Верни мне дочь - Кэтрин Вайс

же как и я, приложил максимум усилий, чтобы вернуть Миланке хорошее настроение. Видимо, малышка тоже не ожидала такой прыти от папы, поэтому спустя три минуты в нашей компании вновь воцарился мир и покой.

— Прибыли, — произнёс Арсен, паркуясь перед отелем.

Машину мы взяли на стоянке аэропорта. В аренду или у моего работодателя везде есть движимое и недвижимое имущество, не знаю.

— Хочешь, покажу тебе наш роскошный номер? — Баринов обращается к малышке.

— Дя, — отвечает Миланка и тянет ладони, чтобы очутиться в могучих руках.

Андрей Кириллович не медлит, тут же подхватывает дочь и устремляется в отель. Охрана забирает чемоданы, а мне остаётся лишь донести свою маленькую сумочку и саму себя до номера. Кайф.

Я так могу и привыкнуть.

В номер заваливаемся всей дружной компанией. Как я поняла, у нас у всех общая гостиная, но разные спальни. Интересно конечно, но больше всего мне понравилась шикарная ванна с джакузи.

В моменте дико захотелось залезть в приятную воду и ощутить бульканье пузырьков.

— Милашка, а давай пойдём купаться? — предлагаю дочери, ведь я несу за неё ответственность и не могу ни на кого из присутствующих оставить.

— Неть, — отказывается малышка и продолжает шествие с целью изучения новой территории.

Эх. Накрылась моя мечта медным тазом...

— Вы хотите принять ванну? — вдруг спрашивает Баринов.

Все вещи уже разложены по комнатам, а охрана отправлена дежурить за дверь.

— Ну да, хотела, но вы ведь слышали, мой босс против, — вздыхаю, подавая малышке журнал, за которым она изо всех сил тянется.

— Можете идти. Я присмотрю за Миланой.

— Серьёзно? — вылетает само как-то.

— Вполне. Милан, смотри, что у меня есть, — Баринов обращается к дочери, показывая новенькую, ещё запакованную куклу.

И когда только купил?

— Вы уверены, что справитесь?

— Идите уже, — Андрей Кириллович закатывает глаза.

Эм... Ладно.

Шокированная предложением Баринова, иду в ванную. По пути пару раз оборачиваюсь, но всё же иду, ведь папа с дочкой увлечены распаковкой куклы и не тревожатся моим отсутствием.

— Не привычно всё это. Ох, как непривычно.

Обстановка номера непривычна. Море за окном непривычно. Оставлять Милану формально с чужим человеком тоже.

Хотя с другой стороны чего я так распереживалась? Во-первых, я буду в шаговой доступности. Во-вторых, малышка осталась с папой, а не с левым дядей. Ну и в-третьих, мне действительно необходимо привести себя в порядок, а то после перелёта я, мягко говоря, потрёпанная.

Пока ищу в чемодане сменное бельё, в голове пару раз проносится мысль отказаться от идеи джакузи, но стоит мне погрузиться в пенную воду и включить массажные струи, всё... Точнее, все сомнения улетучиваются.

Я полностью расслабляюсь и кайфую под мерное журчание. Какое же всё-таки наслаждение...

Вот только длилось оно недолго, потому что спустя минут пятнадцать моё умиротворение нарушает ворвавшийся Баринов.

На его руках, что есть мочи, рыдает Милана, а мужские глаза вот-вот вылезут из орбит.

— Она упала, — кричит Баринов.

Доля секунды потребовалась на оценку происходящего, и вот я уже выпрыгнула из ванной и очутилась рядом с малышкой.

— Тшшш, — беру Миланку на руки.

— Мы играли. Она побежала и ударилась ручкой о комод, — сумбурно объясняет Андрей Кириллович, а я покачиваюсь, чтобы успокоить ребёнка, и по пути осматриваю ушибленное место.

— Ничего страшного. Смотри, Миланка, ничего нет, — облегчённо выдыхаю, ведь это просто ушиб и истерика больше от страха, нежели от боли.

— Бо, — хнычет.

— Да ладно тебе. Ты ж боец у меня. Самая храбрая и самая красивая, да?

— Дя, — отвечает и чуть снижает уровень шума.

— Вот и умница. Вот этот комод бессовестный, да? Сейчас мы ему дадим!

— Угу, — воодушевляется малышка, и от плача остаются только всхлипы и блестящие щёки.

— Другое дело. Давай, вы с папой сейчас пойдёте и надаёте вредному комоду, ладно? А я закончу с... — осекаюсь на середине фразы, ведь до меня доходит происходящее.

Мы стоим посреди ванной, и я абсолютно нагая.

Ой, мамочки! Чувство будто ушат ледяной воды выплеснули.

— Иди к папе, — резко засовываю малышку Баринову в руки и поворачиваюсь спиной.

Стыдно капец!

— Но вдруг... — Андрей Кириллович мешкается.

— Идите уже! И платье смените, это мокрое, — почти рявкаю, оборачиваясь через плечо.

— Ладно, — Баринов соглашается и, наконец, покидает помещение.

Господи, вот это стыдоба!

Метаюсь по ванной комнате и корю себя за глупость.

Я впервые в жизни предстала перед мужчиной полностью без одежды... И да в свои двадцать пять я, мягко говоря, не могу похвастаться большим количеством опыта. Нет, у меня, конечно, был однажды парень, и мы даже сделали это. Но! В темноте и всего единожды. А тут...

Мало того что голая перед боссом, так это же ещё и не абы кто, а сам Баринов!

— Вот дура! — ругаюсь вслух, но в джакузи всё-таки возвращаюсь. Как ни крути, с мытьём надо закончить.

Спустя пятнадцать минут я намылась, вылезла из ванной и надела на себя безразмерный отельный халат.

Можно отправляться в гостиную, но мне страшно и стыдно.

Как после такого смотреть в глаза Баринову? Я, наверное, сойду с ума от смущения, но бесконечно сидеть в ванной всё равно невозможно, так что не буду оттягивать неизбежное и пойду прямо сейчас...

Глава 15

Осторожно, как вор, крадусь в общее помещение и выглядываю из-за угла.

Баринов и Милаша сидят на ковре в центре и безмятежно собирают кубики.

Ну как собирают... Андрей Кириллович строит, а малышка в основном рушит, потому что она маленькая и с координацией мелких движений пока есть небольшие проблемы.

На удивление Баринов нисколько не злиться и каждый раз с удовольствием начинает заново.

Я пробираюсь к одному из кресел подальше от семейной идиллии и забираюсь на него, подобрав под себя ноги и плотнее укутываясь в халат. Будь моя воля вообще бы закрылась в комнате и не встречалась с Бариновым больше никогда.

— Что-то вы быстро, — произносит тот о ком только что думала, при этом даже не оборачиваясь.

И как понял, что пришла? Вроде бы старалась быть максимально бесшумной.

— Это я ещё долго. Обычно минут десять уже роскошь. Спасибо что присмотрели за малышкой, — нехотя отзываюсь, ведь проигнорировать фразу было бы слишком подозрительно. — У вас если какие-то дела...

— Нет. Сегодня выходной и я решил провести его с дочерью, — перебивает, лишив шанса на уединение.

— Эм... Ладно.

— Вот если у вас есть дела, то можете ими заняться, — возвращает мне мою же фразу.

— У меня одно единственное дело по имени Милана.

— В данный момент получается у вас нет дел.

— Ну да, получается так, — отвечаю и