Вампир из соседнего офиса - Екатерина Мордвинцева

Я спрашивала. Он уходил от ответа.

— Игорь, что с тобой? — спросила я в очередную ночь, когда мы сидели на диване.

— Все хорошо, — ответил он, не глядя на меня.

— Не ври. Я же вижу.

— Юля, не начинай.

— А что «не начинай»? — Я повернулась к нему. — Я чувствую, что ты что-то недоговариваешь. Это касается меня?

Он молчал. Слишком долго молчал.

— Игорь!

— Оставь, — сказал он глухо. — Просто оставь.

— Нет! — Я вскочила. — Хватит! Ты все время что-то скрываешь! То про вампиров, то про врагов, то про... я не знаю, про что еще! Я устала от недомолвок!

Он тоже встал. Встал напротив, и я увидела, как в его глазах закипает гнев.

— Ты хочешь правды? — спросил он жестко. — Всей правды?

— Да!

— Ты не готова!

— А когда буду готова? Через год? Через десять лет? Когда я состарюсь и умру, а ты останешься молодым?

Он вздрогнул, будто я ударила его.

— Вот об этом я и говорю, — тихо сказал он. — Ты думаешь об этом. О том, что я буду жить вечно, а ты...

— А я что? — перебила я. — Я могу стать такой, как ты. Ты сам говорил.

— Нет.

— Почему?!

— Потому что это не шутки! — рявкнул он, и я впервые увидела его по-настоящему разгневанным. — Обращение — это мука! Это смерть! Это вечная ночь без надежды на рассвет! Я не хочу этого для тебя!

— А чего ты хочешь для меня?

— Чтобы ты жила! — закричал он. — Настоящей жизнью! С солнцем, с детьми, со счастьем! Чтобы ты не стала такой, как я — проклятой навеки!

— Для тебя это проклятие?

— Да! — выкрикнул он. — Проклятие! Каждую ночь я просыпаюсь с мыслью, что никогда больше не увижу рассвета. Никогда не почувствую тепла на коже. Никогда не съем нормальной еды. Я пью кровь, Юля! Кровь! Я монстр!

Он схватил со стола хрустальный стакан — тот самый, из которого я пила вино в наш особенный вечер. Сжал его в кулаке.

— Ты понимаешь, кто я? — прорычал он. — Я убивал! Я пил кровь невинных! Я...

Стакан лопнул.

Я ахнула и отшатнулась. Хрусталь разлетелся на сотни осколков, со звоном посыпался на пол. А в руке Игоря, сжатой в кулак, торчали острые края.

Он замер. Посмотрел на свою руку, потом на меня. В его глазах ужас сменил гнев.

— Юля... — прошептал он.

И мгновенно спрятал руку за спину.

— Не смотри.

— Игорь! — Я шагнула к нему. — Покажи!

— Нет.

— Покажи, черт возьми!

Я рванулась к нему, попыталась заглянуть за спину. Он уворачивался, но я успела увидеть.

Рука была порезана. Глубоко. Из ладони торчали осколки, кровь — нет, не кровь, что-то темное, густое — сочилась между пальцев.

Но самое страшное было не это.

Рана затягивалась. Прямо на глазах. Кожа срасталась, осколки выталкивались наружу, падали на пол с тихим звоном. Через несколько секунд рука стала совершенно чистой — ни пореза, ни шрама.

Я смотрела и не верила своим глазам.

— Юля... — снова начал он.

— Это... — Я сглотнула. — Это нечеловеческая регенерация?

Он кивнул.

— Мы быстро заживаем. Очень быстро.

— А кровь? — Я смотрела на темные капли на полу. — Она... другая.

— Темнее, чем у людей. Гуще. — Он говорил спокойно, но я видела, как дрожат его руки. — Ты испугалась?

— Я... — Я запнулась. — Я не знаю.

Честно. Я не знала, что чувствовать. С одной стороны, я знала, что он вампир. Знала, что он не человек. Но видеть это своими глазами — как рана затягивается за секунды, как течет эта темная, густая кровь — было совсем другим.

Это было реально. По-настоящему реально.

— Прости, — сказал он тихо. — Я не должен был срываться. Не должен был пугать тебя.

— Ты не пугал. — Я подошла ближе, взяла его за руку. Холодную, чистую, без единой царапины. — Ты просто... злился.

— Я боюсь, Юля. — Он сжал мои пальцы. — Боюсь, что однажды не сдержусь. Что сделаю тебе больно. Что убью тебя.

— Не убьешь.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Я посмотрела ему в глаза. — Я тебе верю.

Он закрыл глаза и прижал меня к себе.

— Ты невероятная, — прошептал он. — Самая невероятная женщина из всех, что я встречал.

— Я знаю, — улыбнулась я в его грудь.

Мы стояли в обнимку среди осколков разбитого стакана, и я чувствовала, как дрожит его холодное тело. Он боялся. Боялся меня потерять. Боялся себя. Боялся того, что может сделать.

— Игорь, — сказала я. — Расскажи мне. Все, что скрываешь. Я хочу знать.

Он отстранился, посмотрел на меня.

— Ты правда готова?

— Да.

Он вздохнул, подвел меня к дивану, усадил. Сам сел рядом, не выпуская моей руки.

— Помнишь, я говорил тебе о врагах? О других кланах?

— Да.

— Так вот. — Он помолчал. — Есть один клан, который охотится на таких, как я. На древних. Они считают, что мы должны быть уничтожены. И они знают о тебе.

У меня похолодело внутри.

— Откуда?

— У них везде глаза. — Он сжал мою руку. — Они видели нас вместе. Они знают, что ты для меня важна.

— И что им нужно?

— Я. Или моя смерть. — Он посмотрел мне в глаза. — Они могут попытаться использовать тебя, чтобы добраться до меня.

— И что нам делать?

— Быть осторожными. Очень осторожными. — Он погладил мои пальцы. — Я не пущу их к тебе. Клянусь.

Я смотрела на него и видела в его глазах такую решимость, такую готовность защищать, что у меня защипало в глазах.

— Я не боюсь, — сказала я.

— А зря. — Он покачал головой. — Их стоит бояться.

— Но с тобой я в безопасности.

Он усмехнулся — горько, безрадостно.

— Со мной ты в большей опасности, чем где-либо. Но я сделаю все, чтобы защитить тебя.

— Я знаю.

Мы сидели в тишине, глядя друг на друга. За окном светало.

— Тебе пора, — сказал он.

— Знаю. — Я встала, поправила одежду. На пороге обернулась. — Игорь.

— Да?

— Я люблю тебя. Что бы ни случилось.

Он улыбнулся — той редкой, теплой улыбкой.

— Я люблю тебя, Юля. Больше жизни.

Я вышла в коридор. Лепестки роз давно убрали, но память о том вечере осталась. Я села в лифт и поехала вниз.

Дома я долго не могла уснуть. Смотрела в потолок и думала о том, что видела. О ране, которая затянулась за секунды. О темной крови. О его словах про врагов.

Моя жизнь превратилась в триллер. Но я не хотела другой. Потому что в этом триллере был он. А без него мне ничего было не