Ловушка для Ласточки - Маргарита Светлова

И чего я добился?

Чего хотел?

Что признается?

Что ответит взаимностью?

Ну-ну. Кто я такой, чтобы она с ходу доверилась мне? Правильно, никто. Просто мужик, наделённый властью, который ворвался в её жизнь, заявив права.

И всё же другая бы на её месте с ума сошла от счастья. Но не она. Девочка, словно маленькая птичка, затрепетала в моих руках, пытаясь упорхнуть.

И я вспылил.

Знал, что не прав, но не остановился.

В меня словно бес вселился!

Она и раньше меня боялась, а после нашей «милой» беседы совсем закрылась. Да уж, наломал ты, мужик, дров, запугал сироту — молодец, ничего не скажешь. Ладно, что толку себя корить, сделанного не воротишь.

Но только как бы я сейчас ни успокаивал себя, легче не становится, на душе кошки скребут. Чувствую себя так, словно ребёнка обидел.

Алина мне напоминает тонкую одинокую берёзку в чистом поле, которую со всех сторон треплют ветра под названием «жизнь». Она гнётся к земле, но не ломается. На сколько её хватит? Не думаю, что надолго. Любой «порыв ветра» может стать последним. Была бы хитрей, спряталась за мою спину…

Я бы защитил.

Я бы укрыл её от любой непогоды, решил все проблемы.

Кроме одной — себя.

Знаю, что я сложный человек, трудно ей будет подстроиться. Но отпустить не готов. И тут не только дело в том, что запал на нее конкретно — ей без меня не выжить. Но разве женщины когда-нибудь прислушивались к голосу разума? Тем более от моей благоразумия ждать не стоит. Одному богу известно, что ей в голову вбили, раз она бежит от того, кто реально может защитить.

— Эльдар, ты чего на звонки не отвечаешь? — как обычно, без стука врывается ко мне в кабинет брат, возвращая меня в реальность.

— Хотелось побыть одному. — Устало откидываюсь на спинку кресла.

— Это то, что я думаю? — показывает глазами на конверт в моих руках.

— Да.

— Чего тянешь? Читай.

Открываю и пробегаюсь глазами по документу. Останавливаясь на вероятности отцовства: девяносто девять и девять процентов.

Не удивлён.

Ведь знал же, что будет такой результат, но почему в груди так жжёт? Не могу понять, что я больше чувствую: злость или радость? Рад, что не ошибся, и она будет у меня одной-единственной женой. Две мне на хрен не сдались, мне нужна только Алинка-малинка. Всё же злость, но не на сваю малышку, а её мать и тётку. Они виноваты, что девочка сейчас одна, и ей реальная угрожает опасность. В клане Волкова знают о его сомнениях насчёт смерти дочери, и уже носом землю роют в поисках наследницы.

— Как я и говорил, она.

Руслан нахмурился — ему явно не нравится, что птичка ещё порхает на свободе.

— Зачем отпустил?

Хороший вопрос. Я и сам до конца не понимаю, для чего затеял всё это. Правильнее было бы запереть её дома. Только это всё усложнит. Она и так меня боится, и не без основания. Я словно пробудившийся от долгой спячки вулкан. Нужна сущая мелочь, чтобы я сорвался — ненависть в её глазах. К этому я ещё не готов — не нарастил броню.

— Её очень хорошо охраняют, успокойся. Считай, что я решил дать ей шанс признаться.

— Эльдар, она столько лет от тебя пряталась, с чего ты решил, что вот сейчас она возьмёт и во всём покается? Думаешь, она оценит твой жест доброй воли? Или деньгами вдруг заинтересуется?

— Ну, Ласточку мой достаток не впечатлил, — не смог сдержать усмешки, вспоминая её реакцию на моё предложение о покровительстве — она чуть в обморок не грохнулась, увы, не от восторга. А потом ещё и оскорбилась.

— Ну хоть не меркантильная, если, конечно, это не очередная уловка. Женщины, сам знаешь, ещё те затейницы. Кстати, я выяснил насчёт её, кх… — брат замялся, с тревогой на меня смотря.

Я уже понял, о ком пойдёт речь, и заминка брата говорила, что тот мужик — не мимолётное увлечение Алины. Если её сердце занято, это всё усложнит.

Ревность словно яд, заструилась по венам.

— Продолжай, — процедил я сквозь зубы, еле сдерживая клокотавшую в груди ярость, что разгоралась с каждой секундой сильней.

Руслан вновь нахмурился, явно пытаясь придумать, как смягчить эту новость.

— Мне удалось узнать, что это некий Андрей Стрельников, все характеристики о нём положительные. В своё время курировал Алину и Светлану, общается эта троица плотно по настоящее время. Этот мужик к твоей невесте уже два года клинья подбивает, но за грань дозволенного не переходил. Как выяснилось, он собирается Алине сделать предложение в день её рождения. И раз Алина, зная всё это, продолжала общаться, вывод один — она рассматривала его как будущего мужа. Кстати, он на подосланную мной красавицу не клюнул, мужик реально влюблён в твою Ласточку.

Ревновал ли я сейчас Алину? Это ещё мягко сказано. Но я и понимал соперника, сам стал жертвой этих невинных глазок. А он вообще с ней постоянно крутился. Как у мужика сил-то хватило не разложить её при первом удобном случае? Не представляю. Я бы не смог, давно бы под себя подмял красавицу.

— Пошли к нему нашего человека, пусть поставит его в известность, что Алина принадлежит мне.

— Просто растолковать или?..

— Руслан, просто поговорить. Никаких угроз с рукоприкладством, а если и дальше будет ошиваться возле моей невесты, я сам с ним разберусь — это уже личное.

— Ты на удивление спокойно отреагировал на полученную информацию.

Он думал, что я тут начну крушить всё вокруг? Я ещё не дошёл до той кондиции, когда мозги отключаются. Но ситуация, прямо скажу, не из приятных. Но вполне закономерная. Он и она были постоянно рядом, вот и зародились чувства у обоих. Остался вопрос: что мне теперь делать с её чувствами к другому мужчине? Ведь их не вырубишь, только по моему желанию. Теперь добиться её расположения станет в разы сложнее, если это вообще возможно. Он для неё так и останется хорошим парнем, я же в глазах Ласточки буду злодей, разлучивший влюблённую парочку.

Охренеть какая шикарная картина вырисовывается!

— А ты знаешь, что сейчас у меня творится на душе? Внешне я спокоен, а там… — показал рукой на грудь, — всё горит. Я. Чёрт побери. РЕВНУЮ! Никогда не думал, что способен испытывать нечто подобное. Да и ситуация в целом меня бесит.

— Не заводись, помни о последствиях.

— Не собираюсь я идти вразнос. Слава богу, всегда умел держать эмоции под контролем.

— Значит, мне не