Ловушка для Ласточки - Маргарита Светлова

— Рад, что у твоей тёти ума хватило спрятаться на моей территории.

Решил начать с нейтральной темы — не хочу говорить о наших родителях.

— Мне жаль, что вы рано потеряли маму…

Вот о ней не стоит. Она не тот человек, кого я хочу вспоминать.

— Это лишнее… — отмахиваюсь от неприятной темы и направляюсь к кровати, где сидит моя девочка.

Она опустила взгляд, явно поняв, что с того начала.

— …На… — протягиваю ей письмо и понимаю, что уже напортачил.

Алина с трудом сдерживает слёзы. Молодец я, шикарно начал! Тяжко вздохнул, поражаясь своей тупости, и присел рядом на корточки — так ей будет казаться, что не такой уж я и большой.

— …Алин, я обидел тебя ответом?

Стараюсь добавить в голос успокаивающие нотки, ей они сейчас необходимы.

— Вы были вправе так ответить, я всё понимаю. Я не должна была касаться личных тем, извините, такое больше не повторится.

Моя ж ты маленькая, но какой «вы»? Мы же уже практически семья.

Опять ошибаюсь, это я её уже воспринимаю так, а для Алины я дальше, чем чужой. Хуже — я её оживший кошмар. Ох уж эти возведённые в её подсознании стены… Как мне от них избавить и не навредить ей?

— Алин…

Не могу удержаться и прикасаюсь пальцами к нежной коже её личика. Она переводит на меня взгляд. Такой беззащитный, что сердце заныло. Бедная девочка, она же совсем одна в этом мире. Нет, она уже не одна, теперь у неё есть семья. Так что нравится мне или нет, я должен ей немного прояснить ситуацию со своей матерью. Иначе ни о каком доверии со стороны Алины не может быть и речи.

— …Ты можешь разговаривать со мной на любые темы. А ответил я так лишь потому, что не был близок с матерью. Она жила в своём мире и нас с отцом туда не впускала. Вот кого стоит жалеть, так это тебя. Потерять в раннем возрасте того, кто был дорог — тяжело. Обещаю, что отыщу виновников гибели твоей мамы, и они понесут самое суровое наказание.

— Не нужно, это уже в прошлом. Да и маму это не вернёт.

А вот тут ты ошибаешься, от таких врагов нужно безжалостно избавляться, или следующей жертвой можешь стать ты. Более того, я хочу отомстить за каждую твою слезинку, что проронила по их вине, за боль, что причинили тебе. И за то, что лишили тебя такой замечательной матери. Такие люди, как она, нужны миру.

— Нет, девочка моя, они должны ответить за содеянное. Тем более я считаю, что пока они на свободе, опасность может грозить и тебе. И ещё… — поднимаюсь — пора в дорогу, скоро Алину будет клонить в сон. Но перед тем как покинем это место, я решил, что стоит объяснить, почему мой отец тогда так сказал. Заодно и обелить имя её отца — он неплохим был человеком, сломленным после смерти жены, но не бездушным мерзавцем, которым его выставляют. — Мой отец так говорил не потому, что твоя жизнь ничего не значит. Скорее, он хотел уберечь меня от своей участи. — Не стал пояснять, какой именно, всё равно не поверит, или же напугаю её этим ещё сильней. — После смерти матери, увы, он так и не смог оправиться. И твой отец всегда любил тебя и твою маму. Она ошибалась, считая, что Владимир хотел навредить своему ребёнку, скорее, он спасти тебя пытался. Когда будешь готова услышать правду, а расскажу тебе всё, что мне известно.

— Почему вы решили, что я не готова?

Я протянул ей руку, она не стала упрямиться, но стоило ей положить свою ладонь в мою, как мой взгляд упал на кольцо на её пальце.

Меня словно ошпарило кипятком, вновь ярость заструилась в венах. Потребовал снять его — не потреплю украшения другого мужика на ней. Если любит побрякушки, дам сколько душе угодно. И ещё меня удивляет этот мужик: три года возле неё хороводы водил и ничего большего не позволил. Вот не может нормальный мужчина столько терпеть. Явно с ним не всё так чисто, и кольцо не мешало бы проверить, на наличие подслушивающего устройства или маячка. Сказал девочке как есть, не стала сопротивляться, отдала и ещё извинилась. Остыл, пообещал вернуть, если там ничего нет — не забирать же у девочки подарок, — только носить его не позволю. Ответ удивил.

— Если оно чистое, просто верните ему.

— Хм… — не смог сдержать усмешки, силясь понять, что она задумала. — Уверена?

— Это всего лишь вещь, и она не стоит того, чтобы портить отношения с вами. — Верное решение. — Но вы не правы насчёт Андрея… Как бы он ни желал меня, я бы всё равно не допустила близости. Мне известно, что если бы я это сделала, то подписала бы себе смертный приговор.

После её монолога я слегка опешил, не мог поверить в услышанное, поэтому решил уточнить:

— Подожди, ты это о чём? Что значит смертный приговор?

— Тётя говорила, что если я допущу близость с мужчиной до двадцати трёх, то меня казнят.

Тут вся моя выдержка полетела к чертям. Мне стало смешно не из-за её слов, а от того, что только сейчас осознал, насколько всё запущенно. Да уж, тётя у неё дама своеобразная, это надо же было до такого додуматься! Кстати, нужно будет ей памятник хороший поставить уже только за то, что сохранила Алину для меня. Ну и за воспитание тоже стоит сказать отдельное спасибо. Или не стоит? Так запугала мою девочку, что только от моего взгляда вздрагивает. Отсмеявшись, я взял в ладони её лицо:

— Даже страшно представить, что она тебе ещё наговорила. Алин, за такое в наше время не казнят, это же дикость. И даже если бы ты была не девственницей, никто бы об этом не узнал. То, что происходит за дверями спальни, касается только нас. Не скажу, что это бы меня обрадовало — ты сама уже поняла, что я собственник — но была бы другая женщина на твоём месте, я был бы более категоричен.

— В смысле? — не поняла она, о чём я.

Какая же она в этом вопросе ещё маленькая. Разумеется, я бы не женился на такой. Мне нужна чистая женщина для наследников. Вот в случае с Алиной я бы на это закрыл глаза.

— Почему? — вновь задаёт вопрос.

Она поражает меня своей наивностью.

— Ты ещё не готова услышать правду. — Особенно после такого