Подарки возвращать не принято - Елизавета Владимировна Соболянская

После обеда девушка новыми глазами смотрела на ряды барабанов с клубникой и работала с большим интересом. Ужин, горячий душ, крепкий сон – снова в специальных перчатках и маске. Когда Ора удивилась такой щедрости семьи, та же опытная тетушка ей сказала, что семья умеет извлекать свою выгоду. Хорошие условия труда привлекают постоянных работников, соответственно, снижается нагрузка на управляющих, престиж семьи растет, и качество продукции сохраняется.

– Из доходяг и бродяжек потом ответственные матери вырастают, – поясняла тетушка, собирая ягоды на соседнем ряду. – Я-то сюда тоже пришла голенастой сеголеткой, без дивы в голове. Хотела денег подзаработать на новое платье, и только. А уж сколько лет вахтами езжу. Муж, три сына, дочка – все кормятся с моей работы.

– А почему сюда мужчин не пускают? – аккуратно спросила Ора, ставя в тележку очередную корзинку.

– Да тут работать надо, а не лясы точить, – хмыкнула ее соседка. – Да излучение на астероиде сильное, мужчинам нехорошо становится.

Девушка сглотнула:

– А женщинам?

– А женщинам это излучение не вредит, разве что по мужикам сильнее скучаем, зато после вахты даже у немолодых див дети рождаются, – хмыкнула сборщица ягод.

Орнелла сглотнула. Ох, кажется, не зря она выбрала самый короткий срок работы на астероиде!

Глава 33

Пропажу супруги мужчины обнаружили утром.

Сначала они бурно спорили между собой, пытаясь осознать ее слова. Потом решили, что молодой женщине из другого мира сложно принять их порядки. Затем признались, что привязались к Орнелле и не хотели бы менять ее на диву из другой семьи.

Признания дались мужьям тяжело, так что после этого мужчины быстро разошлись по спальням, а утром на них обрушилось небо – Рейс Тиррон не сумел связаться с племянницей и позвонил Тайши. Тот не достучался до Орнеллы и перебрался в ее спальню через балкон, а там…

Открытый шкаф, пропавшая сумка – все указывало на то, что Ора ушла сама. А уж записка в ее кабинете с просьбой не искать, не мешать жить своей жизнью, плюс разрешение на развод…

В первые минуты мужья впали в панику, но волк, прищурясь, отправился в свою комнату.

– Ты куда? – окликнул его Тайши.

– Соберу вещи, – отозвался Снейп.

Остальные мужья проводили его молчанием. Оборотень был в своем праве – без Орнеллы его ничто не держало на Лерае.

Пока остальные мужья выслушивали крики дядюшки Рейса, волк вышел из спальни – одетый в дорожный костюм, принятый на его планете. Со стороны его одеяние выглядело легким доспехом. Никто даже не удивился, когда он зашел на кухню, чтобы закинуть в дорожный мешок несколько упаковок мяса, бутылку воды и коробку универсальных витаминов. Последним оборотень прихватил шарфик Оры, который девушка надевала в прохладную погоду – чтобы не расставаться с запахом истинной.

Подняв на прощание руку, волк ушел, а мужья дивы Дейрен еще некоторое время смотрели на закрывшуюся дверь. Потом явился Рейс Тиррон в компании своих специалистов, и охота на Орнеллу началась.

Рейс кипел гневом и ужасом. Он предполагал, что Оре не понравится жизнь на Лерае, поэтому во всех ее сумочках, платьях, украшениях и даже в нижнем белье стояли крохотные метки-маяки. Но племянница умудрилась исчезнуть, надев свою старую одежду и новое белье, в которое не успели установить следилки. Ни украшений, ни сумок она не взяла, камеры ее не засекли, на корабли, покидающие планету, она не садилась. Шли часы, поступали отчеты от полиции, медиков, службы спасения и частных поисковых контор, но никто не нашел наследницу клана Дейрен. Создавалось ощущение, что взрослая девушка просто растворилась, но как?

Между тем мужья, обсудив ситуацию, поняли, что для собственного спокойствия им нужно создать впечатление, что Ора никуда не делась. Они разбежались по рабочим местам, а потом Норбу скидывал каждому звонки – якобы от супруги, оформили заказ на ужин в публичном месте, и специальная программа отвечала голосом Орнеллы на звонки в духе «простите, очень занята». Хорошо иметь в семье талантливого программиста!

Вечером собрались в квартире – мрачные, издерганные, и решили, что нужно изобразить Орнеллу для публики. Но как? Немного помучившись с вариантами «нанять актрису», «переодеть Джамьянга» или «таскать с собой куклу в одежде дивы», мужчины все же обратились к дядюшке Рейсу.

Поскрипев зубами и обозвав мужчин идиотами, Рейс Тиррон приказал Норбу смонтировать несколько роликов из записей службы безопасности так, чтобы все подумали, что Орнелла с мужьями улетела на уединенный остров, чтобы подумать о зачатии наследницы.

Блондин немедля удалился к себе – за навороченный комм с кучей мониторов и дополнительного оборудования. Остальные занялись обычными делами, но у мужчин все валилось из рук. Кажется, Ора и дома-то не бывала, проводя время в рабочих поездках или в мастерской, однако ее исчезновение сильно повлияло на всех. Джамьянг сидел за столом, заваленным приглашениями, и, перебирая их, ждал, когда на затылок опустится знакомая тонкая, но сильная рука. Когда его окутает совершенно особый запах его жены – пот, цветочные духи, окалина, иногда резкие химикаты… Она задумчиво переберет его волосы, подышит в макушку, устало разглядывая стопочки корреспонденции, потом спросит звонко и чуть устало:

– Много сегодня?

– Много, дива, – ответит он.

– Надо отдохнуть от этих чокнутых, – пробормочет она, наматывая его волосы на руку и задирая его голову для поцелуя. От этой немного жесткой ласки – Ора даже кусала его губы, помогая стряхивать оцепенение, в теле младшего супруга разгорался огонь. А жена, насладившись поцелуем и его послушанием, садилась на стол, аккуратно, так, чтобы не развалить стопки конвертов, и раздвигала ноги под тонким шелковым халатом.

И неважно, что уже после первого визита супруги Джамьянг начал скреплять стопки специальными зажимами или канцелярскими резинками – Орнелла с уважением относилась к любому труду. И в кабинет она приходила после душа – теплая, мягкая, чистая… Насладившись лаской, поднимала лицо Джамьянга и мурлыкающим голосом интересовалась:

– Чем я сегодня могу порадовать моего красивого мужа?

Ора не знала, что таким мурлыкающим голосом попала в давнее воспоминание Джамьянга, однако она заметила, что ему нравится такая интонация, и применяла ее только наедине с ним, подчеркивая интимность их встречи в кабинете.

А еще этим вопросом она передавала младшему супругу ведущую роль, что очень грело его самосознание.

После нескольких таких встреч в кабинете Джамьянг убедился – Орнелла принимала его любым. Злым, уставшим, раздраженным. Однажды он просто сунул ей в руку член и уперся лбом в плечо, мечтая о быстрой разрядке. День был паршивый, все навалилось, и не хотелось стараться даже