Кто же ты, моя жена? - Алекса Корр

К обеду вернулись лорды Август и Игнис. Видок у них был недовольный, но при виде меня они тут же приосанились и напустили на себя важность. Мы с Юлькой в это время попивали чай на летней веранде гостиницы, так что смогли лично лицезреть их возвращение.

Повинуясь моему знаку, оба лорда приблизились ко мне, а потом доложили о поездках. Я выслушала, благосклонно кивнула и сообщила им, что чувствую себя получше. Но здоровье мне всё равно не позволяет дальше колесить по округе, поэтому мы возвращаемся в столицу.

Судя по всему, моё сообщение их обрадовало, так как оба лорда тут же воодушевились и стали наперебой меня уверять, что моё здоровье гораздо важнее и что мне обязательно стоит показаться королевскому лекарю, а не доверять выводам местных шарлатанов.

Как итог: решили, что в столицу мы отправимся на следующий день. На том и распрощались. Лорды пошли отдыхать и смывать с себя дорожную пыль, а мы с подругой вернулись ко мне в номер и достали свод законов Роуз, которые по моей просьбе купил в местном книжном магазинчике Марк.

Да, я и раньше их просматривала и понимаю, что женщина тут почти не обладает никакими правами и всё за неё решает мужчина: опекун, муж и т. д. И владеть имуществом самостоятельно не может. В общем, этакое приложение к мужчинам. И так, как я поняла, во всех странах в этом мире. У нас в королевстве хоть есть исключение из правил: если женщина осталась вдовой, то ей разрешается заниматься хозяйством мужа, управлять им. Правда только до тех пор, пока кто-нибудь из родственников мужа или самой женщины не заявит градоначальнику, что она не справляется. И тогда женщину лишали этого права, и она возвращалась под опеку родни. А имущество поступало в управление этих родственников.

Ну и, не трудно догадаться, да, что ещё ни одна вдова долго не задерживалась на «вольных хлебах»?

Разумеется, прочитав о таком положении женщин в этом мире, мы с подругой долго возмущались, но что толку? Для того, чтобы эту ситуацию переломить, нужно сильно постараться и обладать властью, чего я была лишена, хоть и являлась принцессой. Но теперь, после откровений Матильды и принятого мной решения, ситуация изменилась...

Открыв свод законов, мы с Юлькой углубились в изучение вопросов престолонаследия. Раньше этот раздел меня не сильно волновал, а вот сейчас...

Дико хотелось поставить на место Дагвина и всю его семейку, освободить от них наше королевство, а потом сделать всё, чтобы оно стало процветающим. И чтобы все, кто виновен в гибели моего биологического отца и в страданиях матери, понесли заслуженное наказание.

Мечтала ли я до этого о короне всерьёз? Нет! Хотя не буду кривить душой, узнав семейку Дагвина поближе, а в частности «братца» Алистера, который должен в дальнейшем взойти на престол, у меня несколько раз мелькала мысль его подвинуть. Но не ради амбиций, а чтобы спасти королевство от такого правителя. Ему плевать на простой народ, плевать на всё, за исключением его удовольствий. Если сейчас простому народу трудно живётся, то при таком правителе половина населения разбежится по соседям в поисках лучшей жизни.

И если на тот момент я думала только о местных жителях, то сейчас... Сейчас свергнуть узурпатора и братоубийцу стало моим личным делом. Но я не Дагвин: подсылать убийц или марать свои руки об эту падаль я не буду. Я сделаю всё грамотно и красиво! Соберу все улики, найду соратников, уничтожу его морально, а потом устрою принародный суд. Чтобы все узнали о том, что он натворил.

Глава 31

Ирэния

Законами Роуз о престолонаследии я зачитывалась до поздней ночи, пытаясь найти лазейку. Юлька уже мирно сопела, свернувшись калачиком, а я всё не унималась. Должно же быть то, что я смогу использовать!

И когда надежда уже готова была помахать мне ручкой, я наткнулась на старый Указ, датированный ещё 600 лет назад. Вчитавшись в который, чуть не завизжала от радости. Да, те, кто его составлял и подписывал, не могли и предположить, что их невнимательностью сможет воспользоваться девица, но мне это было только на руку.

Быстро переписала текст к себе в блокнот, сделала ссылку на документ, после чего довольная упала на подушку. Даааа, а я уже стала думать, что фортуна повернулась ко мне задом…

Так и заснула с блаженной улыбкой на губах, а утром подскочила и кинулась на шею ничего не понимающей подруге. Но рассказывать ей всё времени уже не было: в дверь тихонько постучалась горничная гостиницы, которая передала, что завтрак готов, а сопровождающие меня господа уже ожидают, когда можно будет выдвигаться в обратный путь.

Мы быстро оделись и спустились вниз. Лорды Август и Игнис уже сидели за своим столом, одетые в дорожные костюмы. За окнами ржали запряженные лошади и раздавались голоса наших охранников.

Быстро позавтракали, после чего сели в экипаж и выдвинулись в сторону столицы. Расположившись на мягком сиденье и проверив, надёжно ли закреплена корзина со снедью, которую нам собрал в дорогу хозяин гостиницы, Юлька выжидающе уставилась на меня, всем своим видом показывая, что сгорает от любопытства. Около экипажа двигались охранники, и разговаривать открыто я посчитала небезопасным, а поэтому просто ткнула Юльке пальцем в свод законов и откинулась на спинку сиденья. Она внимательно прочитала, а потом непонимающе уставилась на меня, показывая жестами, чем нам это может помочь?

Я улыбнулась и протянула её копию Указа, но и там она ничего не нашла интересного. Тогда я рассмеялась, и тихо шепнула:

— Найди, где тут категоричное «наследник мужского пола»…

Она вновь уставилась в написанное, а потом рассмеялась, прикрыв рот рукой. Я улыбнулась в ответ и уставилась в окно, любуясь красивым пейзажем.

Всё-таки красивая у нас тут природа! И воздух… Чистый, ещё не испорченный вредными производствами. Им хочется дышать и дышать полной грудью.

Дорога до столицы заняла три дня. Как я и думала, переговоры по мирному договору ещё шли. Обе стороны не хотели уступать друг другу, даже в мелочах.

Граф Ильминский уже рвал и метал, чертыхаясь на какого-то друга, который устроил ему такую подлянку. Я слышала его ругательства, когда встретила в пустом коридоре. Он шёл с очередного этапа переговоров, а я как раз направлялась к «отцу» с докладом о поездке. Увидев меня, он покраснел, быстро пробормотал извинения за свою несдержанность и скрылся за углом, а я продолжила