Развод. Уходи красиво - Галина Колоскова

Она кривилась, словно брезговала разговаривать с растрёпанной со сна родительницей.

— Посмотри на себя в зеркало. Чучело! До Алины тебе далеко. А щётка… — она покрутила в руке пакет. — Хочу узнать, правда ли ты моя мать, если ведёшь себя словно мачеха?

Дверь хлопнула. Поля осталась стоять на верхней ступеньке. Ринуться вниз, догнать, остановить и что это даст? «Установить материнство» прозвучало угрозой.

— Пусть делает хоть сотню тестов. Яна моя дочь! — неприятный холод в груди. — Интуиция, что ты хотела сказать мне этим сном? Тест на отцовство будет готов через два дня. Сегодня узнаю родная ли мне мама… — Мысль, пришедшая в голову, заставила вцепиться в лестницу. Голова закружилась. Ноги стали ватными. — Для кого ты украла щётку, Яна?

Босые ноги шлёпали по прохладному полу в сторону спальни.

Она разбиралась со своими родителями, а кто-то пытался набиться к ней в родственники. Нужно поговорить с тем, кто поймёт.

В кабинет сына закрыта дверь и тишина. В спальне Дениса тоже не оказалось.

— Не все спят долго, как ты.

Пришлось и самой ускоряться. Приятная или ужасная новость ждала в клинике. От ощущения холода в груди сегодня вряд ли избавишься. Перед глазами возникла улыбающаяся Татьяна Климовна. Самый родной и любящий человек навсегда останется в сердце. Ладонь легла на грудь, пытаясь унять его бег.

— Что делать, если ты мне не родная?

Сказать правду, равносильно убить. Не рассказать — погрязнуть во лжи и не дай бог узнает Яна или Силаев. Те точно жалеть не станут.

Через полтора часа Полина держала в руках конверт с результатом анализа. Пальцы дрожали. Один из самых страшных моментов жизни.

— Вам плохо? — миловидная, кукольной внешности, администраторша заботливо заглядывала в глаза.

— Нет, спасибо, всё в порядке.

Отмахнуться не получилось.

— Вам помочь? — вопрос слегка изменился, но не его суть.

Ничто не раздражает так, как навязчивое сочувствие. Послать в глубокое эротическое путешествие нельзя, хоть очень хочется. Отпустить с Богом, когда самой плохо, не позволял эгоизм. Возможностью оттянуть минуту «икс» стоило воспользоваться.

— Чем? — Поля беззастенчиво это делала.

Очаровательная блондинка ненадолго впала в ступор.

— Что чем?

— Помочь сможете чем, если вдруг результат отрицательный? Найдёте настоящих родителей или исправите ноль на другие циферки?

«Барби» удивлённо хлопала длинными ресницами.

— Не поняла? — она не знала, как реагировать на агрессию или выплеск эмоций клиентки.

— В том то и дело… — Поля вымученно улыбнулась и огляделась.

Читать результат на глазах телохранителей не желала. Два кресла у стены заняты. Серый диванчик показался не очень уютным. Она, не прочитав ответ, сунула белый конверт в сумку. Ненавидела состояние беспомощности.

— Всё случилось задолго до вас! Что вы сделаете? — и отправилась к выходу под сверлящий взгляд синих глаз, проворчав суть слышно под нос: — Поможет она…

Реветь полчаса большая роскошь. Можешь позволить себе, узнав, что приходишься неродной лучшей маме на свете. Голова моталась из стороны в сторону. Рыжие волосы хлестали по голым плечам. Хотела переодеться в костюм, а сил нет.

— Как так? — обращалась к тем, кого в комнате нет. — Ты сказала бы, если знала. Уверена в этом. Не с твоим большим сердцем прятать такие секреты.

Взгляд раз за разом возвращался к проклятому «ноль процентов».

— Папа! Папочка, что ты скрывал от нас все эти годы? Счастливый, сидел у кровати очнувшейся жены. Радовался новорождённой красавице дочке. «Одно лицо с папой», как сказала мама. А чьё ещё у меня лицо? — она запустила пальцы в волосы, склонив голову. — Алины! — прозвучало эхом от сверкающего чистотой зеркала.

— Поля открой! Открой, Поля! — с той стороны счастливой жизни угрожал Адеев. — Или я вынесу дверь!

Пришлось подняться и сделать пару шагов вперёд, повернуть замок гримёрки.

— Что случилось? — он обхватил ладонями бледное лицо. — Вижу, сегодня работать не сможешь.

В душе желание обнять худую фигурку. Крепко прижать к груди. Закрыть собой от всего мира. Заговорил, как с маленькой девочкой.

— Кто обидел?

— Жизнь…

Марсель взглянул на листок теста. В чёрных глазах огонь преисподней.

— Этот бланк причина слёз? — взгляд прошёлся по его содержанию. — Ничего себе. Почему не сказала раньше? Поехал бы забирать вместе с тобой. Вдвоём не так страшно.

Поля всхлипнула:

— Надеялась до последнего на девяносто девять и девять процентов.

— И что теперь?

— Маме ничего не скажу, болеет… — Поля отчитывалась безразличным голосом: — Результат отцовства узнаю через два дня. Думаю, там будет девяносто девять и девять! — Она бросила затравленный взгляд на проклятый листок. — Вопрос: кто моя биологическая мать?

На столе настойчиво вибрировал смартфон.

— Ответь Денису.

— И что я ему скажу?

— Что жизнь прекрасна и всё хорошо. Новость не для разговора по телефону.

Поля кивала на каждый вопрос. Хорошая актриса умеет играть в любом состоянии.

— Да, сына. Конечно. Что может со мной случиться? Понимаю, что занят. Прости. Я пришла работать. Стоит на беззвучном режиме… — Запнулась, перед тем как протянуть: — Что-о-о?..

Адеев наблюдал, как вытягивается бледное лицо любимой женщины. Слёзы мгновенно исчезли из больших глаз. Что может удивить сильнее того, что недавно узнала?

— Что случилось?

Она махнула рукой. Брови сошлись у переносицы.

— Денис! Ты понимаешь, что это бред его больного воображения?

Глава 34

Поля несколько минут приходила в себя. Сколько вариантов появления преследователя успела обдумать за это время. Но того, что сказал сын, не могла предположить. Её считает сбежавшей женой человек, которого увидела два дня назад. Поля брезгливо передёрнула плечами.

— Похоже на признание сбежавшего из клиники душевнобольного.

— Думаешь? — Денис склонялся к такому же выводу. — Вызвать психушку?

— Специалисты скоро потребуются мне самой, догадываюсь, почему он так решил. Там другая причина. Разбираюсь в ней. Поговорим вечером.

— Скажи кратко причину. Никакого недоверия твоим словам. Но на меня начинают коситься.

Поля вздохнула. Не хватало, чтоб кто-то вызвал полицию. Оставалось надеяться, что сыну не будет настолько больно, как ей.

— Возможно, у меня есть или была сестра-близнец.

Денис замолчал. Пришлось несколько раз повторить.

— Сына, ты здесь?

— Да, мама. Новость — шок, как всё, что творится сейчас вокруг нашей семьи. Но это самое простое объяснение происходящего. Кому-то придётся не раз перед тобой извиниться. До вечера, держись!

Клин клином вышибают, как раз про то, что чувствовала Полина. Слёз больше не будет. Нужно действовать.

Адеев выглядел чернее тучи. Бесконечные тайны начинали раздражать.

— Что сказал Денис?

Поля подняла ладони вверх.

— Немыслимое. Мужчина, преследовавший меня, считает, что я продажная тварь, бросившая его с нашей маленькой дочкой много лет назад.