Космическая Амазонка - Ольга Анатольевна Чумаченко

эта женщина реально способна на многое. Она не бедная девочка. Да с такой репутацией, что ни одна мразь не подкопается. Сирота, умница, красавица, прилетевшая строить новую жизнь. Способности у неё имеются, как и возможности. Народу через неё проходит столько, что не сосчитать.

И да, имеется у Юры и свой интерес. Он поможет Рутковским, а они помогут ему — таможня не будет очень тщательно проверять груз на его кораблях, которые собираются работать на доверенной ему территории. Клочку земли на Гордой планете, который принадлежит Кате.

Понял хозяин обстановки, что прокручивает свои дела этот адвокат за спиной своей подруги, которая безоговорочно доверяет ему. Ха!

Вернулись счастливые «детки». Катя гитару раздобыла. Села на своё место, не забыв поправить на любимом друге, съехавшую с плеч простынь. Рому попросила подать водичку, и тот послушно встав, протянул стеклянный бокал. Предварительно налив.

— Протестировала? — спросил друг.

— Выполнять простейшие задачи способен, — констатировала свои наблюдения подруга.

Сообщил адвокат ещё одно условие, что для начала их основного плана действий. Катя должна стать директором больницы. Иначе будут подозрения в её связи с их семейством. Потом, Яков Рутковский должен публично умереть.

— Все признаки будут проблем с сердцем, — сообщила врач, — но бояться не надо, на самом деле вы не умрёте. А я буду рядом, чтобы реанимировать вас. Я вам на Романе продемонстрирую эффективность моей сыворотки.

Президент напрягся, за сына он порвёт. Но откинувшийся на спинку дивана единственный родной человек уже не подавал признаки жизни, точно так же, как и тот приближённый к его столу.

Извинилась Катерина заранее, наблюдая, как синеют губы у Романа. Просто, подумала, что Якову Васильевичу будет интересно, как оно пройдёт.

— Предупреждаю, человек не умирает, это направленное действие. Длиться такое состояние может хоть сутки. Если не ввести антидот.

Подошла Катя и сделала второй укол в шею шатена. И тело младшего Рутковского, без каких-либо признаков жизни, восстановилось в своей жизнеспособности.

— А можно ещё один укольчик? — выговорил Роман, отдышавшись, прикрывая от наслаждения глаза. — Ещё хочу. Где такое взять?

— Это моя личная разработка, — гордо произнесла блондинка, — в аптеке такого не приобретёшь. Даже не надейся. И запрещающих компонентов в ней нет, а торкает отменно.

Ждать решения в этот же вечер было просто глупо. Рутковскому старшему нужно было подумать, отойти от их наглости, после недопустимой выходки с его ребёночком.

Попрощавшись, гости удалились. Катя ушла босиком, туфли её где-то бегали по заведению, решив, не возвращаться к владелице. Да и возвращать БУ (бывшие в употребление вещи) она не хотела. На здоровье!

Молчаливый шофёр отвёз парочку домой к Юрию. За ними всю дорогу следили. Отпускать от себя Катю Юра не решился. Надёжнее было, чтобы она осталась под его присмотром хотя бы на несколько дней. Так как насолили они за один вечер многим всевластным господам. Одна шутка с глистогонным средством, стоила серьёзного опасения.

— Поживёшь недельку у нас. Личный водитель будет отвозить и привозить тебя на работу. Заметишь за собой слежку, не обращай внимания, веди себя, как обычно, может, это мои будут, может, — чужие, — давал наставления друг.

Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Смотрела Катя в окно, туда, где Русский посёлок. Много времени прошло, а Савва не дал о себе знать.

Вернувшись с ночной смены, присели друзья на лавочке у дома. Даниил рассказывал другу, что с девушкой-кассиршей, которая работает в банке у него, вроде бы, всё идёт к браку: согласилась она переехать к нему, да не одна. Со своей меленькой годовалой дочкой. Хорошенькой малышкой! А самое важное, родители его рады, что он, наконец-то, остепенится.

— Что мальчики, мечтаете? — выглянула из дверей Светлана Алексеевна. — Пора уже девочками обзавестись.

— Обзаведёмся, тётя Света, обязательно обзаведёмся, в самое ближайшее время. Клянусь! — улыбнулся Даниил.

Собравшись ночью, пока мать спала, Савва поехал кататься по городу. Ездил, упорно стараясь отворачивать от Прибрежного посёлка. Но нет-нет, замечал, что едет к Кате. Подъехал, постоял у пустого дома, в котором даже свет не горел. А ведь, как помнил график, она должна была быть дома. Съездил в больницу, позаглядывал в окна. Но и там её не увидел. Так искал он её несколько дней. Но не нашёл.

Глава 22

Раннее утро, пятиминутка в ординаторской, на которую пришёл сам директор больницы, пришёл он сообщить о том, что подал в медицинское управление города заявление на увольнение. Тяжело ему. Устал! Уходит на заслуженный отдых. Всё — пенсия. Кого назначат вместо него, не знает. Но, он со своей стороны, написал резюме на двух претендентов на высокий пост из их больницы. Не сказал, правда, на кого. Сюрприз! Высокое начальство само решит такой важный вопрос. Может, даже кого-то со стороны они решат назначить. И вообще, может, это будет человек без медицинского образования. А рассматривать назначение будет сам глава города — Рутковский.

Загудела больница, словно пчелиный рой в улье. Всем было интересно, как оно дальше. Завглав — Запорожский, хороший травматолог, ходил павлином. Естественно, проработал он здесь лет пять, да и числился на хорошем счету. Других претендентов на высокий пост просто не видел. Казалось, что он только и ждал когда освободиться место. Или же когда-то давно, с кем-то было обговорено, что именно он встанет во главе лечебного заведения. И ведь с директором не просто за ручку здоровался, отмечался. В управление ездил, знал там каждого, оббивал порог. И тут, наконец.

— Катюша⁈ — по-хозяйски присел за стол Запорожский, где обедала в ординаторской блондинка, да ещё и руку осмелился на её колено положить. — Устала, солнышко⁈ Ничего, потерпи. Вот стану директором, всё здесь изменю.

— Да уж с нетерпением жду перемен. Особенно, хотелось бы изменить несправедливую зарплату. Например, за какие это такие заслуги секретарь получает больше меня в десять раз? — возмутилась одна из медицинских сестричек.

За что такая несправедливость знали все. Непосредственные услуги она оказывала директору. Фишка у неё имелась — длинный язык. Но цену девушка себе знала, с таким как Запорожским ни-ни. Мелковата сошка.

— Если ты, лапочка, так умеешь… — сделал нахал блондинке непристойное предложение, оскалившись во весь рот. — Я и тебе зарплату повышу.

Ну что делать, надо было срочно такого любвеобильного хама поставить на место раз и навсегда, иначе будет хуже. В кармане халата игла у неё от шприца завалялась,