Мой темный палач. Печати Бездны - Любовь Сергеевна Черникова

еще есть пристройки, сараи… Да и другие задачи тоже никуда не денутся. Те же амулеты с луносветом как-то надо заряжать. А еще искать способ снять печати… Как же все успеть?

Я вздохнула, ощутив, какой груз ложится на мои плечи.

— И чего пригорюнилась? — Малла пихнула меня локтем.

— Жаль, что моих сил мало на что хватает…

— Нашла же о чем печалиться? Главное, хоть на что-то да хватает! То, что ты, вообще, можешь заряжать знаки — уже редкая удача. Представляешь, сколько содрал бы за это приглашенные маг? В том году мы всей деревней собирали средства. Мужики охотились без перерыва, чтобы знаки напитать, и все равно на все не хватило. А ты это за еду готова делать. Да мы тебя после такого всей деревней накормим, а потом расцелуем!

Я смущенно улыбнулась.

— Мне и простого спасибо довольно. Рада быть полезной.

Малла сунула руку в свою сумку и выудила оттуда кулек с сухой травой.

— Держи. Это сбор для восстановления магических сил. Завари на ночь, выпей и выспись как следует, — пояснила она.

Мы ненадолго заглянули к ней домой, и вышла я нагруженная двумя увесистыми корзинками, в одной из которых, кроме прочей снеди, лежал сверток с собственноручно испеченными пирожками.

Когда я поднималась по лестнице, зеленый туман уже тихонько прокрадывался в лощины. Я еще немного постояла на террасе, наблюдая за ним и наслаждаясь тишиной и вечерней природой. А вот на душе покоя не было. Слишком близко к сердцу я приняла то, что случилось с детьми.

— Красивая, но страшная… — повторила я слова Алишы.

В голову приходил лишь один ответ: это была безднопоклонница.

Глава 12

Подхватив корзинки, толкнула ногой дверь.

Надо бы запирать дом, когда ухожу, да только нет тут снаружи никакого замка. Не предусмотрено. А прежняя хозяйка была эльдиной и наверняка запирала жилище с помощью магии. Да и вряд ли кому из местных пришло бы в голову вломиться в Гнездо-на-Утесе без разрешения.

Я, конечно, тоже эльдина, да только лишь жалкая копия себя прежней. Если буду тратить магию на такую ерунду, ее не хватит, чтобы напитывать знаки. И все же стоит отнестись к собственной безопасности чуть серьезнее. Особенно пока вокруг деревни странные незнакомки шастают…

Едва вошла в холл, как навстречу бросился лисенок, от которого не отставал крисп. Вне ведра он менял свои размеры под настроение и, увидев зеленую морду размером с половину меня, вывернувшую из-за лестницы, я внутренне вздрогнула.

«Ада, чего так долго? Я проголодался! — заявил Рыжик, поводя носом. — Что у нас на ужин?»

Поставив обе корзины на пол, я закрыла дверь, тщательно заперев ее изнутри, и только потом ответила:

— Привет, ребята! Как вы? Что нового?

— М… — прошелестел крисп.

«Он говорит, что у нас ничего нового», — перевел лисенок.

— Может, погулять желаете? — спросила я.

Григор кивнул, а Рыжик уставился на меня с недоумением.

«С сосны свалилась? Не-не! В такое позднее время я из дома ни ногой! И, вообще, я пирожок хочу! Дай скорее!»

Я погладила нетерпеливого лисенка по пушистым ушкам.

— Слушайте! У меня к вам есть один очень серьезный вопрос.

Григор изобразил на лице внимание, а Рыжик снова возмутился:

«Ну какие серьезные вопросы могут быть на голодный желудок? Дай уже пирожок, а?»

Такая непосредственность меня развеселила.

— Один момент!

Подхватив корзинки, я направилась на кухню. Рыжик по пути так и норовил сунуть нос то в одну, то в другую.

— Завтра нужно и здесь порядок навести, — констатировала я, осматривая пыльный стол. — Полы помыть, мебель протереть, посуду освежить… — наметила себе фронт работ.

Григор одобрительно замычал, а лисенок услужливо запрыгнул на стол и помел хвостами по его поверхности — вроде как прибрался. Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза, но вместо этого чихнула.

— Так, все! На столе тебе точно делать нечего. — Подхватив лисенка на руки, пересадила его на широкую лавку и строго сказала: — Посиди здесь, я сейчас миску найду и тебя покормлю. — И тут же испуганно воскликнула: — Ой! Ты, наверное, пить очень хочешь?

И как я только могла об этом забыть?

— М-м! — возмущенно замычал Григор.

«Да ничего я не осквернял! Ну полакал немного из твоего ведра. Жалко тебе, что ли?» — огрызнулся лисенок.

Но крисп продолжил возмущаться.

— Так, я поняла. Рыжик, не трогай больше ведро Григора. Я тебе мисочки выделю для еды и для питья. Прости, что сразу не сообразила. Не было у меня раньше питомцев.

Я нашла в одном из шкафов чистое полотенце, намочила и протерла стол. Сполоснула несколько мисок. В одну налила свежей воды и поставила на пол. Мясо, что положила мне Малла, разрезала пополам. Одну часть отдала лисенку, предварительно нарезав ее на кусочки. Все равно не успею все приготовить, а без холода оно быстро испортится.

— Приятного аппетита!

Рыжик принялся жадно уплетать угощение, а я закинула оставшееся мясо в кастрюлю с водой и поставила на плиту. Затем взяла пирожок и принялась задумчиво жевать, наблюдая за лисенком, и между делом принялась рассказывать:

— В деревне двое детей захворали. Сначала все решили, что это пищевое отравление. Проверив их эфирные тела, я обнаружила каких-то магических тварей! Представляете?

Мои друзья слушали меня со всем вниманием, и я продолжила:

— В обоих случаях фигурировали странные ягоды, которые якобы и привели к отравлению. Но дети еще малы и не могут ничего толком объяснить. Мальчик говорит, что действительно ел ягоды, а вот девочка поведала, что дала ей их какая-то женщина — красивая, но страшная. Вы, случайно, не встречали в окрестностях деревни такую?

Григор отрицательно мотнул призрачной головой. Лисенок тоже не припомнил ничего подозрительного.

— Эх… Жаль. Я надеялась, что вы сможете помочь. Ладно, тогда я спать. Ужасно устала. — Зевая в ладошку и сонно моргая, я поднялась со стула. — Григор, давай я тебя выпущу на ночь.

— М-м! — отозвался дух.

«Он говорит, что спросит у товарищей о ней. Может, кто-нибудь из криспов что-то видел? И сам прочешет окрестности. Вдруг найдутся какие-то следы».

— Отличная идея! — обрадовалась я. — Тогда вот тебе наводка: Алиша сказала, что встретила эту незнакомку у большого камня недалеко от своего дома. Он — самый крайний на том конце деревни от нас. А камень этот — чуть