Просто останься - Юлия Юрьевна Бузакина

— Боже, как мне этого не хватало!

Катя прижимает руки к сердцу. Поворачивается ко мне.

— Ян… — шепчет с нежностью, и в ее глазах блестят слезы.

Я выбираю легкую музыку и медленно ступаю босыми ступнями по деревянному настилу. Протягиваю ей руку. Пронизываю ее откровенным взглядом. Она принимает мой взгляд. Принимает мою руку. Раз, два, три, раз, два три…

Все воспоминания в одно мгновение оживают. Как будто и не было этих пяти лет. Мы кружимся в танце на танцполе босиком, и кажется, счастье танцует с нами наш танец.

— Люблю тебя до безумия, — обхватывая ее лицо ладонями, шепчу я.

Она кивает:

— И я тебя…

Снова все плавится. Стоит оказаться рядом, и между нами летят искры.

Катя касается пальцами моих колючих щек. Мои губы, горячие и сладкие, уже блуждают по ее шее. Мы ласкаем друг друга под музыку, и наши поцелуи становятся все увереннее. По коже бегут восхитительные мурашки.

Я заглядываю в ее глаза и осторожно касаюсь кончиками пальцев ее губ. Она прикрывает глаза, тянется ко мне, и наши губы сливаются в новом поцелуе.

Я вдруг подхватываю ее за талию. Перекидываю через плечо и уверенно несу в нашу спальню. Катя не сопротивляется. Только замирает в ожидании.

…Час спустя мы сидим на кухне и пьем чай с печеньем, которое нашли в буфете.

— Ян, — Катя выразительно смотрит на меня. — Мы не предохранялись.

Я встречаю ее упрек уверенным взглядом. Я врач. Я в курсе, что такое контрацепция, и как ее применять. Но наши мгновения наедине были особенными. Я осознанно не использовал средства защиты. Не знаю, почему. Просто… накрыло, и все. И судя по тому, что Катя промолчала в процессе, ее тоже накрыло.

— Я знаю, — признаюсь спокойно.

— Ты ведь… понимаешь, чем это грозит?

— Да. Я хочу этого.

Она напряженно сглатывает.

— Я тоже, — признается честно.

Я улыбаюсь. Накрываю ее руку своей рукой.

— Поженимся раньше? — уточняю мягко.

Катя вздыхает.

— Нам придется пожениться. У меня уже есть от тебя ребенок. Еще одного без брака я не потяну.

— Кать, мы поженимся. Обещаю. Лучше скажи, когда вы с Марком переедете?

Она смотрит мне в глаза.

— Давай в воскресенье?

Я размышляю недолго.

— Давай. Только до воскресенья надо будет приобрести для нашего сына кровать. Он же не может спать на диване в гостиной?

Катя улыбается.

— Ты прав, не может. В новом доме ему нужен свой уголок.

— Отдадим ему маленькую комнату? Она как раз рядом с нашей спальней. Правда, там сейчас свалка. Чего только нет. Но если мы с тобой приложим усилия, из нее может выйти детская комната.

— Покажешь?

Я киваю и с готовностью поднимаюсь из-за стола.

Мы идем по холлу в самую маленькую комнату. За дверью — хаос. Чего только нет: пляжный зонтик, палатка, какая-то старая разобранная мебель, теннисные ракетки. Я даже зимнюю резину сюда притащил.

Катя озадаченно осматривается. Трогает пальцами пожелтевшие обои.

— Обои придется переклеить, — выносит свой вердикт.

— Наймем кого-нибудь?

— Зачем? Сами поклеим. Папу привлечем. Он мастер на все руки. А еще у меня эта неделя свободна, я могу поискать мебель. Бюджет у нас, я так понимаю, ограничен?

Я посматриваю на Катю. Мрачнею. Все же, зарплата из медцентра «Диана» была ощутимым подспорьем.

— Не совсем, но в будущем, да, нам придется немного ужаться, — ухожу от темы.

Переход на новый план бытия не всегда проходит гладко.

— Я все понимаю, — заверяет меня Катя. — Будем вести скромный совместный бюджет. Надеюсь, к сентябрю удастся получить место в детском садике для Марка.

— Я поговорю с заведующей. Думаю, она пойдет навстречу семье врачей.

— Значит, я могу завтра вместе с Марком и папой отправиться в магазин за обоями?

Катя с ожиданием смотрит на меня. Я настораживаюсь. Я, конечно, не питаю горячей любви к собственному тестю, но от родственных связей никуда не деться. А если Михаил Кириллович справится с обоями, мы сэкономим немного денег.

— Я выдам тебе еще один комплект ключей, — киваю согласно и открываю дверцу шкафа. Достаю запасной комплект. Протягиваю Кате.

— Добро пожаловать обратно домой, — улыбаюсь.

Катя смотрит мне в глаза.

— Спасибо. Мне не хватало нашей квартиры, — признается честно.

Я притягиваю ее к себе и накрываю ее губы нежным поцелуем.

— Мне тоже тебя не хватало, — не могу молчать.

Она обхватывает мою шею руками.

— Я тебя люблю, Бестужев… — шепчет мне в губы. — Так что давай, поцелуй меня, и начнем строить нашу семейную жизнь заново.

Я несколько мгновений любуюсь ею, а потом послушно накрываю ее рот жадным поцелуем.

Глава 47. Катя

Новость о нашем с Яном решении снова стать семьей мои родители приняли с энтузиазмом. Как и предложение поклеить обои самостоятельно за пару дней.

За обоями в новую детскую комнату нас с Марком везет мой папа. Мама тоже с нами. Как иначе, если самый маленький член семьи с нетерпением топчется у стендов с обоями, а его карие глазки горят предвкушением? Сын не совсем понимает, что нас ожидает, но выбирает обои с любимыми персонажами из мультика. Папа морщится.

— Катя, в глазах же будет рябить!

Мама с ним согласна, а вот Марк упорно тянет к себе рулон с понравившимися обоями.

Я шлю фото Яну.

«Марк хочет эти обои? Пусть будут эти. Дождетесь меня? — летит торопливый вопрос. — Сейчас я жутко занят, но хочу съездить вместе с вами за кроваткой. Если удастся вырваться на полчаса в обед, заеду».

«Мы пока займемся обоями, — обещаю ему. — Родители поставили цель поклеить их за два дня».

«Что ж, это будет здорово. До встречи в обед. Целую вас»

«И мы тебя»

Я шлю ему сердечко и выхожу из переписки. Понимаю, что на работе у Яна сейчас предельная загруженность, он не может долго с нами беседовать. И дело не в операциях, дело в навалившихся новых обязанностях заведующего.

Но он отдал мне свою банковскую карту, и я быстро оплачиваю покупки.

Папа пыхтит, что такие обои придется переклеивать через пару лет, когда малыш пойдет в школу, но я отмахиваюсь.

— Пап, я его еще в садик не отдала, а ты уже про школу.

— Поверь, Катюш, ты не успеешь оглянуться, а мы уже будем стоять на линейке в честь первого сентября, — не унимается он.

Его старая «Веста» отъезжает от магазина и вливается в поток машин. Мы с Марком сидим на заднем сиденье, мама впереди, рядом с папой.

— Мама,