Измена. Любить нельзя ненавидеть - Екатерина Мордвинцева

девицы. Мужчина повернул голову в сторону доносящихся звуков и тут же переменился в лице. — Простите, мне нужно идти, — постаралась проговорить как можно более ровно, но голос все равно дрожал, выдавая ту боль, что плескалась внутри.

— Вы за рулем? — зачем-то уточнил мужчина.

— Нет.

— Я отвезу вас. Вы сейчас домой?

— Не нужно, я доберусь сама, — попыталась я отказаться, но собеседник словно не слышал меня. Наглым образом подхватил меня под локоть и повел к лифту. — Вы что себе позволяете? Отпустите!

— Мария Сергеевна, все же позвольте мне вам помочь. Не отказывайтесь. Я не желаю вам зла.

Створки лифта распахнулись, выпуская нас в фойе. Мужчина не отпускал, продолжая вести меня куда-то. Я уже и не хотела сопротивляться. Какая разница куда? Главное, подальше отсюда. Сотрудник мужа усадил меня на заднее сидение автомобиля и, заняв водительское место, завел мотор. Я же больше не нашла в себе силы сдерживаться: слезы сами собой текли по щекам, в груди не хватало воздуха, истерика накрывала с головой.

Мужчина молча вел машину. Я даже не заметила, как авто повернуло в один из плохо освещенных переулков и остановилось.

— Возьмите, — водитель протянул мне салфетки. — Я понимаю, что не имею право вмешиваться, — начал он тихо, — но вам не стоит так убиваться. Вы красивая, сильная, умная. Он просто не стоит ваших слез. — Открыв бутылку с водой, протянул мне. С трудом удержала ее дрожащими руками.

— Вы знали?

Мужчина вздохнул, явно не желая говорить, но все же ответил:

— Весь офис об этом знал.

— Давно?

— Мария Сергеевна, не стоит вам этого знать. Для чего еще больше себя мучать?

— Давно? — более четко повторила свой вопрос.

— Давно.

— Ясно, — с горечью произнесла я и, вытерев остатки слез, отпила из бутылки воду. — Отвезите меня домой, — попросила мужчину и назвала ему адрес.

Я вернулась в нашу с мужем квартиру, которая теперь казалась для меня тюрьмой. Совсем недавно я считала ее крепостью, нашим маленьким кусочком рая, но хватило лишь суток, чтобы она превратилась в ад. Мужчина предложил дождаться меня и отвезти куда мне нужно, но я отказалась — не хочу, чтобы кто-то видел мой позор.

Осмотрела некогда уютное гнездышко — противно! Все здесь теперь угнетало, давило со всех сторон. Сил оставаться там уже не было. Быстро покидав свои вещи в два чемодана, я вызвала такси, перелистывая эту страницу своей жизни. Убирая телефон в сумочку, я наткнулась на папку с результатами анализов и флешку. Ну что ж, они мне не понадобились. Да и стоит ли доказывать что-то тому, кто уже вынес приговор нашей семье и сам же привел его в исполнение. Думаю, нет. Я, не раздумывая, смяла листы и выкинула их в мусорную корзину, за ними же последовала и карта памяти. Теперь-то точно все. Больше сюда я уже не вернусь. Бросив ключи на тумбочку, захлопнула двери не только в квартиру, но и в свое счастливое прошлое.

Марк

Войдя в квартиру, бросил ключи на тумбу в прихожей. Повсюду до сих пор витал Машкин аромат духов, который, казался въелся даже в стены. Я сегодня всячески пытался вытравить ее из своих мыслей, чувств, жизни. Методы, скажем прямо, выбрал самые грязные. Чувствую себя после этого противно. Но то, как поступила она — еще хуже.

Пройдя на кухню, даже не удосужившись снять туфли, достал бутылку с янтарной жидкостью и щедро плеснул в стакан. Напиток, попав в горло, тут же все обжег своей крепостью. Плевать! Это как раз то, что мне сейчас надо. Никогда прежде не увлекался этим, но сейчас иначе забыться не выходило.

Сам не заметил, как бутылка опустела. Пошатываясь, подошел к мусорке и решил ее выкинуть, лишь в последний момент заметив валяющуюся в ведре небольшую деревянную флешку. Никогда прежде не видел ее. Странно, Машка редко пользовалась накопителями, стараясь пересылать информацию почтой.

Достав ее, вновь покачнулся, но все же доковылял до ноутбука в гостиную, так и не выкинув бутылку. Заметил это уже рядом с диваном. Да и пусть! Потом выкину. Включив ноут, вставил в него накопитель. Кроме одного единственного видеофайла на ней ничего не было.

От нечего делать, все же решил его открыть — может хотя бы фильм немного отвлечет от паскудных мыслей. Каким же было мое удивление, когда я понял, что на самом деле это за видео.

— Твою ж… — вырвалось из меня. Я буквально в одночасье протрезвел. — Черт! Черт! Черт! — Был готов крушить все вокруг. — Идиот! Подонок! — ругал я сам себя на чем свет стоит. — Машка… Черт!

Еще раз пересмотрел видео, где эта тварь Кострова расплачивается с мужиком, которого я застал с женой. «Убью!» — набатом билось в голове. Но прежде всего стоило найти жену. Пока даже не представлял, как буду вымаливать у нее прощение. Поступил с ней как последняя скотина. Бедная моя малышка…

Подхватил пустую бутылку и вновь понес ее в мусорку. Что-то дернуло, и я поднял из ведра скомканную бумажку. Написанное на ней уже не удивляло: результаты анализов. Насторожило другое: у Маши были доказательства ее невиновности, но она их выбросила. Почему?

Тревожное чувство поселилось в груди, сжав сердце в тиски. Торопливо достал из кармана телефон и набрал по памяти номер жены — сгоряча удалил его. "Абонент не отвечает или временно не доступен" — сообщил мне механический женский голос. Еще и еще набрал заветные цифры, но оператор постоянно твердил одно и то же, словно заезженная пластинка.

— Ну же, Машуля, ответь мне! — молил я.

Сорвавшись с места, рванул на улицу. Где искать жену даже не представлял, но и сидеть на месте не мог. Первое, куда решил отправиться — к ее родителям, которые живут за городом. Звонить намеренно не стал — не уверен, что после случившегося они вообще станут со мной разговаривать.

В последний момент, когда уже вставил ключ в зажигание, вспомнил о том, сколько выпил. Хоть разум и протрезвел, но быть остановленным не хотелось. Набрав номер такси, заказал машину и принялся ждать.

Осенний свежий воздух постепенно приводил в чувства, позволяя мыслить более здраво. Но я так и не понимал, что остановило Машу от того, чтобы предъявить доказательства. Она ведь могла принести их мне на работу?!

— Да нет… — протянул вслух, проведя пятерней по растрепанным волосам, зарываясь в них пальцами. Дрожащей рукой вновь достал из кармана телефон и набрал номер проходной офиса.

— Доброй ночи, Марк Дмитриевич, — поприветствовал меня охранник. Он уже ни один год работает у нас. — Вы что-то хотели?

— Здравствуй,