Душа моей души. Такие разные родные - Анна Глушкова

нога была закинута на бедро, а его рука удобно расположилась поверх ее ноги. Сзади ее обнимал Лео, уткнувшись лицом ей в затылок. Айне поймала себя на мысли, что ей тепло и комфортно и совершенно не хочется вылезать из палатки. Но так оставаться было нельзя.

Айне аккуратно выбралась из двойных объятий, используя немного магии, чтобы не разбудить мужчин случайным движением. С улыбкой взглянув на спящих в обнимку братьев, Айне застегнула полог палатки и развернулась в сторону озера.

Было раннее утро, только-только рассвело, и воздух был еще прохладным, но девушке холод был не страшен. У вчерашнего потушенного костра она увидела Грэга, который сосредоточенно над ним склонился.

— Доброе утро, Грэг, — приветливо окликнула она его, — что ты делаешь?

— О! Ранняя пташка, — улыбнулся мужчина, поднимая голову, — вот, пытаюсь снова развести костер, но что-то у меня ничего не выходит, — он недоуменно пожал плечами.

— Это моя вина, — тут же спохватилась Айне, — вчера вечером я затушила огонь магией, чтобы не случилось пожара. Я сейчас помогу тебе развести его снова.

Девушка быстро подошла к тому месту, где вчера потрескивал огонь и, присев на корточки, провела рукой над ним, а потом просто щелкнула пальцами, и пламя вспыхнуло над сложенными поленьями.

— Надо же! — воскликнул Грэг, — магия в действии. Я впечатлен. Очень полезное умение, я бы от такого не отказался, — с улыбкой добавил он.

— Ничего особенного, — Айне улыбнулась ему в ответ, вставая, — раньше многие люди обладали такими умениями. Это элементарная магия. Думаю, Элли сможет со временем освоить этот навык.

— Но ведь вы выяснили, что у нее магия Воздуха, — Грэг непонимающе смотрел на Айне, — как же она сможет управлять Огнем?

— То, что я сейчас сделала, нельзя считать магией Огня в полной мере. Каждому магу, независимо от преобладающей стихии, подвластны элементарные заклинания, чтобы добыть искру Огня или найти источник Воды, — девушка пожала плечами, — это не считается управлением стихией. Заклинания — это нечто иное, универсальное. Ну, словно иметь в кармане зажигалку для человека, — попыталась она объяснить, видя, что Грэг ее не понимает.

— Боюсь, для меня это слишком сложно, — усмехнулся мужчина, — но я приму на веру твои слова.

Он присел на ствол, служивший им скамейкой, и начал рыться в рюкзаке с продуктами.

— Поскольку мы с тобой встали раньше всех, нам стоит приготовить завтрак и сварить похлебку на обед, — он подмигнул девушке, вытаскивая из рюкзака продукты, — я понимаю, что вам с братом есть не обязательно, но мы, люди, пока еще не научились питаться светом, хотя мне лично хотелось бы.

— Вы хотели бы отказаться от еды полностью? — с любопытством посмотрела на него Айне.

— Хотел бы, — утвердительно кивнул он, — на самом деле, я всегда довольно спокойно относился к еде и ел только потому, что знал, что без этого человек долго не проживет.

— Но это не так! — воскликнула Айне, — человек вполне способен жить без еды, так же, как и мы.

— А как же витамины и минералы, которые нужны нашему телу для нормального функционирования? Где нам их брать, если не будет еды?

— Организм сам в состоянии синтезировать все необходимое из окружающего мира. Еда для этого ему не нужна. Конечно, это невозможно при том уровне загрязнения человеческого тела, что есть сейчас. Организм нужно подготовить, очистить, а самое главное убедить, что он может существовать без еды.

Вот в этом и заключается главная сложность для вас. Человек слишком зависим от социума. И если все вокруг будут твердить, что без еды тело ждет смерть, человек вольно или невольно начинает верить в это. Вы все вырастаете с этой верой, и искоренить ее из подсознания бывает попросту невозможно.

— Но люди умирали от голода. Почему же их организм не перестроился?

— Потому что они верили, что жить без еды невозможно и эта вера их убила, а вовсе не голод.

Грэг задумчиво раскладывал на доске хлеб и сыр для бутербродов, но мысли его при этом были далеко. Он напряженно обдумывал информацию, полученную от Айне, и вынужден был признать, что девушка права.

Но как же это странно, осознавать, что всю жизнь заблуждался, что казавшиеся незыблемыми истины, на самом деле полная чушь, не имеющая ничего общего с действительностью. И это ведь только один аспект их жизни, а сколько еще ошибочных убеждений у человечества!

— Как же сложно осознать все это и принять, — вздохнул он, наконец.

— Я понимаю как вам всем сложно, но вы отлично справляетесь, — лукавая улыбка снова тронула губы девушки, — у вас у всех удивительно гибкое сознание, способное подстраиваться под меняющиеся реалии. Вы так легко приняли существование других миров, что я просто поражена. И ведь одно дело Элли, дети вообще шире глядят на мир вокруг, нежели взрослые. Но вы с Сандрой!

— Хочешь сказать, мы слишком стары для кардинальной смены взглядов? — по-доброму усмехнулся Грэг.

— При чем тут старость, — Айне возмущенно дернула плечом, — я говорю не об этом. Уверена, вы не чувствуете свой возраст. Это, кстати, еще одна странность людей, следить за временем, отмечать свои годы. Зачем вы это делаете?

И ведь у вас даже правила есть для каждого возраста. Если вам исполнилось пятьдесят, то вы прожили полжизни, и никак иначе. Бред какой-то! Наверняка пятидесятилетние люди чувствуют себя в глубине души молодыми, но ваше общество заставляет их стареть.

И болеть. Ведь старым людям полагается иметь болячки. Но почему? Почему бы вам не считать, что с возрастом тело лишь становится крепче, сильнее, выносливее? Кто придумал, что с возрастом обязательно должны появляться болезни?

— Полагаю, это результат наблюдений.

— Об этом я и говорю. Люди слишком зависимы от чужого мнения и подвержены влиянию социума. Вот, если бы взять группу детей с незамутненным сознанием, поместить их в условия изоляции от общества. И дать им новые установки. Люди могут жить вечно. Питание им для этого не нужно. Тело в состоянии постоянно обновлять себя само. Вы бы удивились, увидев этих детей через пятьдесят лет.

— К сожалению, такой эксперимент невозможен, — вздохнул Грэг, — а я бы очень хотел посмотреть на результат. А насчет гибкости сознания нашей семьи, я полагаю, это заслуга Райана, его влияние. Если подумать, мое спокойное отношение к еде — тоже результат его влияния. Он всегда ел очень мало для мужчины.

Когда мы только познакомились, мне это казалось странным, а потом постепенно я тоже перестроился. Райан всегда очень вкусно готовил, но эта еда обладала удивительным свойством насыщать. Достаточно было съесть совсем чуть-чуть, и ты уже чувствуешь, что наелся.

Наверняка он делал