, а ее отчество не то, чтобы сложное для произношения, но язык часто путается, особенно, когда мне что-то нужно от нее срочно. Максимилиановна. Вот мы и сошлись просто на имени. Но это единичный случай. Был.

— Что? — поднимаю взгляд на девушку.

— Я не понимаю, что происходит, — верещит она, отчего я морщусь. — Почему на этаже столько народу? Зачем нам клининг в старом кабинете?

— По моему распоряжению, — прерываю шквал возмущений.

— Да? — теряется Яна. — Просто вы не предупредили.

— Они не на долго. Нужно привести соседний кабинет в порядок. Сегодня дела примет новый финансовый директор.

— Вот как, ясно. Извините, — скрывается за дверью Яна. Вечно она берет на себя больше, чем следует. Но, возможно, это и неплохо.

После обеда решаю сам проверить, как там мой новый финдир устраивается. Откладываю бумаги и иду в кабинет дальше по коридору.

После короткого предупреждающего стука в дверь распахиваю ее и…

— Что здесь происходит? — утыкаюсь взглядом в упругую попу Юлии практически на уровне своего лица и моментально забываю о данном себе обещании держать дистанцию.

Глава 15

— Ой! — вскрикиваю от неожиданности и не падаю со своего сооружения из журнального столика и табуретки лишь благодаря сильным рукам Арховского.

Он крепко держит меня, но быстро перемещает руки с моих бедер на талию, как только ставит меня на пол. А я просто дышать не могу, чувствуя его горячие ладони сквозь тонкую шифоновую блузку. От этого неожиданного и тесного физического контакта кончики моих пальцев колет так, что они становятся чересчур чувствительными, ощущая под собой оголенную кожу мужской шеи. Кажется, что между мной и Стефом такое напряжение, что чиркни спичкой, и все вокруг разлетится, к чертовой матери. Разве мужчине не противоестественно быть таким привлекательным и серьезным одновременно? И без того синие глаза Арховского становятся еще темнее, затягивая меня в этот омут. А какие у него губы. Кажется они жесткие и грубые, как и полагается такому мужчине. И мне безумно хочется узнать так ли это.

Воздух в кабинете становится тяжелым и тягучим. Мое дыхание учащается настолько, что грудь заметно вздымается. Я приоткрываю рот и невольно облизываю свои пересохшие губы. Собираюсь объясниться с генеральным, почему я забралась наверх, но успеваю лишь набрать воздух в легкие.

Арховский касается моих губ своими. Не напористо, деликатно. А я… Я позволяю ему это. Этот поцелуй вовсе не грубый, но становится более настойчивым, не столкнувшись с сопротивлением.

Боже, как он целует! У меня голова кружится. Поэтому я только крепче прижимаюсь к своему боссу. Он моментально прижимает меня к себе и углубляет поцелуй. Это какое-то безумие. Между нами происходит что-то нереальное, не поддающееся объяснению. Словно нас примагнитило друг к другу неведомой мне ранее силой. Я обнимаю каменное тело Арховского, а он становится лишь смелее в своих действиях. Безумие. Это какое-то безумие. Мы страстно целуемся прямо на рабочем месте несмотря на то, что это запрещено правилами холдинга. И я напоминаю об этом генеральному, как только он прерывает поцелуй.

— Нам запрещены отношения в стенах этого офиса, — шепчу, пока Арховский прижимается своим лбом к моему.

— Это мои правила, — отвечает так же тихо. Но из-за его севшего голоса, кажется, что он почти рычит. — И только я могу их нарушать.

— И часто вы их нарушаете, господин Арховский? — смело поднимаю голову и с вызовом смотрю прямо в глаза мужчине. Не хочу, чтобы я была одной из тех, с кем спит мой босс. Ну, или даже целует.

— Я не склонен рушить то, что сам же создаю, — отвечает с ноткой грубости. Ого, злится, что я усомнилась в его честности? — А ты, Юленька, заставила меня задуматься, смогу ли я видеть тебя каждый день в роли своего сотрудника и не нарушать эти правила.

Я делаю шаг назад, высвобождаясь из рук Арховского. Поправляю прядь, которая выбилась из собранных в пучок волос.

— Вот и хорошо, — говорю, скрывая то, что довольна его ответом. Стараюсь сохранить лицо перед начальником. А то мало ли, что он может подумать обо мне. — Надеюсь, впредь этого не повториться, Стефан Дмитриевич.

Но он делает шаг вперед, возвращая отсутствие пустоты между нами.

— Тогда буду вынужден украсть тебя после работы, — заявляет он, едва касаясь губами моего уха, от чего по телу предательски бегут мурашки.

После чего мужчина просто уходит, оставив меня в новом кабинете одну. Что между нами только что произошло? Как мне это интерпретировать? У нас завязываются отношения, или для него я очередная интрижка? На второе я точно не согласна, несмотря на то, что Стеф владелец крупного холдинга с многомиллиардными оборотами.

Остаток рабочего дня я разбираю папки с отчетами. Тот, кто работал здесь до меня явно не заморачивался с их сортировкой. Но на верхние полки я больше не лезу. Ловить меня уже некому. Арховский так больше и не появлялся в моем кабинете. Но это и к лучшему. Даже не знаю, как теперь вести себя с ним. Да, он мне нравится, но я боюсь. Боюсь, что и для него окажусь лишь временным удобным вариантом или игрушкой.

Уже перед самым уходом на мой телефон приходит сообщение:

«Прости, на сегодня все откладывается. У меня важное совещание».

Ну кто бы сомневался. Разве генеральный директор располагает кучей свободного времени. Как дурочка улыбаюсь, пялясь в экран телефона. Это так мило, что Арховский предупредил меня. Хотя, если честно, я не совсем серьезно восприняла его слова о сегодняшнем вечере. Но мое настроение все равно заметно улучшилось.

Выхожу из своего кабинета и иду мимо приемной.

— Всего доброго, — прощаюсь с секретарем Стефана.

— Ага, до свидания, — провожает она меня неприязненным взглядом, от которого мне становится неприятно.

А ведь Стеф называет свою секретаршу только по имени, как я успела заметить. Может, между ними что-то есть или было? Он же сам сказал, что не любит нарушать свои же правила. Так почему она для него просто Яна?

Отбросив неприятные мысли, я завариваю себе травяной чай перед сном. Иришка уже сладко спит, поэтому я спокойно могу насладиться тишиной. Но ее внезапно прерывает мелодия телефона.

— Алло, — закусываю губу, предвкушая услышать голос Стефана.

— Ты дома? — без всяких предисловий спрашивает он.

— Да, — растерянно отвечаю. Встаю со стула и подхожу