Спасенная демоном. Становление личности - Вилли Энн Грей

пустился в мою сторону. Сделав несколько шагов назад, я встала в боевую стойку, ожидая атаки. Он ударил с размаха, намериваясь попасть в голову, от удара такой силы я могла бы уже и не встать. Я молниеносно отошла в сторону, ударяя в ответ со всей силы по локтю вытянутой руки. Кажется, я сломала ему руку, потому что послышался треск кости, а потом крик боли здоровяка. Это было не очень-то сложно, главное знать когда и куда бить. Следом за ним на меня побежал рыжий. Он был менее сильный, но более проворный. Как соперник он понравился мне больше, в его движениях чувствовалась не просто тупая сила, а определенные навыки. С ним мы схлестнулись в рукопашном бою, с каждым отбитым мной ударом, его лицо все более и более вытягивалось в удивлении и неверии. Но и с ним стычка длилась не долго, всего несколько минут. Словив момент, когда он откроется, я с силой ударила его по почкам, от чего парень скрутился и я, решив не оставлять врага в сознании, закончила бой ударом колена по челюсти. Он свалился на землю, как мешок картошки, изо рта текла кровь, скорее всего я выбила ему зуб или даже несколько. Главарь хотел было продолжить дело друзей, но посмотрев еще раз на ревущего здоровяка и потерявшего сознание рыжего, по-видимому, решил, что оно того не стоит и побежал в обратную сторону от меня. «Да уж, храбрец, а гонору было» – мысленно посмеялась я и направилась спокойной, летящей походкой обратно в таверну, про себя отмечая, что мальчишки тоже уже след простыл.

Глава 18. Даррен

После злосчастного вечера с Анабель, я почувствовал себя моральным уродом. Да, я злился на саму мысль о том, что у нее может быть другой мужчина, ревновал до одури, тем самым позволяя взять контроль демону над человеком. Тем не менее нельзя было так поступать с моей наивной маленькой птичкой. Ее слезы и разочарование в глазах никак не выходили у меня из головы. Кажется, я ее сильно испугал и надо бы извиниться. Именно так я и планировал сделать утром, но мои планы, как всегда, нарушил отец. Едва я протер глаза ото сна, поступил срочный вызов с приказом явиться во дворец. Там меня ждал посол соседнего государства «Вольфрам», где жили в основном оборотни. Сначала я не совсем понял, зачем в этой встрече отцу понадобился я. Но как только речь зашла о том, что у верховного альфы три дочери, старшая из которых недавно достигла брачного возраста, все стало на свои места. От этого понимания я лишь скривился, и так плохое настроение поползло неумолимо в низ. К сожалению, мне пришлось весь день развлекать этого посла-волка, который постоянно расхваливал дочерей альфы, как товар на рынке, показывать ему замок, обсуждать политику, планы и отбиваться от вопросов о личной жизни. К концу дня я просто кипел, меня не только раздражал весь тот цирк, что творился, но и убивала мысль, что моя маленькая Анабель таит на меня обиду и строит неправильные выводы. Раньше, такие мелочи, как чувства женщин не напрягали меня, но в данном случае, я места себе находил от мысли, что она что-то там думает неправильное, злиться и обижается.

Освободившись наконец-то от внимания политической особы, я уж собрался возвращаться домой, ожидая ужин с моей обиженкой. Придумывал слова, какие скажу ей и предвкушал ночь, что нас ждет. Но тут, меня словил Шейн. Настроения разговаривать не было совсем, и я планировал проскочить мимо, но противная, победная ухмылка на его лице слишком уж напрягала, заставив остановиться.

– Как же я люблю, когда твои игрушки сами приползают ко мне – ухмыльнулся он. А у меня в груди началось разгораться пламя ревности.

– Что ты сказал? – Прошипел я. Плохое предчувствие весь день преследовало меня, а тут еще он со своими намеками.

– Она пришла ко мне сегодня утром, вся заплаканная, жаловалась на тебя, просила помочь. Цитирую: «Рен, бесчувственный ублюдок, предал меня и обманул. Играл на моих чувствах». Пришлось утешить малышку. Бедная, несчастная, сладкая девочка. – сказал он, рассмеявшись мне в лицо.

В глазах у меня плясалась злость. Демон рвался наружу, желая убить урода, который еще и является моим братом. Анабель была у него утром? Жаловалась на меня? Не мог в это поверить, но внутренне понимал, что сделал ей больно, очень больно. Но что ей делать у Шейна? Единственная встреча, что была у них не закончилась ничем хорошим. Хотя я видел, что он проявил к ней интерес.

– Она так страдала, так страдала. Не мог же я бросить ее, оставить в одиночестве. Страдала и плакала о тебе, а тянулась ко мне. Но не беспокойся, я был нежен. Она стонала и кричала от удовольствия – продолжил издевательски Шейн.

И тут я не выдержал, кинулся на него с кулаками. Кровь кипела во мне, демон кричал: «рвать, убивать». Хорошо, что все это случилось во дворце и охрана разняла нас быстрее, чем мы бы натворили глупостей. Вмешался отец, говоря что-то о недостойном поведении и о том, что снимет меня с должности, лишит средств к существованию, если такое повториться. Но мне было все равно. Боль от предательства, злость, обида горели у меня в груди, разрывая сердце на куски. Возвращаться домой перехотелось. Видеть Анабель я был не в силах. И я решил завалиться в бар, где до утра пил все, что горит. Опьянеть демону по истине сложно, но у меня вполне вышло.

Из бара я перенесся в свое «холостяцкое логово», так я называл свою небольшую квартирку, состоявшую всего из трех комнат (кабинет, спальня и винный погреб, точнее не совсем погреб, а комната, в которой с помощью магии поддерживалась правильная температура хранения алкоголя), которая нужна была мне в двух случаях, когда я напивался или когда имел связи с сомнительными женщинами, которым не желал рассказывать о том, кто я есть на самом деле. В квартире я продолжил свой запой, глуша чувства в вине, коньяке и всем, что попадалось под руку. Я действительно потерялся во времени, сгорая в своем личном аду.

Так длилось до тех пор, пока ко мне не явился Витор. Когда на меня обрушился чан с холодной водой, вырывающий из спасительного небытия, я сначала хотел убить того, кто это сделал. Но когда увидел злое и напряженное лицо лучшего друга, решил отложить планы убийства на потом.

– Мог бы и по нежнее