Поцелуй ирлинга - Лена Хейди

разница: просто незаметно подпитываться от окружающих – это одно, а получить постоянный доступ к чьей-то энергии из-за привязки – это уже другое. Здесь нужна добровольность от донора.  Девушка спросила меня, почему я не танцую. И я ответил: «Не могу, пока ты не скажешь, что согласна быть моей половинкой, стать моим светом, делиться своей энергией, принимать от меня восхищение и заботу».

– Ты запутал её своими словами, – понял я.

– Да. Но самая главная фраза – «делиться энергией» – прозвучала. Лира рассмеялась. Заявила, что я странный. Но всё же ответила: «Да». Добавила, что её отец будет в бешенстве. По-моему, она решила, что я всего лишь предлагаю ей со мной встречаться, и согласилась из-за того, чтобы позлить отца. Моя присоска наконец-то получила доступ к её энергии, и меня накрыло эйфорией: такой сладкой была эта девочка. Мы потанцевали, потом поехали к ней, – от приятных воспоминаний лицо Гринли расплылось в блаженной улыбке.

Как же мне хотелось стереть её кулаком!

Глава 26. Ревность

Кайл

*

Едва сдержался от рукоприкладства.

Принц тем временем продолжил, не подозревая, в какой опасности только что находился его нюхательный орган:

– Утром я позвонил Максу, рассказал о том, со случилось. Во всём мире только он и родители знают о моих… хм… вампирских особенностях. Ну, теперь ещё и ты. Когда мы с Максом обсудили всю эту ситуацию, то пришли к выводу, что кто-то из друзей просто захотел подшутить надо мной, добавив зелье в мой бокал. Любой другой на моём месте легко бы избавился от такой искусственной привязки. Но я вампир, и на меня это подействовало очень сильно. Я настолько запечатлился на девушке, что, если она меня отвергнет, я умру. Признаться, осознание такой вселенской засады повергло меня в шок. Навалилось понимание, что отныне я буду для Лиры самым лучшим другом и любовником. Травой под ногами, если потребуется. Ведь отныне это для меня вопрос жизни и смерти.

– А ты не думаешь, что это Макс всё устроил? Что это именно он добавил зелье в твой бокал? – спросил я, внимательно наблюдая за реакцией принца.

– Нет, ты что?! – замахал на меня руками этот наивный чудик. – Он же мой брат! Он не мог со мной так поступить! Да и вообще, зачем ему это?

– Хороший вопрос, – усмехнулся я. – Может, для того, чтобы держать своего шпиона возле адмирала? Или для того, чтобы семья Макфоев получила приданое с Лирой – несколько особо ценных планет с редкими металлами? Ведь благодаря тому зелью у тебя есть отличная мотивация затащить Лиру под венец.

– Ты считаешь меня шпионом? – страшно оскорбился его высочество.

– Маловероятно, но всё может быть, – флегматично отметил я.

Меня испепелили взглядом.

– Я бы не стал опускаться до такого. Лира мне доверяет. И я никогда её не предам! – воскликнул он с горячностью.

– Ну да, ведь если Лира в тебе усомнится, тебе конец, – отметил я.

– Не только поэтому, – возразил Гринли. – Ты не понимаешь, как сильно мы с ней сблизились. Да, поначалу я был в тихом ужасе от её стиля. Не представлял, как будет вести себя настолько экстравагантная девушка, получив титул принцессы. Все мои родственники сойдут с ума от её имиджа. А журналисты и вовсе будут полоскать меня с ней не переставая. Я поделился этими опасениями с братом. Но Макс заявил, что успел изучить досье на неё и считает, что мне крупно повезло. Что она очень умная, интересная, неординарная личность. Не похожа на других девиц – легкомысленных, амбициозных, глупых. Которым лишь бы урвать мужика побогаче и познатнее. А у Лиры – богатый внутренний мир и очень добрая душа.

– Вот как? – не удержался я от возгласа.

Тот её «перфоманс» со слугой, который я смотрел на видео, как-то слабо вязался с моим понятием доброты. Хотел бы я когда-нибудь это развидеть…

– Она очень чуткая и нежная, просто скрывает это под маской эпатажа. Ты знал, что Лира – основательница приюта для животных «Надежда»? Это самый крупный приют во всей Линавии. И что у неё есть проект по открытию художественной галереи, где начинающие художники смогут выставлять свои работы и продавать их? И что она каждый месяц перечисляет крупные суммы в фонд помощи женщинам, пережившим насилие? – спросил он.

– Нет, – покачал я головой.

Должен признать, Гринли меня удивил. А вот информация про поддержку женщин, переживших насилие, меня насторожила. Такое направление благотворительности было выбрано наверняка не случайно. Может, Лиру кто-то когда-то обидел, и теперь она подсознательно или осознанно мстит мужчинам? Я всё пытался оправдать тот её «перфоманс».

– Она у меня умница. Не сразу, но мне стало ясно, что она понимает меня как никто другой. Может выслушать, поддержать. Когда моя семья на меня давит, вмешивается в дела моих предприятий на Тарексе, – Лира всегда на моей стороне. С ней я понял, как мне этого не хватало. Такой поддержки. Я был её первым мужчиной и единственным человеком, кому она доверилась. Так что она для меня не только батарейка, как ты подумал. Лира для меня по-настоящему родной и близкий человек, – подвёл итог принц.

От его слов внутри остался кровоточащий след, словно кто-то провёл по сердцу осколком стекла. Мысль о том, что моя истинная привязана к вампиру, плюс ревность и осознание того, что не я, а этот чудик сделал её женщиной и собирается на ней жениться, промелькнули в голове огненной молнией. Острая пронзительная боль на миг затмила разум.

– Кайл, вы в порядке? – испуганно воскликнул Гринли.

Оказывается, я порвал кожаное покрытие кресла на подлокотниках. Вырвал кусок с мясом.

– Да, – глухо ответил я. – Значит, ты её любишь?

Он неожиданно задумался.

Я был уверен, что он тут же стукнет себя в грудь с решительным «да!», и такая заминка меня удивила.

– Я не могу без неё жить. Наверное, это сильнее, чем любовь, – ответил он наконец.

Глава 27. Отец

Ира

*

– Ты права, эта информация секретна, – подтвердил мои слова Джон. – Но сейчас я уже могу тебе об этом рассказать. Как ты знаешь, у нас война с Каританией. Это империя, состоящая из пятнадцати планет. Большие ресурсы, передовые технологии. Наш единственный шанс победить – объединиться. Что мы и сделали. Все десять государств Космосоюза выступили единым фронтом. Это десять планет.

– То есть, одна страна – это одна планета, да? – уточнила я. Мужчина кивнул. – Но численный перевес всё равно на их стороне.

– Верно, – ответил адмирал. – Но пока держимся и даже побеждаем. Сама