Личное счастье декана Дем Эрдхаргана - Ольга Токарева

Замогильная тишина вокруг стала ему ответом на его вопрос.

— Почему-то я так и думал. Тогда с госпожой Ларисе мы возвращаемся в целительский корпус, я помогаю адептке Шторм переселиться в общежитие целителей. И думаю, будет не лишним, если у нее будет не факультатив по травоведенью, а обширные занятия по целительству, варке зелья и прочей чепухи, так необходимой ведьмочке…

Саверлах был очень зол на себя, на ректора, да и в целом на сложившиеся обстоятельства с адепткой Штром. Переселив ее в общежитие целителей, где в основном жили девушки, декан более-менее успокоился.

Жить Сари пришлось в комнате вновь одной, но она и не расстраивалась. Впереди были будние дни, наполненные учебой. Иногда едва хватало времени, чтобы выучить заданные предметы.

Когда девушка сильно уставала, приходила Айна, укладывалась к хозяйке на кровать и мирно пела свою песню. Сари прижималась к любимице, зарывалась рукой в белую, мягкую шерсть и, закрыв глаза, засыпала с улыбкой на лице. Проснувшись утром, она чувствовала себя отдохнувшей и полной сил…

Вот и в это утро: Сари проснулась, сладко потянулась и, вскочив с кровати, прислонилась лицом к окну, пытаясь рассмотреть сквозь морозный узор на стекле погоду на улице.

Девушка с нетерпением дожидалась первого пушистого снега. Два месяца назад приезжал Эдион, привез целый ворох зимней одежды и среди нее — красивейший белоснежный полушубок.

Примерев его у зеркала, Сари не могла оторвать от себя взгляда, до чего она была хорошенькой. И почему-то в тот момент захотелось, чтобы декан Эрдхарган, увидев ее в чудесном наряде, не сдержал своего восхищения.

Порой мечталось, чтобы он прижал ее к широкой горячей груди, смотрел на нее глазами цвета зелени мха, и она бы тонула в их мягкости и нежности.

Затаив дыхание, любовалась на белоснежный покров, укрывший территорию академии Игнарон. Подпрыгнув, Сари завизжала от радости. С особой тщательностью она сегодня заплетала в косу копну своих рыжих волос. Потуже затянула поясок на учебной форме, еще больше подчеркнув и без того тоненькую талию. Покрутившись перед зеркалом, любуясь собой, хихикнула и принялась одеваться дальше.

Выбежав на крыльцо общежития, девушка не замечала никого вокруг. Не слышала восторженных возгласов и заинтересованных взглядов адептов. В черноте глаз сияло предвкушение встречи. Щечки от легкого мороза раскраснелись, а алые очерченные губы то и дело расходились в счастливой улыбке.

Когда Сари остановилась возле крыльца учебного корпуса боевиков, то не могла унять стук сердца. Сегодня первой парой был предмет по магической защите. Вел занятие декан Эрдхарган, его и желала увидеть юная девушка.

— О… Сари! Ты сегодня такая красивая! — промурлыкал Зирварх, бесцеремонно приобняв девушку за плечи. Сверкая глазищами на проходящих мимо демонов и магов огневиков, с завистью посматривающих в их сторону, он всем своим видом показывал — смотрите и завидуйте.

То, что Сари не отреагировала на его выходку, немного удивило. Присмотревшись к ней внимательно, он понял, что девушка сосредоточенно смотрит на дорожку, ведущую к зданию учебного корпуса.

— Сари… ты разбиваешь мое сердце. Кого ты так высматриваешь⁈

Девушка дернула плечами.

— Так, никого… домашку Садихану обещала.

Услышав первый удар колокола, оповещающего о скором начале занятий, Сари взволнованно посмотрела по сторонам и вновь устремила взгляд на дорожку, по которой спешил запоздалый адепт.

— Так Садихан уже давно прошел. Как ты его прозевала? Давай бегом в аудиторию, за опоздание знаешь что бывает⁈

— Знаю…

Но девчушка была согласна на лишних десять кругов на боевом полигоне, лишь бы увидеть взгляд восхищенных светло-зеленых глаз.

Молодой демон не догадывался о мечтах девушки, подхватив ее под руку, поволок в здание.

Торопливо сдав верхнюю одежду в гардеробную, Зирварх и Сари залетели в учебную аудиторию. Только они успели сеть за столы, как прозвучал длинный удар колокола, оповещающий о начале занятий.

Дверь резко распахнулась, и в аудиторию вошел декан Онари Ривье.

Сари в удивлении привстала, нахмурив брови, внимательно смотря на дверь.

— Адептка Шторм, вы еще кого-то ждете? — Онари сделал замечание девушке, немного опешив от такого поведения.

Не замечая разнесшиеся смешки по аудитории, Сари с недоумением посмотрела на декана.

— А где декан Саверлах Эрдхарган?

— У декана Эрдхаргана сегодня обряд заключения брачного союза с демоницей Демониарн Кисахли.

Сари почувствовала, как с лица схлынула кровь.

— Как заключения союза? — медленно опустившись на стул, она пустым взглядом смотрела перед собой. В голове все кружились слова Онари об обряде заключения союза декана и демоницы.

Встав, ничего не видя перед собой, девушка медленным шагом пошла на выход.

Ривье хотел остановить адептку, но увидев, как вокруг нее вспыхивают зеленые искры, замолк на полуслове. С трудом проглотив вставший в горле комок страха, все-таки решился и вымолвил:

— Адептка Сари Шторм, если вы себя плохо чувствуете, обратитесь в целительский корпус.

Не отреагировав на возглас декана, Сари вышла из аудитории. Зайдя в гардеробную, она надела полушубок и бросилась вон из учебного корпуса. Выбежав на крыльцо, девушка рванула со ступенек и помчалась по заснеженной дорожке.

Не замечая сверкающего от тусклых лучей дневного светила, белоснежного покрывала, окутавшего местность вокруг.

Не замечая кружащихся в воздухе снежинок, опадающих на ее рыжие волосы и белоснежный полушубок.

Не замечая легкого прикосновения холодных капелек к лицу, тающих и стекающих с побледневших щек тонкими, но уже солеными струйками.

В груди горел непонятный огонь горечи. Мысли летели, терзали Сарино сердечко, взгляда светло-зеленых глаз, которые манили своим самым красивым сиянием, и так хотелось тонуть и тонуть в их нежности.

Выбежав к раскинувшемуся ровному белоснежному покрывалу, Сари не сразу поняла, где находится. Поняв, что выбежала к замерзшей глади академического пруда, сошла с дорожки. Утопая до колен в сугробах, дошла до засыпанной снегом лавочки. Скинув рукой шапку снега, закрывающую поверхность, присела и дала волю слезам.

Как же было больно маленькому девичьему сердечку от осознания, что мужчина, занявшей все ее мысли, поселившийся в потаенных уголках души, теперь с другой девушкой. И не просто с другой. Он теперь — повязан узами брака.

Кружили в танце перед лицом Сари кипенные снежинки, подхваченные ветром, улетали вдаль, с грустью шепча:

«Он никогда больше не прижмет тебя к своей груди».

Легкий ветерок подхватывал белоснежный хоровод и вновь кружил их, играл с крохотными пушинками, пел вместе с ними:

«Он никогда больше не улыбнется тебе одними уголками губ».

Осыпался невесомый снег на неподвижную фигуру девушки, соприкасаясь с ней, кричал:

«Он никогда не дотронется твоего лица. Не уберет непослушную рыжую прядь волос