Дракон без лица или вдова для дракона - Елена Байм

— Если ты не против, то я осталась бы здесь. На твоей кровати самый мягкий матрас. Ну так что, папочка? Ты согласен?

Стиснул зубы. Оскалился. И только собрался высказать, что терпеть я ее не намерен и чтоб убиралась, как вдова торопливым шагом меня догнала. Перегнала. И, скрываясь в коридоре, крикнула:

— Пойду приготовлю обед. Теперь я буду о тебе заботиться, папочка…

Хитэм в юности

37. Обед

Из последних сил сдерживая рвущуюся наружу злость, я прошел и спрятался у себя в кабинете. Мыслимо ли, я хочу уединиться и побыть один.

Не я ли несколько дней назад сидел в этом же кресле и сетовал, что я одинок? Что меня бросили друзья и обо мне все быстро забыли? А стоило появиться на пороге дома какой-то вдове, и мой замок превратился в проходной двор, а я сам теперь ищу уединенное место.

Рассмеялся. Только в голосе звучала не радость, а грусть.

Не знаю, сколько прошло времени… я продолжал сидеть за столом в кабинете, в глубоком кожаном кресле, уставившись в танцующие языки пламени камина. Огонь тихо потрескивал, отбрасывая причудливые блики на стены, но ни тепло, ни умиротворяющий свет не могли успокоить вихрь мыслей, бушевавший в моей голове.

Мысли кружились, словно рой взбудораженных диких пчел — одна за другой, хаотично. Мало мне проблем, так теперь появилась взрослая дочь.

Как такое возможно? Несмотря на артефакт мага я продолжал в это не верить. Ну не мог я заделать дочь так, что дракон не почувствовал, а крестьянка об этом решила никому не сообщать.

Закрыл глаза, вспомнил лицо вдовы. Ни оттенка моих глаз, ни жесткой линии скул, ни даже намека на мою внешность. Обычные светлые волосы, чуть вьющиеся на концах. Простые голубые глаза. Ничего от меня. Совсем ничего.

Может, ошибка? Может артефакт сломался и надо пригласить другого мага?

Я провел ладонью по лицу, чувствуя шероховатость трехдневной щетины. Совсем запустился. И виновница моих бед — вдова. И судя по ее настрою, она решительно собирается у меня поселиться.

И вдруг предательский внутренний голос мне прошептал — а может зря сокрушаешься? Девка умеет готовить. Вон грибная похлебка у нее была ничего. Судя по тряпкам в ванной, умеет стирать и убираться. А еще умеет сообразить «для папочки» бесплатных дам для утех. Даже более — готовых приплачивать за близость с драконом.

Я усмехнулся. А может и впрямь взрослая дочь — это не зло? Не надо возиться с ней, самостоятельная и может о себе сама позаботиться. Единственное, это если ей попадется плохой жадный муж, который станет требовать с меня приданое или титул.

Ну и тут мне несказанно в отличие от многих отцов повезло. Моя дочь — вдова. Так что проблем с мужем не будет.

Я откинулся на спинку кресла и улыбнулся, на этот раз с оптимизмом.

Вдруг дверь тихо скрипнула. Я не обернулся, подумал, сквозняк. Но раздались шаги — легкие, уверенные, без тени робости. Кто-то вошел и направлялся теперь прямо ко мне.

Я закатил глаза. Даже без чуйки дракона я был абсолютно уверен и знал, по мою душу пришла наглая девка.

Повернул голову. Действительно, стояла она.

Сделала шаг вперед, поставила передо мной на стол тарелку, взяла салфетку, подошла, расправила и положила мне на колени. Ее пальцы слегка коснулись меня. Я дернулся, остро реагируя на это невесомое прикосновение.

Да ну, бездна! Сегодня же позову лучшего мага, пусть что хочет делает, но докажет, что она не моя дочь. Потому что… потому… Но я запретил себе думать об этом.

Вдова тем временем как ни в чем не бывало отошла от меня, подняла взгляд, улыбнулась краешком губ и ласково прошептала:

— Пришло время обеда. Надо отставить думы и для начала, как минимум, перекусить. Думать на сытый живот лучше. Хотите, составлю компанию?

А я смотрел на ее губы, на ее линию хрупких плеч и … крепко завис. Да так, что пришлось срочно поправлять салфетку, что она положила.

— Кхм… — вот и все, что выдавил из себя.

Хорошо, что девка не стала дожидаться моего разрешения или ответа. Взяла ложку, пододвинула к моему столу стоящий неподалеку стул.

— Приятного аппетита! — и стала есть со мной, выставляя тарелки с подноса. От такой наглости я закашлялся. Но промолчал. Стало вдруг интересно, как далеко зайдет она в попытках продавить мои границы.

Поэтому я внимательно наблюдал. Она ела с таким аппетитом, что невольно притягивала взгляд. Чуть причмокивала, иногда прикрывала глаза от удовольствия, будто пробовала не простую еду, а какое-то изысканное блюдо.

— Это… что? — наконец выдавил я, сам не ожидая, что заговорю.

— Овсянка с ягодами, сэээр. — с ухмылкой отметила мне, не переставая жевать. — И чай с мятой.

Я усмехнулся:

— Овсянка? Серьезно? Ты думаешь, что дракон станет такое г… есть?

— А что? — она подняла бровь. — Вы ожидали трюфели и фуа-гра? Овсянка — она же как жизнь, простая, но если добавить немного ягод, становится слаще. К тому же, у вас на кухне повесилась мышь. Вот такаааая огромная и худая.

Я задумался. А ведь и впрямь, после смерти кухарки я не озадачился кухней, запивая голод вином, не заметил, что сутки не ел.

Зато сейчас, чувствуя приятный аромат, есть захотелось ужасно. Я снова посмотрел на тарелку. Запах стал невыносимо манящим. Желудок предательски заурчал.

Взял ложку в руку, и борясь с брезгливостью зачерпнул первую ложку. Кхм… А каша-то ничего… Теплая, слегка сладковатая… аромат мяты из чашки… свет камина…

Внутри стало тепло, но не от еды. Впервые я почувствовал, что мне хорошо не наедине, а с кем-то рядом.

Я поднял взгляд на вдову — она продолжала забавно жевать. Мягко улыбнулся, расслабился, и сам не заметил, как доел кашу.

Взял чашку с чаем, поднес к губам. Сделал пару глотков. Такой приятный вкус… так обволакивает нёбо… Но что-то внутри зашевелись, какая-то беспокойная мысль…

Кхм… а вкус то кажется знакомым, где-то такое я уже пил. Закрыл глаза, напрягая память. И тут до меня дошло!

— Мята? Ты приготовила чай с мятой? — захрипел я, бросаясь в уборную, в надежде, что успею из себя это выблевать.

Ведь для дракона мята — сильнейший афродизиак... Его любит подмешивать мадам Жоззи своим клиентам...

38. Последствия

Я метнулся в уборную, по пути пытаясь вызвать рвотный позыв. Дверь с грохотом за мной затворилась.

— Как же так?! Где были